Чтение онлайн

— Я не смог бы смотреть на любую из этих, — сказал Иэн, повернувшись спиной к проституткам и посвятив все внимание элю. — После того как видел вблизи ту маленькую евреечку. — Видел ли ты когда-нибудь что-либо подобное?

Джейми мотнул головой, прихлебывая из своей кружки. Напиток был кисловатым и свежим и ощущался внутри как лечебное снадобье после мук, которым его подверг доктор Хасди. Он до сих пор чувствовал призрак аромата Ребекки, ванили и розы, аромат-изгой среди густой вони таверны. Он нащупал свой спорран, в котором был маленький сверток ткани, переданной ему Ребеккой.

— Она сказала… то есть доктор сказал, что мне нужно пить это. Каким образом, а? — В свертке содержалась смесь раскрошенных листьев, маленьких палочек и крупного порошка; от всего этого шел сильный незнакомый ему запах. Запах не был неприятным, просто необычным. Иэн нахмурился.

— Ну… может, заваривать, как чай, — сказал он. — А как же еще?

— Да мне не в чем его заваривать, — сказал Джейми. — Я подумал, может быть, развести в эле?

— Почему бы и нет?

Иэн был не слишком увлечен беседой: он наблюдал за Матье-«Кабаньей мордой», который стоял у стены, подзывая проходивших мимо проституток, оценивая их взглядом с головы до ног, а иногда и щупая «товар», прежде чем отправить девицу прочь шлепком по заднице.

Иэн не испытывал соблазна — по правде говоря, он побаивался женщин, — но ему было любопытно. Если бы это когда-нибудь случилось… С чего начинать? Попросту сграбастать девку, как это делал Матье, или сначала нужно договориться о цене, чтобы не било по карману? И прилично ли торговаться, как о буханке хлеба или куске свинины — а ну как она пнет тебя по яйцам и найдет кого-нибудь более воспитанного?

Он бросил взгляд на Джейми, который не без труда, но все же выпил эль с травами и сейчас казался слегка остекленевшим. Он не думал, что Джейми знает, как вести себя с проститутками, но даже если он и знал, Иэну не хотелось спрашивать.

— Мне надо в сортир, — резко произнес Джейми и вскочил на ноги. Он был бледен.

— Прихватило?

— Еще нет. — И с этим загадочным замечанием он исчез, лавируя между столами. Иэн последовал за ним, задержавшись на миг, чтобы допить остатки эля Джейми и своего собственного.

Матье наконец-таки нашел себе подругу по душе; он зловеще ухмыльнулся Иэну и произнес какую-то гадость, ведя свою избранницу вверх по лестнице. Иэн ответил искренней улыбкой и сказал кое-что порезче на кельтском.

К тому времени, когда он вышел во двор позади таверны, Джейми уже исчез. Решив, что он вернется, как только избавится от своих проблем, Иэн прислонился к стене здания, наслаждаясь прохладным ночным воздухом и наблюдая за людьми во дворе.

Здесь горело несколько факелов, воткнутых в землю, и все это напоминало картину Страшного Суда, которую он однажды видел: с ангелами, дующими в трубы с одной стороны и грешниками с другой, которых тащат в пекло за их грехи — целая паутина обнаженных рук, ног и тел. Здесь в основном наличествовали грешники, хотя уголком глаза он изредка замечал пролетавшего ангела. Иэн задумчиво облизал губы, гадая, что же было в той смеси, которую доктор Хасди дал Джейми.

Тут и сам Джейми вышел из сортира, стоявшего в дальнем конце двора. Выглядел он более свежим и уверенным в себе и, заметив Иэна, двинулся к нему, обходя группы пьяниц, распевавших песни, сидя на земле. Те, кто не пел, просто раскачивались туда-сюда, улыбаясь всему, что видят, и не особо понимая, чего они, собственно, хотят.

Иэна охватило внезапное чувство отвращения, почти ужаса — боязнь того, что он никогда больше не увидит Шотландию и умрет здесь, среди чужаков.

— Мы должны ехать домой, — резко сказал он, как только Джейми подошел ближе. — По окончании этой работы.

— Домой? — Джейми странно посмотрел на Иэна, словно тот говорил на каком-то тарабарском языке.

— У тебя там дело, и у меня тоже. Мы…

Визг, стук и грохот падающего стола и бьющейся посуды прервали их разговор. Задняя дверь таверны распахнулась, и из нее выбежала женщина, крича по-французски что-то, чего Иэн не понял, хотя догадался по ее тону, что это были ругательства. Громкий мужской голос прокричал те же слова, и вслед за девицей вылетел Матье.

Он поймал ее за плечо, развернул к себе и ударил наотмашь тыльной стороной своей мясистой ладони. При звуке удара Иэн дернулся, но рука Джейми сжалась на его запястье.

— Что… — начал было Джейми, но тут же умолк.

— Putain de… merde… tu fais… chier [15] . — Матье тяжело дышал, отвешивая ей оплеухи в такт каждому слову. Она завизжала громче, пытаясь вырваться, но он крепко держал ее за руку и теперь, снова развернув, толкнул в спину. Она упала на колени.

Джейми ослабил хватку, но теперь уже Иэн крепко схватил друга за руку.

— Не надо, — коротко бросил он и потащил Джейми подальше в тень.

— Я и не собирался, — ответил Джейми, но сквозь стиснутые зубы и не доверяя собственным словам, потому что глаза его, как и глаза Иэна, не отрывались от происходящего.

Свет из распахнутой двери упал на женщину, высветив ее обвисшие груди, обнажившиеся в разорванной рубахе. Тот же свет высветил и голые круглые ягодицы. Матье задрал ее юбку до пояса и стоял позади, одной рукой пытаясь расстегнуть штаны, а другой вцепился ей в волосы и загнул голову назад, отчего шея женщины напряглась, а глаза на побелевшем лице округлились, как у насмерть перепуганной лошади.

— Pute! [16] — сказал он и открытой ладонью с силой ударил ее по заду. — Никто не смеет так говорить со мной! — Он, наконец, вытащил свой член и, держа его в ладони, вставил женщине с силой, от которой затряслись ее ягодицы, а мышцы Иэна от шеи до колен свело судорогой.

— Merde, [17] — сказал Джейми сквозь зубы. Мужчины и несколько женщин высыпали во двор и теперь вместе с бывшими там людьми окружили пару, наслаждаясь зрелищем. Матье работал не отвлекаясь. Он отпустил волосы женщины, чтобы крепче ухватить ее за бедра, ее голова повисла, волосы закрыли лицо. С каждым толчком Матье у нее вырывались хрип и ругань, вызывавшие веселье зрителей.

Иэн был шокирован — и тем, что сам испытал возбуждение, и тем, что творил Матье. Он никогда не был свидетелем такой откровенной случки, до того видел разве что возню под одеялом и изредка — фрагмент обнаженной бледной плоти. Но это… Ему следовало бы отвернуться, он знал, что следовало. Однако он этого не сделал.