Чтение онлайн

Руслан стоял у окна, закатав рукава рубашки. Руки были заведены назад, и Катя снова увидела кожаные браслеты на запястьях. Когда он лег на полок, Катя хотела рассмотреть запястья, но из-за того, что он положил кисти под лицо, не удалось.

Как бы ни хотелось Кате не проявлять любопытство, иногда оно сильнее человека.

Катя подозревала, что браслеты скрывали шрамы, ожоги, да мало ли что. Она могла ошибаться, и генерал Коваль мог оказаться обычным любителем кожаных браслетов.

Больше на нем украшений не было.

— Я готова.

— Пошли.

Он подошел к ней и снова протянул руку. Катя позволила взять себя за ладонь, стараясь скрыть охватившую её внутреннюю дрожь, с которой ей никак не удавалось справиться при его приближении и прикосновении. Особенно остро её неуверенность проявлялась в незнании будущего.

— Я могу узнать, куда мы идем?

— Нет.

Вот и весь разговор.

Катя сникла. Ничего… Ничего… Другого она и не ожидала. Или решила, что, раз её генерал пожалел, дает возможность долечиться, то она внезапно пробудила в его душе нежность и влюбленность? Глупость, конечно.

У каждого свой интерес.

Они вышли через основную дверь. Особняк был освещен приглушенным светом.

На улице по периметру так же, как и прошлой ночью горели небольшие фонари.

Рядом с крыльцом стояла спортивная машина. «Ламборджини»? Это единственное. что пришло на ум Кате при виде нереальных фантастических очертаний авто. Она могла, конечно, и ошибаться.

Дверца плавно отъехала вверх.

— Смелее. Воробушек, — Коваль легонько подтолкнул её в спину.

— Она смотрится нереально, — Катя поделилась своим мнением.

— Садись. мягкое кожаное сиденье, урчащий звук двигателя, плавный старт.

В её машине всё было иначе.

Неприятное дребезжание дешевого пластика, стук подшипников и подвески в целом.

А так же срежет металла, юз по дороге и глухой звук об ударяющееся тело.

Катя гнала от себя мысли об аварии, не позволяла проваливаться в прошлое. Всё же не удержалась и поёжилась.

Что не осталось не замеченным Русланом:

— В чем дело, Воробушек? Тебе не понравилась машина? Или водитель напрягает?

Мгновенная смена настроения Коваля подкинула дровишек в разрастающийся костер самобичевания Кати. Самооценка стремительно покатилась вниз. Генерал умеет расставлять акценты.

Кстати, водителем был он сам.

— Машина очень хорошая, Руслан, — негромко ответила Катя, начиная заламывать руки. — Водитель, думается, шикарно с ней справляется. Дело во мне. Я вспомнила ТОТ день…

Уточнения про день не требовалось.

— Зачем? — Руслан не сменил тона, спросил ещё более жестко. отчего Катя снова неприятно передернула плечами.

— Не знаю, — честно призналась она. — Накатило, наверное, спросонья. Извини. Не хотела тебе портить настроение.

— Ты его не мне испортила. Себе. Пока ты со мной. ты защищена. И от воспоминаний тоже.

Двигатель спортивного кара уже работал, но Коваль не трогался с места. Он повернулся корпусом к Кате, и двумя пальцами взял её за подбородок, заставив посмотреть на себя.

В салоне свет не горел, освещение давала мигающая панель и фонари. Этого оказалось достаточно, чтобы рассмотреть выражение лица мужчины.

Катю обдало горячей, нет, обжигающей волной. Она уже начинала привыкать к его замашкам, к тому, как он властно трогает её. Приручает к себе.

Ты защищена… Пока ты со мной…

Слова, направленные на то, чтобы успокоить, на самом деле ужасающие по своей сути.

— Я тебя поняла, Руслан.

Катя сдержанно улыбнулась, окончательно запутавшись и в очередной раз обругав себя. К чему сантименты? Она забыла, зачем здесь и для чего?

Дура…

— Ни хера ты не поняла, — он прищурился в своей недовольно-угрожающей манере.

— Поцелуй меня, Воробушек. Губы твои хочу.

Почему Катя сразу подумала, что его последняя фраза имеет двойной смысл?

Хорошо, что они в машине, а не в бане.

Катя, шикнув на себя за промедление, потянулась к Руслану. Раз хочет, значит, получит. Тем более, он продолжал удерживать её за подбородок. Не вывернешься.

И этот взгляд… Снова дикий, голодный.

Даже неопытная в делах интимных Катя интуитивно чувствовала, что ему требуется куда больше, чем она ему дает Ему! Взрослому мужику! Ей бы принять этот факт, и было бы легче. Но всё её естество кричало, что насильно… Его страсть, его влечение. Навязано. Потому что он так захотел. И не важно, что разум тотчас вступал в дискуссию, кричал ей: где бы ты сейчас была?! И под кем…

Сердцу и душе не прикажешь.

Катя дотронулась до обветренных губ Коваля. Ей показалось, или он замер, предварительно глухо застонав? Показалось… Слишком нереально.

Но Коваль больше не двигался, даже ослабил захват пальцев. Решил посмотреть. насколько далеко она пойдет? Да уж куда дальше-то после бани? Катя аккуратно целовала, пробуя. Исследуя Осторожно даже. И в какой-то момент забылась, высунула язычок и провела им по губам Руслана.

Видимо, её смелость сорвала пружину сдержанности генерала. Тот, издав уже довольно громкий стон, схватил её за затылок, прижав к себе плотнее. Перехватил инициативу, властно набросившись на губы Кати. Та застонала в ответ. Почему?

Она не знала, впервые перестав себя контролировать.

Может, и правильно…

Может, так и нужно…

Напор Руслана по-прежнему пугал её своей силой, мощью. Он не целовал её, он трахал её рот. Ей уже доводилось слышать это выражение, но она не понимала его смысла. Поняла. Мужской язык ворвался внутрь её приоткрытых губ и сразу же заявил на неё права. Соприкоснулся с её языком, заставив ответить.

Руслан оторвался от неё, продолжая удерживать затылок, и грязно выругался.

— Целовать тебя — плохая идея, Воробушек. Всё, поехали.