Чтение онлайн

Руслан отпустил её лицо, напоследок проведя большим пальцам по её припухшим после сна губам, развернулся и нетрезвой походкой вышел с кухни, оставив Катю одну.

Она кое-как заставила себя отцепиться от стола, засыпать зерна в кофемашину и запустить её. Девушка смотрела, как темно-коричневая, местами черная жидкость стекает тонкой струей в чашку.

Сегодня…

Что ж, она будет готова.

Коваль к этому времени проспится. Она не сомневалась.

— Ой, ты уже тут? Готовишь кофе? А на меня не будет?

Шаги Юли она тоже не услышала. Катя улыбнулась — пора привыкать.

— Будет.

— Отлично. А то я что-то никак не проснусь. Сяду пока, посижу, хорошо?

— Конечно. Зачем у меня спрашивать?

Юля пожала плечами.

— Не знаю.

Она села за стол и подперла подбородок руками. Выглядела молодая женщина заспанной.

— Плохо спала?

Вроде бы Катя задала простой, ничего не значащий вопрос, а на лице Юли отразились сомнения. Потом она наигранно громко вздохнула и ответила:

— Катюш, я же из военных бывших… Воевала. Кошмары вот периодически и мучают.

Катя не смогла скрыть своего удивления:

— Воевала?

— Ну да.

— Даже не знаю, что сказать… Я догадывалась, что ты из военных, но тех, что в штабе или в округе.

— Нет, — девушка качнула головой. — Я глаз на войне и потеряла. Сильно меня тогда приложило. Реабилитацию проходила, а что толку. Кошмары, сволочи, никуда не деваются. Снотворные не помогают. Иногда напилась бы с большой радостью, но Руслан Анатольевич сразу погонит взашей.

Кате подумалось, что себе-то он позволяет расслабиться. Но не ей его судить.

— Прямо таки погонит?

Она разлила кофе, добавив кипятка. Взяла сразу две чашки и пошла к столу.

— Погонит, Катюш. Он давал мне время прийти в себя.

У Кати десятки вопросов роились в голове. Ей вроде бы и хотелось больше узнать про Руслана, и блоку неё стоял, железный такой, прочный. Интуиция нашептывала, что не надо ей лезть туда, куда её не приглашают. Откат может быть таким, что мало не покажется.

— Слушай, Юль, а конфеты есть? Я очень сладкого хочу.

— Есть. В соседнем шкафчике с кофе.

— Отлично.

— И мне белый шоколад прихвати, пожалуйста.

Катя открыла шкаф и мысленно охнула. Около десяти коробок с конфетами, фирм и названий которых она даже не знала. Снова продукция не для простых смертных, но как же соблазнительно! Катя тоже любила белый шоколад, поэтому они обошлись одной коробкой.

— Будем толстеть, — вынесла вердикт Юля, закидывая в себя третью конфету.

А Катя боялась взять даже первую.

Когда она последний раз ела сладкое?..

— Тебе поправиться не грозит, — Катя осторожно взяла конфетку. Наверное, очень вкусная. На вид — нереально.

— Да, я люблю спорт. А ты?

— Как-то не сдружилась.

— Ничего, у тебя всё впереди.

Катя не обратила внимания на её фразу — слишком поглощена была шоколадом.

Она отправила сразу всю конфету в рот и, не устояв, негромко застонала.

— Вкусная?

Ответом Юли послужил ещё один стон.

— Ты забавная. Катюш, и такая…

Юля не договорила, оборвав себя на половине фразы.

И то, что Юля замолчала, всё же оторвало Катю от вкусового оргазма, заставив быстро разжевать конфету и сделать глоток кофе.

Лицо собеседницы изменилось, какая-то минута, и на нем появилась задумчивость, туманность во взгляде.

— Юля? — Катя даже поставила чашку на стол. — Что-то не так?

ЕЙ очень не хотелось портить отношения с молодой женщиной. Она была Кате очень симпатична, а их беседы превратились для неё в настоящую отдушину. И резкая перемена в лице Юлии не могла не взволновать Катерину. Вроде бы и не сделала, и не сказала ничего лишнего.

— Давай я сразу кое-что проясню, Катюш, а потом задам тебе один вопрос, — ровным, но более холодным тоном сказала Юля. — Я не люблю Руслана Анатольевича. Это раз. Никакого романтического, сексуального влечения к нему не испытываю. У нас с ним отношения командира и подчиненного. Я всегда буду для него капитаном, он для меня генералом, благодаря которому я всё ещё жива. Да-да, Катюш, он спас мне жизнь, в прямом смысле вытащил меня из-под обломков. Поэтому, как ты понимаешь, я ради него пойду на всё. И даже чуть на большее. Эй-эй, а ну не напрягаться. Ты чего сейчас удумала? Я ни в коем случае тебе не угрожаю. Просто я хочу, чтобы ты знала про моё отношение к нему. Никакого влюбленного интереса. ещё раз повторюсь. Теперь, собственно, вопрос, который я хочу задать: ты в доме Руслана Анатольевича надолго?

Вопрос не понравился Кате. И в чем причина, она объяснить не могла.

— Я поняла тебя. Юля, и поняла твоё отношение к Руслану. Что касается твоего вопроса — я не знаю. У нас всё… непросто.

Не могла же она сказать, что в этом доме в роли любовницы. Да и не любовницы пока тоже. Она вообще не пойми кто.

Осужденная. Вернее, подследственная.

Черт, как же сложно. Нереально.

— Катюша, меня не интересуют ваши отношения, — Юля снова улыбнулась доброй, открытой улыбкой. — От слова «вообще».

— Тогда к чему вопрос? Есть же какая-то подоплека у него?

В глазах Юлии промелькнула задумчивость.

— Есть.

— И?..

— Мне стало интересно, будешь ли ты находиться в доме послезавтра.

— Послезавтра? — Катя чувствовала себя глупо. А ещё чувствовала попугаем, повторяющем услышанное.

— Да. Но почему именно послезавтра, не спрашивай, не скажу. Не моё дело.

Просто… В общем, Катя, не бери в голову. Может, всё будет иначе. Не знаю я. А ты меня не слушай. Иногда я болтаю лишнее. Но это уже издержки гражданской жизни.