Чтение онлайн

— Я лучше сам поеду.

Но это слишком опасно. Если вас схватят где-нибудь поблизости от Брэмура, Джэнет первая за это поплатится. И дети. А Реджинальду тогда, несомненно, удастся ее засудить.

Алекс заметно вздрогнул.

— Негодяй!

— Он за все заплатит сполна — и так, как ему и не снилось.

Алекс немного помолчал, а потом спросил:

— Вы сражались под Куллоденом?

— Да, на стороне Камберленда, — невозмутимо ответил Нил.

— И почему же теперь вы помогаете шотландцам? Убедились, что ваш путь неверен?

— Просто я встретил на своем пути людей из рода Лесли. Алекс протянул ему руку:

— Я благодарю вас за все, что вы для нас делаете.

Нил тоже смущенно протянул руку. Он не хотел никаких благодарностей — ведь не исключено, что он обманет ожидания этих людей. Если окажется, что его идея неосуществима, тогда он мошенник. Возможно, он всех подведет под виселицу. Но Алекс крепко пожал ему руку, и он ответил ему таким же крепким пожатием.

— У вас найдется немного еды для меня и какой-нибудь корм для моего коня? Кроме того, мне просто необходимо несколько часов поспать, а затем надо будет ехать на побережье.

Алекс кивнул и повел Нила в пещеру. Там было темно и сыро, но в самом конце пещеры горел небольшой костер. В прошлый свой приезд Нил ненадолго заходил в пещеру, но дети тогда попрятались в ее глубине, и он практически их не видел. Теперь они уже не прятались, уверенные в том, что приехал действительно друг. И все же большеглазые худенькие личики выражали некоторую опаску. Один бог знает, что пришлось пережить этим детям в первый год после Куллодена, до встречи с Алексом!

Нилу дали миску овсянки, несколько сухарей и кружку скверного эля.

— Мяса у нас нет, — извинился Алекс.

— Мне оно и не нужно.

К нему подошла та самая хрупкая девочка, которая ухаживала за ним несколько недель назад.

— Алекс сказал, что вы хотите нам помочь, — сказала она дрожащим от волнения голосом.

— Надеюсь, что сумею, — ответил Нил. — А как тебя зовут?

— Софи Макспаррен.

Нил хотел бы узнать, что сталось с ее семьей, но в Шотландии сейчас лучше было об этом не спрашивать. Тем более у ребенка.

Софи села рядом с Нилом, но уже больше не заговаривала, а только внимательно его разглядывала. Ему хотелось обнять девочку, сказать ей что-нибудь ласковое, но он не имел на это права. Кто знает, может быть, при Куллодене он убил ее отца. Черт бы побрал все эти войны!

Когда Нил поспешно доел овсянку, к ним подошел Алекс.

Он опустился перед девочкой на колено и что-то ей сказал — что-то нежное и утешительное. И это человек, который хладнокровно собирался его убить!

Алекс показал Нилу уголок в дальнем конце пещеры, где он мог бы поспать, и увел девочку с собой. Нил закрыл глаза. Черт побери, он все-таки устал, а впереди снова долгая поездка. Сегодня вечером необходимо уехать.

Джэнет приближалась к замку Брэмур, испытывая противоречивые чувства. Сопровождающие, которых для нее Нил нанял в Эдинбурге, были вежливы и уважительны. Но когда они остановились на ночлег в той же гостинице, в которой они с Нилом ночевали на пути в Эдинбург, Джэнет пожалела об этом. Она слишком хорошо помнила каждый час этой поездки вдвоем и чувство дружеской поддержки, которое испытывала, хотя Нил тогда все больше молчал.

Как же она по нему скучала. Скучала по его рукам, которые так нежно обнимали ее, по его серьезным глазам, по его губам… Она ясно видела его лицо таким, каким оно было, когда он рассказывал о своей матери, и сердце ее разрывалось от боли.

И еще она очень соскучилась, просто невероятно соскучилась по детям. Ей поскорее хотелось взять на руки сына, спеть колыбельную девочкам. Ей так хотелось сжать их в объятиях, снова насладиться выражением счастья на их личиках!

И еще она мечтала увидеться с Алексом, прежде чем он покинет Шотландию и навсегда уйдет из ее жизни.

Сердце ее разрывалось на три части, но истинная правда заключалась в следующем: она должна быть с теми, кто не может себя защитить.

Они достигли Брэмура перед вечером. Не ожидая, когда сопровождающие помогут ей спешиться, Джэнет спрыгнула на землю и почти что бегом бросилась к входной двери. Она сама ее открыла, но тут неизвестно откуда явился Торкил. Его мрачное лицо немного просветлело при виде Джэнет.

— Как дети? — спросила она.

— Сияют как божий день, — улыбнулся он и, поколебавшись, добавил: — Приезжали какие-то всадники, сказали, что их послал ваш деверь. Они хотели забрать маленького лорда. — Он горделиво расправил плечи. — Но я нацелил на них свой мушкет, и юноша Кевин тоже. Ну и, конечно, те люди, которых маркиз здесь оставил, тоже взяли их на прицел.

Сердце у Джэнет едва не выпрыгнуло из груди. Она должна была бы этого ожидать. По крайней мере Нил этого ожидал.

— Благодарю тебя, — сказала Джэнет, коснувшись руки Торкила, а затем, повернувшись к сопровождающим, объяснила: — Эти люди меня охраняли. Маркиз обещал им за это двадцать фунтов, хорошее вино и вкусную еду.

Торкил кивнул:

— Девочки очень обрадуются, что вы приехали. А об этих джентльменах я позабочусь.

Джэнет повернулась к солдатам:

— Спасибо вам за все, что вы для меня сделали. Один из них вспыхнул от удовольствия:

— Это была честь для нас — сопровождать вас, миледи!

Больше Джэнет уже не могла вытерпеть и взбежала по лестнице с торопливостью, не подобающей знатной даме. И прежде всего бросилась в детскую. Вся четверка была здесь. Колин на полу играл с Самсоном, Грэйс читала, две другие девочки рисовали, вымазавшись красками. При ее появлении все трое вскочили. Колин поднялся на ножки, держась за стол, постоял немного, а затем оттолкнулся от опоры, протянул к Джэнет обе ручонки и сделал к ней шаг. Джэнет подхватила его — иначе он бы упал — и крепко прижала к себе.

— Ах ты, мой малыш прекрасный! — воскликнула она прерывающимся голосом.

Сын сделал свой первый, неуверенный шаг! Первый, который она увидела. А может быть, он самый первый шаг сделал без нее? Как бы ей хотелось не пропустить ни одной вехи в его жизни!

Все еще крепко прижимая его к груди, Джэнет наклонилась, чтобы девочки могли ее тоже обнять и поцеловать. Как всегда, поцелуй Аннабеллы был самым мокрым и энергичным. Когда Джэнет стала их мачехой, именно Аннабелла первая — решительно, без всяких колебаний — поцеловала ее. Грэйс для подобного признания потребовалось больше времени, но сейчас и ее глаза сияли радостью при виде Джэнет.