Чтение онлайн

– А что, мне это нравится. – Черрок зашарил глазами по проходу. – Где тут ягоды?

– Да я не про обычный джем. Я имею в виду совместную игру. Дуэт поющих колдунов.

В жилет пересмешника вцепилась когтистая пятерня.

– Не допущу! – заорал хорек, подпрыгивая на коротких лапах. – Не позволю! Я тебе заплатил, и хорошо заплатил! У нас договор! Слишком многое поставлено на кон…

– Ага, в том числе и моя репутация, – холодно перебил Черрок и перевел взгляд на Джон-Тома. – Но ведь это несложно уладить между друзьями, верно? Ну, а деньги… – Он снова повернулся к волшебнику. – Деньги ты можешь забрать. Кажется, мне неохота…

– Берегись, приятель! – Выдр кинулся грудью на Цанкресту. Еще миг – и кинжал хорька, подло спрятанный под крылом ни о чем не подозревающей птицы, поразил бы Джон-Тома. Двое хищников, сплетясь в клубок, покатились по полу.

– Дехжи его, сахахный! – Розарык спешила Маджу на подмогу, демонстрируя готовность сковырнуть голову колдуна с такой же легкостью, как пробку с бутылки.

Но хорек уже с трудом поднимался на задние лапы, оставив на полу окровавленного Маджа. Продемонстрировав невероятное проворство, он избежал молниеносного прыжка Розарык и вскарабкался на ближайший стеллаж. Посыпались коробки и ящики; раздраженно отбивая импровизированные снаряды, тигрица выискивала свою добычу. Затем полезла следом за ней – медленно, но неотвратимо.

А Джон-Том склонился над Маджем, обеими лапами зажимающим кинжальную рану.

– Вот и все, шеф, – еле слышно произнес выдр, глядя на друга сквозь полусмеженные веки. – Кранты, помираю. А ведь я знал: когда-нибудь это случится. Да тока не ожидал, что так рано, да еще в какой-то поганой лавчонке на полпути к краю света. Я в том смысле, что собирался дать дуба в своей постели. – Прозрачные коричневые глаза были полны тоски и скорби. – А ведь славно мы с тобой погуляли, а, кореш? Случалось нам и похохотать до упаду, и поиграть со смертью. Да, парень, будет тебе о чем спеть… – Веки сомкнулись, затем слабо приоткрылись. – Жалко, что все так кончилось. Ежели у тебя осталась еще одна песенка, посвяти ее старине Маджу. И пусть это будет песенка про золото, чаропевец. Не суждено мне помереть в своей койке, так может, я найду покой под грудой золота, а? Закопай меня под этим мусором, и я свалю отсюда счастливым…

Джон-Том опустился на колени рядом с неподвижным выдром, приподнял одной рукой его голову и спокойно заявил:

– Мадж, кинжал вошел от силы на полдюйма, и кровь почти не идет. Если хочешь вытрясти из меня золотишко, изобрети что-нибудь получше.

– Золотишко? – жалобно спросил выдр. – Да что ты, кореш! Неужто решил, будто я в такое время способен ловчить, выманивая у волшебника золото? За кого ты меня держишь?

Джон-Том не ответил.

Мадж развел лапами, и его глаза округлились от изумления.

– Ну, надо же! Да ты тока посмотри! Заживает, приятель! А все благодаря твоей магии. Спасибо, шеф, спасибо! Никогда этого не забуду.

– В этом я не сомневаюсь, – брезгливо сказал Джон-Том. Он встал, и затылок Маджа стукнулся о пол.

– Ай! Ах ты, чертов хитрожопый, долговязый, безголосый всезнайка и сукин…

Не дослушав до конца, Джон-Том повернулся и посмотрел в глубину прохода. Но в колдовском дыму и в пыли, опустившейся со свода, было совершенно не видать Цанкресты и кровожадной тигрицы. Битва переместилась в другой проход, на другой ряд стеллажей. Исчезла и Снут, и это было понятно: владелица магазина предпочла дожидаться исхода битвы в безопасном укрытии. Точно так же, наверное, поступил бы и Джон-Том, случись ему поменяться местами с кенгуру.

