Чтение онлайн

— И почему, как вы полагаете?

— Милорд, я предполагаю, что мне было приказано доложить вам о моих действиях и решениях в Силезии.

Было труднее, чем она ожидала, сохранить спокойное выражение и сдержать свое внутреннее напряжение в тоне. Хотя, наверное, это было на самом деле легче, словно облегчение, потому что, наконец, находясь здесь, она узнает цену своих действий, и это было огромным облегчением.

Или, она поняла, как будто находясь здесь, на грани, узнает о цене, сгоревшей от растущей неуверенности в прошлом месяце и оставившей ее такой же уверенной, какой она была в день начала ее нападения на Казимир.

— Ну, как это случается, вы в этом совершенно правы, — сказал ей Вебстер холодно. — Не каждый день простой коммандер обнаруживается в центре внимания при обмене нотами на уровне кабинета министров между звездными нациями, коммандер Харрингтон. На самом деле, я не помню, когда в последний раз это случалось… предполагая, что это когда-либо случалось. До этого, по крайней мере.

Он показал блеснувшие белые зубы в том, что никто никогда не принял бы ошибочно за улыбку.

— Я знаю, коммандер, что некоторые из офицеров Ее Величества считают, что Флот Конфедерации состоит исключительно из взяточников, неумех и бездарностей. Я также знаю, что некоторые из офицеров Ее Величества не чувствуют ничего, кроме презрения к этому флоту, и что, на основании презрения, они регулярно унижают и его, и его офицеров. Если на то пошло, я знаю, что некоторые из офицеров Ее Величества не видят причин, чтобы прислушиваться, или стремиться к сотрудничеству с ним даже в его собственном суверенном пространстве.

Он сделал паузу, его ноздри раздулись.

— Это не то, коммандер Харрингтон, отношение, которое я или Флот Ее Величества готовы терпеть. Это понятно?

— Да, сэр, — ответила Хонор тихо.

— Во-вторых, коммандер, это положение Флота Ее Величества, что офицер Королевы подчиняется приказам, которые ему — или ей — даны. В частности, я обращаю ваше внимание на ту часть ваших собственных последних приказов, которые подчеркнули необходимость сотрудничества и поддержку губернатора сектора Чарновска. Я считаю, что было ясно для вас при вашем инструктаже перед развертыванием, что промантикорское отношение губернатора сектора сделало для нас особенно важным избежание любых инцидентов в секторе, за который она несет ответственность. Я ошибаюсь в этой вере?

— Нет, сэр.

— Я так и думал.

Он опрокинул кресло чуть дальше назад, разглядывая ее в абсолютной мрачной тишине очень много ударов сердца, затем глубоко вздохнул.

— Я, конечно, не посвящен в ваши самые сокровенные мысли, коммандер, — сказал он потом. — Тем не менее, я озвучиваю свою неизбежно ограниченную точку зрения о том, что может или не может прошло через ваш мозг, прежде чем решиться объединить Флот Ее Величества с откровенно террористической организацией, чтобы приступить к совершенно несанкционированному нападению на суверенную территорию одного из самых важных торговых партнеров Звездного Королевства, и казалось бы, мне будет трудно примирить… скажем так, ваши последующие действия с вашими приказами. Вы не могли бы воспользоваться этой возможностью, чтобы изложить мне ваш, без сомнения, извилистый путь логики?

— Нет, сэр, — сказала Хонор спокойно, и одна из его бровей поднялась. — Я изложила свои выводы и рассуждения ясно, как могла в своих рапортах, сэр, — продолжила она, в ответ на повышение брови. — Я не думаю, что могу более подробно изложить свое видение, чем когда писала их в то время.

"И будь я проклята, если собираюсь начать пытаться ныть и просить какого-то специального рассмотрения на этой поздней дате", — добавила она мысленно.

— Так вам вообще нечего добавить к этим докладам?

— Нет, сэр.

— Понятно.

Еще раз он созерцал ее на несколько секунд молча, потом пожал плечами, и позволил его креслу встать немного более вертикально.

— Позвольте мне рассказать вам немного о переписке, которая произошла между министерством иностранных дел и силезским послом здесь, в Лэндинге, — сказал он потом. — Конфедерация осудила ваши действия самым решительным образом, коммандер. Они подали официальную жалобу на нарушения вами своей территории и своего суверенитета. Они дали понять, что полностью отвергают ваши полномочия действовать так, как вы это сделали, и я был проинформирован, что их верховный суд, скорее всего, собирается заключить, что любые так называемые доказательства о правонарушениях, которые, возможно, появились после вашего нападения на Казимир, будут недопустимы в любом силезском судебном разбирательстве. Иными словами, все должностные преступления со стороны отдельных лиц на платформе Эльсбета, которые в противном случае могли бы быть обнаружены и преданы суду, не будут рассматриваться, потому что характер вашей деятельности там, был подсудным, в конце концов.

Хонор удержала выражение лица, но сердце внутри упало. Если Обермейер — и, особенно, Чарновска — удалось получить все выброшенные доказательства, то никакие из них вообще не будут иметь эффекта для очистки выгребных ям политической коррупции Конфедерации. Возможность того, что она имела хоть какой-то результат всегда была слабой, но теперь она знала, что это не так. И те самые люди, ответственные за создание базы Казимира, возможно, собирались использовать ее действия, чтобы защитить себя от любых последствий для собственного дела.

— Посол, — продолжал беспощадно Вебстер, — специально отметил, что полный отказ Флота подойти к этому вопросу через соответствующие каналы, оказал значительное негативное влияние на способность компетентных правоохранительных органов Конфедерации делать свою работу. На самом деле, Правительству Ее Величества было сообщено, что ваше вмешательство в систему Казимира полностью отрицается ведущимся расследованием. Эти преступники — силезские преступники, а не только иностранные граждане, — которые в противном случае столкнулись бы с судом, теперь будут недоступны из-за вашего загрязнения расследования и доказательств против них.

Хонор почувствовала, что пытается подняться из ущелья. Если бы она думала, что в Казимире действительно было расследование, без сомнения, она бы расплакалась, подумала она с горечью. Как это было, ей было совсем уж легко представить, слишком спокойна была улыбка на лице Чарновска, в этом конкретном кусочке, вставленном в дипломатическую переписку.

— Я очень сомневаюсь, коммандер, что смогу адекватно выразить вам тяжесть, с которой министерство иностранных дел, премьер-министр Кромарти, Первый Лорд Яначек, и Флот просмотрел эти события. Тот факт, что мы не можем оспаривать ни одного фактического элемента силезского осуждения ваших действий, мягко говоря, не сделало любого из нас хоть чуточку счастливее. Я хочу, чтобы вы поняли, ясно и недвусмысленно, что это не дело для одного младшего командира звездного корабля, отрицать внешнюю политику Звездного Королевства. И Правительство Ее Величества не может, даже если того пожелает, получив такой резкий протест от иностранной звездной нации, тем более такой серьезный, не принять меры по нему.