Чтение онлайн

У меня всегда находилось какое-нибудь дело. То парты завозил и стулья, потом подушки, одеяла, мел и прочее…

Но больше всего времени я уделял личным делам поступающих и педагогов. Кажется, назубок их уже выучил, а все равно читал и перечитывал, пытался разобраться, представить их характеры, кто на что способен. Поскольку им ведь судьбы ребят решать.

Папки с делами поступающих я условно делил на несколько групп. Первая — это мальчишки из средних семей, прожившие двенадцать лет своей жизни в нормальных условиях. Вторая группа — ребята из детских домов и из неблагополучных семей. Было решено оставить несколько мест и для таких мальчишек. Иногда детдомовские оказываются сообразительнее своих благополучных сверстников, потому что вынуждены бороться за себя. Папки с личными делами ребят из второй группы лежали передо мной по алфавиту. Астафьев, Воркутов, Земляк, Клешнев, Мучный, Рассохов, Шлитцер. Беда в том, что навыки борьбы за жизнь, которые приобретают эти ребята, порой проявляются самым невероятным образом. Тут тебе и воровство, и зависть к чужому благополучию, а то и внутренняя готовность к преступлению…

Вот, скажем, Михаил Астафьев, паренек из Архангельска. Четвертый ребенок в семье, где всего семеро детей. Самостоятельный, уже за младшими смотрит, потому что родителям, по большому счету, не до своих отпрысков. Парня можно было бы только похвалить, если бы не два привода в милицию. Один раз он к соседям забрался через балкон, украл автомобильный насос и продал его на толкучке. На все деньги купил лапши, чтобы накормить младших братьев и сестер. Второй раз — с компанией подростков участвовал в нападении на пьяного. Вроде опять пошел на преступление из-за денег, потому что младшим дома есть было нечего. Но ведь преступление преступлением остается, и нарушать закон недозволительно… Мальчишку, видать, выручать надо… В Архангельске, видишь ли, считают, что его мать с отцом надо родительских прав лишать, младших братьев и сестер — в детский дом, а его самого — на хорошее обучение. Да и результаты первых тестов у него отличные…

Или вот, Георгий Шлитцер. Из русских немцев, видать. На региональный конкурсный отбор он попал из крохотного городка на границе с Казахстаном… Способностями блеснул, это да… Но за время его пребывания в детском доме случилось столько всего, что волосы дыбом встают.

А в третьей стопке — папки с досье на ребят из состоятельных семей: Бутырин, Вельяминов, Лыжин, Назаренко, Петардов, Смеянов, Туркин, Юденич… Такие ребята частенько с раннего детства привыкают к тому, что им все дозволено, все по карману… С презрением глядят на сверстников, у которых нет таких же возможностей…

Опасно соседство детдомовских ребят и ребят из состоятельных семей. Атмосфера в училище будет отравлена. Ребят нужно отобрать неподатливых, сложных, ершистых, которые и умом наделены, и себе цену знают…

Но больше всего меня волновал один парнишка. Я подвинул к себе папку с его личным делом.

«Дегтярев Владимир Анатольевич…»

Я, право, не знаю, как он оказался в списке.

Снова перелистал дело Владимира Дегтярева.

Позвонить генералу? Спросить у него?

Я уже почти решил позвонить, как вдруг раздался звонок внутренней связи с поста охраны у главных ворот.

«Наверное, компьютеры приехали», — подумал я поднимая трубку.

— Да?..

— Валентин Макарович, — доложил начальник поста, — тут вас спрашивают.

— Кто?

— По документам Дегтярев Анатолий Александрович. Пропустить или нет?

Вот те раз! Он появился так точно, будто мои мысли прочитал!

— Я сам к нему выйду, — ответил я. — Пусть подождет.

Но сперва мне надо было собраться с мыслями. У главных ворот меня ожидал Дегтярев-старший, после стольких лет… Человек, погубивший и свою жизнь, и жизнь своих близких…

Давным-давно, еще в советские времена Анатолий Дегтярев работал в Чехословакии. Тогда там, уже назревало то, что теперь назвали «бархатной революцией», да и самому государству в прежнем виде существовать оставалось недолго. Прошло совсем немного времени и оно распалось на два государства, Чехию и Словакию…

Так вот, Анатолий Дегтярев работником был опытным и толковым, но водился за ним грех, любил «красивую жизнь». До поры до времени это ему не мешало, но однажды он срочно понадобился, а найти его не смогли. Через некоторое время обнаружили его не где-нибудь, а в Вене! Влетел в аварию, будучи за рулем в нетрезвом виде! И вместе с ним какая-то дама! Хорошо еще, на законных основаниях в Австрии находился и дипломатический паспорт у него имелся, и визы все необходимые, поэтому удалось его вызволить и вернуть в Москву. Но все равно, скандал был огромный.

Но и это еще не все. Стали разбираться, что за дама, откуда взялась. И выяснились интересные вещи. С дамой Анатолия Дегтярева познакомил тоже наш человек — некий Гортензинский. Служил он, что называется, верой и правдой, но чуть ли не около тридцати лет назад, и вышла с ним одна неприятность. Разворовал он казенные деньги в той организации, которой его поставили руководить. Работа его заключалась в том, что он должен был постоянно общаться с писателями, художниками, киношниками и со спортсменами. Обязан был знать их настроения, и постоянно иметь всех под присмотром, и если что — вовремя докладывать куда следует. Тогда это был «очень ответственный участок работы». Стал он потихонечку государственными деньгами пользоваться.

И когда об этом узнали, никакие прошлые заслуги ему не помогли. Завели уголовное дело, но спустили на тормозах. Однако ж от ответственной работы его отстранили.

И вдруг дают Гортензинскому новое задание.

А история вот какая вышла. Этого Гортензинского отправили чиновником, заведующим авторскими правами в Чехословакию. Всем было ясно тогда, что президентом страны будет Вацлав Гавел, знаменитый писатель. Вот и должен был Гортензинский, под предлогом приобретения прав для издания его книг в Советском Союзе, постараться наладить контакты с Гавелом и понять, чего от него ждать и какие отношения будут между нашими странами в дальнейшем.

Только Гортензинский с этой задачей не справился. Вернее сказать, даже и не брался за нее. В то время уже начинался вывод наших войск из Чехословакии, и сложился подходящий момент для крупных афер с военным имуществом. Но без Дегтярева у Гортензинского не получалось кое-какие делишки прокрутить. Гортензинский и познакомил Дегтярева с этой красоткой. Дегтярев загулял с ней, в Вену ее вызвался свозить, совсем работу забросил, а Гортензинского, в свою очередь, нужным людям представил. Гортензинский, пользуясь нужным знакомством, провернул две операции и положил себе в карман кругленькую сумму. Ну а для Дегтярева загул закончился, я уже сказал чем…

Дегтярева отозвали из Чехословакии жена от него ушла, а сам гуляка попал под долгие-предолгие разбирательства. В итоге выяснилось, что он даже и не подозревал, что Гортензинский за его спиной какие-то дела проворачивает. Отправили его служить с понижением в звании в Воркуту, по-моему. В общем, куда-то далеко на северо-восток. С тех пор я о нем ничего не слышал, вплоть до того момента, как личное дело его сына ко мне на стол легло. Только из дела и прочел, что уволился Дегтярев пять лет назад, что сперва в Тюмени работал, в службе безопасности крупной компании, потом в Санкт-Петербург перебраться сумел. Судя по всему, высоко по службе никогда не поднимался. Видно, и там не было особого доверия к нему.