– Вставай, Мадж, – нетерпеливо велел он. – Надо помочь Розарык.

Все еще зажимая лапой легкую рану, выдр поднялся.

– Да брось ты, чувак, зачем этой горной гряде наша помощь. Конечно, я пособлю ее искать, но даю башку на отсечение, что она раньше нас доберется до этого хмыря Цанкресты. – Мадж поморщился, рассматривая рану. – Вот паскудник! Такую жилетку испортил!

– Погоди! – Джон-Том вгляделся в дым. – Кажется, она идет.

Но вернулась не тигрица. Существо рысило на четырех ногах, и его золотистая шкура поблескивала даже в полумраке. На спине единорога, обхватив его шею, ехала девушка – красная, как вареный омар.

Весь в поту и мыле, Дром остановился возле Джон-Тома и Маджа.

– Жарко, – сказал он, хоть это было ясно и так. – Чуть не испекся.

Глупость сползла на руки юноше. Она была без сознания.

– Шагала, как лунатик, прямиком к жерлу. Едва успел перехватить.

– Джон-Том…

Он держал ее осторожно – этого требовал обширнейший ожог первой степени.

– Я… не понимала, что происходит, что я делаю. Яльвар… Он такое со мной сотворил… Я больше не могла думать сама… – Ее голова упала на грудь Джон-Тома. – В то утро, когда он меня разбудил и велел идти за ним, я хотела закричать, предупредить вас, но ничего не вышло. Он меня увел, но то была уже не я, нет! Как будто я попала в плен к собственному телу и не могла выбраться. – Девушка захныкала, по щекам побежали слезы. Затем она изумленно подняла глаза: – Плачу? А ведь я думала, что разучилась плакать.

– Ты была под гипнозом. – Недоумение в ее глазах не рассеялось, и тогда Джон-Том пояснил: – Это разновидность волшебства. Ты не владела собой.

Он прижал ее к себе и, услышав стон, поспешил успокоить:

– Мы найдем что-нибудь от ожога. Наверное, Снут поможет. У меня еще осталось три золотых – те, что Мадж не растранжирил в Снаркене. Купим лекарство и для тебя.

– Ничего, – прошептала Глупость, – уже все в порядке. – Она повернулась к Дрому. – Но если бы не он, все было бы по-другому. Я не знала, о чем и думать, когда увидела, как он несется ко мне по коридору. А потом он объяснил, кто он такой. Что он ваш друг и что вы все тоже внутри горы, сражаетесь с Яльваром-Цанкрестой. – Она подбежала к единорогу и благодарно обняла его за шею.

Чуточку потерпев, Дром попятился и высвободился.

– Мадам, я рад, что оказался вам полезен, но просил бы избавить меня от бурных эмоций.

– Но я думала… – Глупость явно обиделась, и Джон-Том поспешил ее успокоить:

– Дром вовсе не злой, Глупость. Просто он такой, какой есть. Я тебе потом объясню. – Он взглянул на единорога. – Ты здорово рисковал, Дром.

– Я старался. – Единорог оглядел коридор. – А где же большая самка? И злюка-хорек? Вы одолели его в мое отсутствие?

– Нет. – Джон-Том с улыбкой посмотрел на пересмешника. – Это Черрок. Сообразив, что самому ему меня не переколдовать, Цанкреста позвал на подмогу другого чаропевца. Мы с Черроком устроили тут настоящий музыкальный ураган, прежде чем поняли, что гармония лучше диссонанса. А Цанкрестой занялась Розарык.

– Что ж, остается только пожалеть хорька.

– Твоя правда, кореш, – сказал Мадж. – Розарык – бабенка лютая. Эх, будь она разочка в четыре поменьше…

– Мадж, когда же ты научишься мыслить масштабно? – Джон-Том посерьезнел. – Цанкреста не только сметлив, но и шустер. Может удрать.

– Чувак, да куда он денется? – возразил Мадж; – Ставлю на кон свой причиндал, из этой норы только один выход. Я бы сказал так: чем суетиться, давайте лучше разыщем ее хозяйку, долговязую крысу. Лекарство было у нее в лапе, когда заварилась каша, и я готов побожиться, что оно по-прежнему там.