Чтение онлайн

— Хорошо бы он не сбежал, — мрачно изрек цепной пес королевы. — Почему к заключенным был применен силовой метод допроса?

— У них была выявлена аллергия на ультрапентотал, — продолжал стоять, словно кол проглотил, Фажетти. — Врач едва успел ввести им антидот.

— Они успели что-нибудь рассказать? — мрачно осведомился Винсент, останавливаясь напротив прохлопавшего «крота» Лиама. Разница в росте вовсе не мешала главе РСР смотреть на подчиненного сверху вниз при том, что Бодлер-Тюрри был ниже полковника на полголовы. — Мне очень хочется услышать положительный ответ, полковник Фажетти.

— К сожалению, господин генерал, мы не успели от них ничего добиться, — был вынужден признаться глава отделения. На лбу его бешено билась жилка, на висках проступили капельки пота — несмотря на всю свою блестящую карьеру разведчика, на все свое бесстрашие удачливого полевого агента, полковник Фажетти сейчас боялся. Он до смерти боялся этого человечка с лицом вечно сонного добродушного ленивца, потому что знал, каким безжалостным тот был на самом деле. — Единственное, что мы смогли сделать — установить их личности, господин генерал.

— Ну, хоть что-то, — Винсент отвернулся от проштрафившегося подчиненного, отошел на несколько шагов, заложив руки за спину. — Кто они?

— Один из них — кершиец, господин генерал, — чуть выдохнул и расслабился полковник. — Его зовут Дональд Пматк, когда-то он отслужил два года в пограничных войсках Керши, на границе с Норсиком. Он прибыл в Розми семь лет назад. Сначала жил в Ариэль или в ее окрестностях, в поместьях ноэлов — он почти сразу стал близким другом Генриетты Блустар, она приняла участие в его судьбе.

— Полковник, кершиец — гомосексуалист, — вскинул брови Бодлер-Тюрри.

— Это же кершиец, господин генерал, — еще немного расслабился Лиам. — Там одно другому вообще не мешает. Это же Керши, каких извращений там только нет, там огульно исповедуется принцип свободы и демократии.

— Хорошо, допустим, — вынужден был согласиться Винсент. В Керши и впрямь самыми незащищенными в правовом отношении людьми были молодые мужчины стандартной сексуальной ориентации.

— Затем Пматк исчез из Ариэль на три года, господин генерал, — продолжил Лиам. — Он не совершал никаких правонарушений, не нарушал правил миграционного контроля, поэтому он не попадал в поле зрения правоохранительных органов или миграционной службы. Последние два года Пматк регулярно совершал поездки в Алсултан, вернулся недавно в Ариэль, возобновил некоторые свои знакомства с ноэлами. Внимания РСР, ГСР и полиции он ничем не привлекал.

— Общался ли он с Генриеттой Блустар или иными опасными заговорщиками? — насторожился Бодлер-Тюрри. — Болтуны меня не интересуют.

— Да, господин генерал, — вновь начал напрягаться Лиам. — Пматк возобновил свое знакомство с Блустарами, он был вхож в дома Корнесси и Сандеев. Насколько нам удалось отследить его связи, он общался с еще несколькими семьями ноэлов и других аристократов, — отчеканил Фажетти. — Аналитиками сделан вывод, что Пматк просто любил деньги и красивую жизнь, в заговорах он не участвовал…

— Однако, его труп лежит у нас в морге, а сам господин Пматк оказался приверженцем культа Сета, — напомнил Бодлер-Тюрри, остановившись за спиной подчиненного.

— До настоящего времени, господин генерал, последователи культа Сета не считались опасными или же заговорщиками, — нашел в себе смелость напомнить Фажетти.

— Не считался, — был вынужден согласиться глава РСР.

— Так же, господин генерал, о его приверженности культу бога-змеи мне ничего не было известно до момента получения вашего приказа на арест Пматка и еще нескольких людей, — напомнил, сглотнув, полковник. Он уже понял, что убивать и понижать в звании до лейтенанта его, скорее всего, не будут, поэтому к Фажетти постепенно начала возвращаться уверенность в себе.

— Хорошо. Что со вторым? — осведомился генерал Бодлер-Тюрри, вновь начиная нарезать круги по кабинету.

— Лемарр Фарроу, родился и жил в Миранде, пока десять лет назад не уехал из города. Уехал он в Алсултан, через год вернулся в Розми.

— Чтоб тебя! Твою ж мать! — не сдержался Бодлер-Тюрри. — Опять Алсултан!

— Да, господин генерал.

— Продолжайте, — приказал Винсент.

— Следы Фарроу теряются после прохождения им таможни во Фритауне. Правонарушений он не совершал. Два года назад он появился в Ариэль, возможно, вместе с Пматком. Они имеют общий круг знакомых. Опять же оба сетопоклонника жили на квартире жены Питера Канингема, который нам весьма помог в их задержании, — коротко доложил Фажетти.

— Фарроу — жрец Сета. Вы это, полковник, несомненно, знаете? — вновь приблизился к подчиненному Бодлер-Тюрри.

— Да, господин генерал, — кивнул Лиам.

— Опять Миранда, опять Алсултан, опять последователи Сета, — скорее себе, чем замершему главе отделения пробормотал Винсент.

— Позвольте заметить, господин генерал, т. к. оба сетопоклонника выезжали в Алсултан, были знакомы, то я могу предположить, что они вполне могли стать приверженцами культа Сета именно в Алсултане, — заметил Лиам. — Мы не имеем возможности отследить их передвижения в Алсултане, но именно там культа бога Тьмы не только не под запретом, но находится в большом почете, т. к. Сет — повелитель пустыни, а половина Алсултана — пустыня.

— Все может быть, — кивнул Бодлер-Тюрри.

— Также, господин генерал, позвольте заметить, что вербовку последователей культа они начали с известных заговорщиков — Корнесси, Сандеи, Блустары. Но при этом в заговорах сами не участвовали, — продолжил приободрившийся Лиам Фажетти. — Из этого я могу предположить, что, вполне, вероятно, за ними стояли или жрецы из Алсултана, решившие проникнуть в Розми и оказывать на политику влияние через религию, или же за жрецами может стоять сам император. Им не выгодны перевороты, где вверх одержат наши заговорщики — они не смогут влиять на Розми. Но при их помощи, завербовав их, они могут рассчитывать со временем захватить Розми. Или расшатать равновесие в стране, а потом начать действовать самим.

Бодлер-Тюрри кивнул. Он сам пришел к похожим выводам. Значит, пришла пора вплотную заняться Алсултаном — давно там никаких революций что-то не происходило! Надо бы отвлечь их внимание от Розми хотя бы лет на пять.

— Хорошо, — кивнул глава РСР еще раз. — Господин полковник, отравитель не должен умереть. Кем бы он ни был.

— Так точно, господин генерал, — отчеканил Лиам.

— Свою голову вы, полковник Фажетти, сохраните лишь в том случае, если я лично смогу его допросить и выйти на тех, кто ему заплатил или на его единомышленников, — посмотрел в глаза вновь вытянувшемуся в струнку подчиненному Бодлер-Тюрри.