Делай что должен
Шрифт:
Зажигалок он не признавал, считая, что они убивают вкус табака. Хороший трубочный табак, по мнению адмирала, нужно было подкуривать именно от спички или лучины.
Выпустив облако дыма, адмирал уставился в иллюминатор. Мысли у него были самые горькие. С самого начала он выступал против авантюры с рейдом. Слишком мало времени было на подготовку и слаживание экипажей, слишком мало учений и стрельб проведено. Нужно было ещё хотя бы три месяца, а в идеале — полгода. Тогда бы новый флот действительно превратился в грозную силу, вполне способную насовать по сопатке зарвавшимся доминионцам. А так… Так Экспедиционный Корпус стал бумажным тигром, грозно выглядящим в пропагандистских передачах, но не годным для боя с действительно сильным противником.
Но доводы контр-адмирала не услышали. В Генштабе вообще все словно ослепли и оглохли, не желая видеть и слышать очевидного. Флотские, армейцы — вся верхушка Генштаба пребывала в эйфории, подобающей бестолковым подросткам, а не опытным офицерам. Шапкозакидательные настроения старательно раскручивали СМИ, создавая у обывателей впечатление, что ошеломлённый мощью Союза Доминион падёт ниц, смиренно предлагая контрибуцию. А чтобы окончательно загладить вину — ещё и императора своего сами на суд за усы приведут.
И вот результат: флота больше нет. Обороняться Союзу нечем: оставленные для прикрытия своих миров эскадры состояли сплошь из устаревших кораблей — всё новое и лучшее шло Экспедиционному Корпусу. Орбитальные станции — даже не смешно. Без поддержки кораблей станции долго не протянут против флота Доминиона.
Кто виноват в случившемся — теперь дело даже не десятое. Сейчас главное — спасти Новый Плимут. Ройтеру не нужны были агенты в штабе врага, чтобы со всей уверенностью считать — первый удар доминионцы нанесут именно по столице Союза. Разом обезглавить Союз, вдобавок уничтожив одну из трёх самых развитых планет, способных производить корабли и современное вооружение. Причём доминионцы сделают это так, что судьба Дорсая покажется детской шалостью.
Надежды на подмогу от остальных миров Союза у Нового Плимута нет — им бы себя хоть как-то защитить, особенно отсталым Акадии и Эдему. Единственный, кто реально способен помочь — Консорциум. Но контр-адмирал, будучи человеком разумным, не полагался на корпоратов с их гнилым нутром. В правдивости недавнего скандала, вызванного репортажами о станции «Иллюзия», Ройтер не сомневался. Как и в том, что истинные разжигатели войны сидят в руководстве Консорциума, спасающего в первую очередь себя.
Вот только другого боеспособного союзника сейчас нет. Корпораты в ответ на призыв о помощи клятвенно пообещали бросить всё и вот прям сейчас начать формировать соединение для отправки к Новому Плимуту, но на этом всё заглохло. Прошло уже почти четверо суток с того момента, как состоялся разговор с корпоратами, но ни одно — даже самое маленькое — их судно так и не объявилось. Оставалось лишь надеяться, что Консорциум всё же сдержит слово.
— Господи, какие же идиоты, — тихо проговорил адмирал в адрес генштабистов.
— Сэр? — вытянулся матрос, решив видимо, что контр-адмирал обращается к нему.
— Ничего, сынок, — Ройтер выбил трубку в карманную пепельницу, которую тоже всегда носил с собой. — Так, о своём задумался… Что куришь?
– «Старшина Йорк», — чуть удивлённо ответил матросик, демонстрируя адмиралу мятую пачку с нарисованным лихим усачом в флотской форме. — Что выдали…
— Завязывай с этими ядовитыми макаронами, — посоветовал контр-адмирал. — Переходи на трубочный табак. А лучше — вообще бросай.
И вышел, оставив салажонка обалдело хлопать глазами.
Глава 18
Планета Идиллия. Город Зелар, комендатура
Селекторное совещание старших офицеров Экспедиционного Корпуса прошло в мрачной обстановке. Враг, получив подкрепления, наступал, а от своего флота не было ни слуху, ни духу, что наводило на печальные выводы.
Но Костаса куда больше, чем собственная судьба, волновало население вверенного города. Полковник не сомневался, что наличие штатских в городе не удержит доминионцев от применения артиллерии и авиации. Доминионцы вообще продемонстрировали полное сходство со своими «младшими братьями»-корпоратами в плане отношения к собственному населению. Рам даже не знал, что бесило его больше: то, что командующий принял предложение корпоратов использовать заложников, или то пренебрежение, с которым войска Доминиона этих заложников истребляли. Наверное, всё же первое.
— Надо что-то делать с мирняком, — резюмировал Костас, когда совещание закончилось.
Грэм, также участвовавший в совещании, кивнул.
— Надо. Но вариант один — выселить всех за город, — развернув голокарту, капитан указал на пшеничные поля. — Вот сюда. Выдать палатки, отдать наши сборные жилые модули, распотрошить все здешние склады туристических магазинов. И максимально ярко обозначить, что там — гражданское население. Чтобы никаких сомнений не оставалось.
Подумав, Рам неохотно кивнул.
— Да, — полковник побарабанил по столешнице. — Вариантов нет. Нарыть бомбоубежищ на всех до того, как город окажется в зоне досягаемости врага, мы просто не успеем.
— Продукты, — напомнил Грэм.
— Холодильников там нет, — Костас развёл руками. — Вот и пригодились наши сухпаи. Отдадим штатским. Плюс консервы, что успели наготовить здесь. Как раз хватит на неделю где-то, может, больше. А сами пересидим на том, что сейчас накопили на складах. Не думаю, что нам дадут дожить до того, как придётся затянуть пояса, — завершил он мысль грустной шуткой.
— Да, доминионцы позаботятся, чтобы мы не померли от голода, — хохотнул Нэйв и крикнул:
— Ракша! Запускай бульдозер!
Дана на время совещания ушла в приёмную — развлекать Пекеньо-младшего, чтобы он не мешал хозяину. Пекеньо-младший не возражал, явно считая девушку членом семьи.
— Запускаю! — отозвалась Дана, распахивая дверь.
В кабинет ворвался рыже-пятнистый вихрь и кинулся к хозяину, неуклюже занося зад, чтобы не путаться в лапах. Добежав до Нэйва, юный саблезуб плюхнулся на пузо и с довольной мордой принялся жевать хозяйскую штанину.