Чтение онлайн

— Кажется, ты усох. Новая диета? — насмехался он самым натуральным образом.

Ага, пятнадцать лет на Земле в роли сироты-инвалида. Отличная диета. Советую.

— Тц, почему бы тебе не отозвать своего пса, — пробормотал досадливо Гай, продолжая смотреть на меня. — Он у тебя очаровашка, не спорю, но он сейчас во мне дыру взглядом прожжет. Ну? Язык проглотил, э?

— Я тебе не брат, — заявил я хрипло. — Не смей… не смей называть меня своим братом. У нас с тобой ничего общего. Ясно?

Это было пощечиной, и что-то мне подсказывало, что от последствий такой опрометчивой смелости меня не смогут защитить ни Дис, ни Анна.

Но, вопреки предчувствию, Гай расхохотался.

— Ну да, конечно, ты ведь всё забыл. — Он вновь взъерошил мои волосы, портя мой стильный образ к чертям. — Не помнишь своего папку? Иберию? Я женат на Илоне, его дочери, твоей сестре. Вспомнил? Конечно же, я твой брат, балбес. — Он задумался, похлопывая меня по плечу. — Знаешь, с тобой в женском воплощении вести дела было попроще. К тому же я и не думал о такой возможности — иметь ещё одного младшего брата. У меня все-таки есть один… Ты помнишь?

Ни черта я не помнил.

— Ты не помнишь Чери? — Его яркий взгляд потускнел. — Я бы охотно вспомнил с тобой былое, если бы не эта дыра. Меня от нее уже воротит. Знаешь что? — Его лицо озарила внезапная улыбка. — Ты должен приехать ко мне в Таврос! Нам необходимо многое обсудить, так ведь? Например, то, как ты до такого додумался… этот ультиматум с ядом. Просто мороз по коже. Ты серьезно готов был выпить ту дрянь? Кажется, тебе полностью мозги перепаяли. Совсем чокнулся.

Протолкнув в грудь воздух, я пояснил. Мол, это не я с головой не дружу, а Луи Пастер. Я просто позаимствовал идею у великого ученого, который точно так же однажды ответил вызвавшему его на поединок вельможе. Только он использовал в качестве оружия не "каплю", а бактерии оспы.

Гай присвистнул.

— Отдых на Земле не прошел для тебя даром. Люди там — сплошь изворотливые ублюдки. Еще бы, самые сливки преступности.

Как бы там ни было, им до него далеко.

— Я ожидал услышать благодарность, а ты продолжаешь хамить — Гай наклонился ко мне, понижая громкость голоса. — Не забывай, именно я — плотина, сдерживающая поток, желающий стереть Децему в порошок. Я — единственная преграда, стоящая между тобой и кланами, которые спят и видят, как объединятся против тебя. Так что не советую терять союзника в моём лице. И уж тем более не советую делать меня своим врагом.

— Что это зна…

— Если ты, такой внезапно осмелевший, не приедешь в Таврос, последствия тебе не понравятся. Даю тебе две недели, — всё его напускное дружелюбие испарилось за секунду. Передо мной стоял самый жестокий убийца, которого видел этот свет. И эта внезапная смена режимов его психики весьма меня озадачила. — Тебе, правда, лучше не игнорировать моё приглашение. Это разобьет мне сердце. Докажи, что твой пес старался не зря, вызволяя тебя из заключения. Потому что, Предвечный тому свидетель, если ты вздумаешь строить из себя бунтаря, я отправлю тебя туда, откуда не возвращаются. И ради этого я, конечно, не стану вызывать тебя на дуэль.

Теперь мне казалось, что он убил Адэра лишь затем, чтобы придать веса своим словам. Объяснить на пальцах, с кем я имею дело. И да, я всё прекрасно понял.

Так и не дождавшись моего ответа, Стокрылый положил руку мне на затылок и надавил, заставляя кивать.

— Конечно, Гай, я обязательно приеду к тебе, — заговорил он за меня елейно. — Я не смею отказывать своему старшему брату. И дело тут не в том, что ты сильнее меня, а твой клан больше и влиятельнее моего. Я навещу тебя, потому что соскучился и хочу вспомнить наше старое житье-бытье.

Глубоко вздохнув, глава Тион выдал очередную обескураживающую улыбку.

— Буду ждать, Эла. Мне уже не терпится сообщить Илоне приятную новость. Вот она обрадуется.

Махнув рукой фехтовальщику, он направился к выходу. Проходя мимо трупа Адэра, он даже не взглянул на него. На солдат и растревоженную публику он не обращал внимания тоже. Будто суд, который он творил, был выше суда Синедриона.

С того самого дня все пошло наперекосяк.

Сейчас я даже не могу вспомнить, как добрался до дома. Всю дорогу, взвинченный, я не умолкал ни на секунду. Требовал от Диса растолковать мне произошедшее.

Почему меня никто не предупредил, что среди свидетелей будет этот маньяк? Я должен был знать о главе Тиона куда больше, чем знал к моменту нашей незапланированной встречи. Возможно, тогда я смог бы избежать той кучи проблем, которую он на меня свалил.

Синедрион взбесился и спустил всех собак именно на меня. Потому что территория, на которой случился инцидент, принадлежала Децеме. Для Гая это было вроде игры, конечно. Убить человека. Унизить принародно судей. Напугать гражданских. И всё это на землях, за которые теперь отвечаю я.

Это была катастрофа.

Поэтому, вернувшись с поединка победителем, я выглядел как приговорённый к казни. На требование Эльзы выложить все подробности, я невнятно пробормотал, что так перетрусил, что теперь ничего не могу вспомнить. Прозвучало убедительно.

С тех пор я не высовывался за пределы базы, а по возможности — кабинета Диса, который он почему-то называл моим. Целыми днями я торчал в четырех стенах, вспоминая, что некогда вёл совершенно иную жизнь. Беспечную жизнь психически нестабильного подростка, чьи решения были продиктованы не логикой, а гормонами.

Иногда единственным человеком, с которым я говорил на протяжении суток, был Десница. И, наблюдая за ним, я понял, что этот парень никогда и не был просто "правой рукой". Правую руку можно ампутировать, и в этом мире ты не многое потеряешь. В случае "ампутации" Десницы я бы помер тут же, потому что не мог без него и шага ступить.

Тоска.

Собственная слабость, как физическая, так и моральная, раздражала почти так же, как необходимость тащиться в Таврос. В тишине кабинета, когда я копался в базе данных, опосредованно знакомясь со своей семьёй, между мной и моим заместителем стоял немой вопрос.