Devil ex machina
Шрифт:
Фаина услышала какое-то движение со стороны балкона и поспешила скрыться. Не хотелось ни с кем встречаться глаза в глаза. Она пошла к лестнице, чтобы спуститься к Денису и попросить у него что-нибудь вроде лупы. Наверняка у него есть, он ведь художник.
Но едва Денис открыл дверь, по отсутствующему взгляду Фаина сразу поняла, что парень недавно принял дозу. Она не любила видеть его в таком состоянии. Это пугало. Не было перед нею Дениса, которого она знала. Был молодой человек, похожий на индейца, который минут пять назад употребил пейот. Кажется, он даже не узнал ее. Что уж говорить о том, чтобы он насторожился, заметив водяные пятна на груди девушки, мокрые волосы, покрасневшие глаза…
– Денис?
– М-м-м-м…
– Ты в норме?
– М-м-м-м-м… да. Кажется…
– Ты можешь сделать то, что я попрошу?
– А кто ты?
– Фаина.
– Фаина.
– Пожалуйста, закрой дверь и вернись туда, где ты был. Никуда не выходи. Это очень важно. Хорошо?
– Хорошо? – переспросил Денис, будто передразнивал ее. Затем очень медленно закрыл дверь, продолжая смотреть куда-то сквозь девушку.
Фаина почти забыла о собственном происшествии. Сейчас оно казалось ей страшным сном, который постепенно рассеивается, несмотря на пугающую реалистичность.
Возвращаясь на свой этаж, она решила завалиться к Гене (чуть не столкнувшись с Алеком) и попросить осмотреть ее щиколотку. Своему зрению, которое видит предметы и лица там, где их нет и не может быть, Фаина уже не доверяла. А Гена был единственным, к кому можно обратиться с самой нелепой просьбой и не опасаться косого взгляда.
Приятеля дома не оказалось, хотя сегодня не его смена, это Фаина знала точно. Кажется, тут все сговорились. Саша сообщил ей, что Гену попросили выйти не по графику, и собирался уж вернуться на свое место, как Фаина толкнула его внутрь, стремительно вошла следом и захлопнула дверь.
– Ты чего? – опешил паренек.
– Мне нужна помощь.
– Э… Какая?
– Смотри.
Сбросив с ноги тапок, Фаина подтянула стул и водрузила на него свою длинную узкую ступню.
– Ты что, плакала?
– Пожалуйста, посмотри внимательно, нет ли у меня на щиколотке или вообще на ноге следа от… чего-то вроде… иглы.
– Что-что?
– Это очень важно, – с нажимом проговорила Фаина. – Пожалуйста, сосредоточься. Я не уйду, пока ты не проверишь. У тебя есть очки, лупа или что-то такое?
Саша, наконец, понял, что от него требуется, и молча полез в выдвижной ящик. На удивление у него оказалось увеличительное стекло.
– Гена рассказывал, что ты странная, – признался он, включая на смартфоне мощный фонарик, – но я не думал, что настолько.
– Поживи тут с мое, ничему удивляться не будешь.
– Ой, ну началось. Еще дедовщины не хватало. Давай сюда свою ногу.
– К чему этот недовольный тон? Я прошу о чем-то очень сложном? Невыполнимом? – голос Фаины задрожал от пережитого напряжения. – Или я сама тебе неприятна?
Саша поднял на нее растерянный взгляд и вздохнул.
– Перестань ты вот это.
Чтобы осматривать щиколотку, юноша опустился на колени. Фаина сжала губы и стала смотреть в потолок.
– Ничего нет, – выдал он в итоге.
– Точно?
– Да.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Чистая кожа. Никаких следов.
– Извини за травму. Мне следовало сначала побрить их, прежде чем просить кого-либо об осмотре.
– Не будь такой сексисткой. Лучше расскажи, что за спесь на тебя нашла.
– А что?
– Ну… не каждый день меня о подобном просят. Интересно все-таки.
– Расскажу как-нибудь потом. Ладно, раз ты уверен… Не хочешь взглянуть заново?
– Могу, но ничего не изменится. Я уверен.
– Откуда у тебя вообще увеличительное стекло? – спросила Фаина, обуваясь.
– Привез с собой из дома. Хобби у меня было – модели клеить. Там без лупы не обойтись – мелкие детали. Но сейчас не до того. Вот и лежит без дела. На днях думал, выброшу этот хлам, и не стал почему-то.
– Значит, мне повезло, что я пошла сюда. Ну, бывай, салага.
– Стой-стой, Фаин, ты это… Если еще надо будет где-то на теле что-то проверить, зови обязательно меня. У Гены, знаешь, зрение не очень, да и вообще…
Фаина усмехнулась в дверном проеме и зашагала к себе, почти полностью успокоившись. Алека в тот вечер она больше не встретила. Наверное, и правда что-то было там неладное с оплатой, а девушка ткнула пальцем в небо и угадала.
Глава 7, в которой Фаине читают нотации
«Уже давно была оставлена мысль, что сфера деятельности дьявола ограничивается исключительно некрещеными и язычниками. По своей неизреченной справедливости бог соизволяет дьяволу терзать и искушать и верующего: этим последнему предоставляется возможность добровольным, свободным выбором достичь блаженства, опозорить искусителя, укрепить в себе веру и приободрить чужую душу и совесть. Вот почему никто не может оправдываться ссылкой на дьявольское обольщение: ведь демоны вообще не в силах принуждать к греху, они лишь побуждают к нему».
Яков Шпренгер, Генрих Инститорис – «Молот ведьм»
По окончании института Фаина почти ни с кем не поддерживала связь. Многих она частично успела позабыть. Имена и лица выветривались из ее памяти с завидной скоростью. Хотелось бы так же быстро забывать свои оплошности и всякие неприятности.
Очень странно: Фаина отлично помнила фрагменты детства, даже не слишком яркие, а вот однокурсников, с которыми училась несколько лет назад, вспоминала с трудом. Будто вместе с ней сидели в аудиториях, засыпали на лекциях, умирали от голода и сдавали зачеты не такие же люди, как она, а блеклые тени людей.