Чтение онлайн

Любая другая девушка на моем месте точно бы сошла с ума, да и сомневаюсь, что я сама находилась все еще в здравом рассудке. Просто все так внезапно навалилось, что я даже не знала, чего теперь от всего этого нужно было ждать. Я так сильно заблудилась в этом лабиринте, что выход искала уже на ощупь. Хотелось бы верить в то, что все будет хорошо, но у меня это выходило как-то слабо.

Несмотря на то, что я дико устала, сон все никак не приходил ко мне, и я ворочалась с боку на бок, все думая и думая обо всем подряд. Даже о том, как там у дяди Рея мой ягненок без меня. Хотя Тед ведь сказал, что, пока я здесь, время для меня там остановилось. И все же даже это не придавало мне уверенности.

Мне все казалось, будто я что-то забыла сделать или сделала неправильно, и сомнения накрывали меня с головой, не давая провалиться в забвение и перестать думать об этом кошмаре хотя бы на несколько часов.

Не знаю, сколько прошло времени. Может, час, а, может, и больше, но я наконец сдалась и сонная как муха сползла с жесткой кровати и, полуприкрыв глаза, потянулась за оставленной на каком-то крючке туникой. Раз у меня не выходило заснуть, можно было хотя бы прогуляться одной и исследовать окрестности. За целый день мне так и не удалось этого сделать.

Спустившись вниз, я поразилась той гробовой тишине, которая стояла в воздухе. Все замерло, застыло, и лишь тихое отдаленное журчание редких родников прерывало молчание окружающей природы. На улочках, расположенных между массивными деревьями, не было ни души, но так было даже лучше.

На мгновение мне показалось, что я вижу вдалеке одиноко горящий огонек, но он тут же погас, а затем загорелся снова, но уже чуть ближе. Заинтригованная, я отправилась в ту сторону, где, как я думала, я увидела свет.

Огонек колебался и временами гас, появляясь то в одном, то в другом месте. Я шла, цепляясь за кору деревьев и не отрывая взгляда от крохотного сгустка света. Вскоре я узнала тропу, по которой шла: именно по ней эльф со странными коленками отвел меня к берегу бездонного озера, у которого я и встретила Теда.

Деревья начинали редеть, а затем я заметила впереди манящий отблеск черной воды. Около берега в воздухе парил светящийся мигающий шар размером с апельсин, а под ним сидели два эльфа — я могла судить об этом по выступающим острым ушам и неподвижной идентичной позе, в которой они вели беседу.

До меня доносились обрывки фраз из разговора, языка которого мне, конечно же, было не понять. В одном из говорящих я узнала Теда, а второй оказалась Аутарин. Они о чем-то негромко переговаривались, и витающий над ними сгусток света отбрасывал на их бледные лица похожие тени.

Стараясь как можно реже и тише дышать, я замерла за стволом толстого дерева, которого в своем мире никогда не встречала: почти идеально ровная и гладкая кора и выступающие над землей почти на целый фут мощные корни.

Я смотрела на двух разговаривающих эльфов, завороженная их красотой и изяществом, и внезапно мне захотелось, чтобы этот мир стал моим настолько, настолько он близок для этих неземных существ. Они были так прекрасны, что я готова была целую вечность пронаблюдать за тем, как шевелятся их тонкие губы. Они были не такие как люди — искренние, честные, прямолинейные. Они были из другой реальности. Той реальности, в которой мне никогда не будет суждено оказаться.

Неожиданно Тед резко вскинул голову вверх и глубоко вдохнул ночной воздух, отчего у меня чуть сердце не остановилось. И как я могла забыть про его сверхчувствительное обоняние!

А затем внезапно кто-то с силой зажал мне рот ладонью, и вместо крика из меня вырвался только приглушенный свист, будто сдувался воздушный шарик.

Я очнулась от дикой боли в голове, но, обнаружив, что не могу пошевелить даже кончиками пальцев, тут же запаниковала. Последнее, что я помнила, было то, как кто-то подошел ко мне сзади и, судя по тому, как сильно болела голова, ударил чем-то тяжелым.

Если честно, я уже просто перестала удивляться тому, что каждый в этом мире просто жаждет сделать из меня жаркое или, на худой случай, калеку.

Глаза были завязаны какой-то темной лентой, которая неприятно сдавливала виски, та же участь постигла затекшие руки и ноги. Сейчас я могла полагаться только на свое обоняние, и оно говорило мне о том, что в помещении, в котором я находилась, жутко воняло сыростью и еще чем-то приятным, больше напоминающим запах жареной птицы.

Почувствовав, что я, скрючившись, сидела у какой-то стены, я попыталась выпрямиться, но это была плохая затея: тело тут же по всем нервным окончаниям передало сигнал срочной тревоги. Да я и без этого знала, что не на пляже в Монте-Карло валялась!

Радовало хотя бы, что моя одежда была все еще при мне, хотя обувь мой похититель с меня все-таки стянул. Голыми пятками я ощупывала холодную сырую землю, на которой сидела, и все гадала, сколько времени я провалялась здесь без сознания.

Но самым необычным было то, что я не чувствовала никакого внутреннего мандража или оплетающего разум своими невидимыми нитями страха. Внутри меня с каждой минутой росло какое-то необъяснимое смирение, точно нервная система напрочь отказывалась работать. Или это просто сердце мое замерзало, леденело под холодным, кусающим щеки ветром?

Из-за того, что я временно была лишена зрения, остальные чувства в мгновение обострились. Я слышала тихий шелест листвы, сквозь который неясно прослеживалось чье-то бормотание. Я слышала чье-то дыхание… Хриплое, дерзкое.