Чтение онлайн

Когда она зашла к нему утром и увидела, что он сидит на постели, ее глаза заблестели.

— Мы с вами очень разочаруем врача. Он, наверное, считает вас уже мертвецом.

— Хороший повод, чтобы жить дальше, — сухо ответил Нил. — Мне надо отправить несколько писем в Брэмур. Дайте мне бумагу, перо и чернила!

— Это просьба или приказание?

Нил понял, что слова его прозвучали слишком резко и повелительно. Неужели он привык говорить таким тоном в Брэмуре? Может быть, поэтому люди в его владениях так настороженно держались с ним? Он всегда ясно видел цель и раздражался, когда не сразу ее достигал.

— Это просьба, — ответил он, — и прошу вас отправить мои письма с Тимом.

— Ну раз это просьба… — Джэнет едва заметно улыбнулась.

— Да, я не очень-то вежливый гость, — сознался Нил. Джэнет некоторое время серьезно смотрела на Брэмура.

— Вы ведете себя лучше, — изрекла она наконец.

— В каком смысле?

— Я имею в виду вашу рану.

— Но не как ваш гость?

— Ну вы не совсем гость.

— Да, я свалился вам как снег на голову.

— Скорее, вас свалили, — поправила его Джэнет. — Кстати, я так и не поняла, почему вас именно сюда привезли?

— Они знали, что я ехал из Лохэна.

— Да, но как они это узнали?

Вот это вопрос вопросов. Может быть, рассказать ей о женщине, которая направила разбойников по его следу, когда он выехал из Лохэна? Между прочим, не исключено, что он об этом ей уже проговорился в бреду. И надо ли ему в подробностях рассказать ей о своих планах? Насколько он может ей доверять? Она, конечно, воспримет его предложение не как просьбу, а как приказ. И, разумеется, воспротивится насильственному переселению из Лохэна, к тому же — с четырьмя детьми. Но здесь ей оставаться опасно. Конечно, он может сейчас сообщить ей о подозрении кузнеца, но он обещал Люси не выдавать ее. Сначала надо поговорить с Кевином и Тимом. А прежде всего — необходимо найти человека, на которого можно положиться, и сделать его своим распорядителем в Лохэне. Пожалуй, Джок подходит больше всех, и придется просить его бросить и свою землю, и родных. Конечно, ненадолго — пока Нил не найдет управляющего, — но Джок все равно не обрадуется. И Джэнет тоже.

— Милорд!

Голос Джэнет прервал его размышления, и Нил вздрогнул.

— Да?

— Так как все-таки разбойники узнали, что вас нужно доставить в Лохэн?

— Их главарь, который назвал себя Уиллом, говорил, что им сообщили из Лохэна о богатом путешественнике, едущем по горной дороге.

— А кто именно сообщил? — нахмурилась Джэнет.

— Не знаю.

— А как он выглядит, этот Уилл?

— Высокий, волосы русые с рыжиной. И шрам через всю щеку.

— Очень странно, что он вам спас жизнь.

— Он не думал, что я выживу.

— И все же…

— По-моему, у него есть какое-то своеобразное чувство юмора. Так или иначе, он забрал мою лошадь и всю мелочь, что была при мне, и я собираюсь затребовать их обратно.

Джэнет широко раскрыла глаза, и Нил нахмурился… Не надо, чтобы она за него опасалась. Ему это не нужно. Ему нужно только одно: чтобы она была в безопасности. Она, ее крошка сын с его ясной младенческой улыбкой и девочки, которые принесли ему цветы.

— Нельзя ли позвать Тима? Я бы хотел послать с ним сообщение в Брэмур… Он знает дорогу.

— Проезжую, надеюсь?

— Да, никаких больше горных тропинок, — подтвердил Нил. — И мне хотелось бы отправить его сегодня после обеда.

— Да, милорд, — ответила Джэнет, повернулась на каблуках и ушла…

Тим мял шапку в руках.

— Милорд, вы за мной посылали?

— Я узнал, что графиня упала с лошади во время верховой прогулки.

— Ага.

— Ты видел подпругу? С ней было что-то не так? Тим отвел глаза в сторону. Нил его очень хорошо понимал: грум не смеет обвинять дворянина.

— Тим?

— Я дорожу своей работой, милорд.

— Работа останется за тобой, Тим, но я должен знать, если графине угрожает опасность.

— Подпругу сразу отнесли кузнецу, и он сказал, что она, скорее всего, была подрезана.

— Ты доложил об этом графине?

— Она ж не спрашивала…

— Тогда я ей об этом скажу.

— А если она меня заругает, что я смолчал?

— Тогда сам ей скажи. Незачем ей лгать. И вот еще что. Я хочу послать тебя в Брэмур. С письмом.

— Милорд?

— Нужно выехать сегодня же. Можешь взять любую лошадь. Найдешь моего управляющего, его зовут Джок. И вместе с ним вернешься в Лохэн.

Тим нахмурился. Что, если это еще один работник на его место?

— Я хочу тебя здесь оставить, — поспешно сказал маркиз, словно прочитав его мысли. — Ты один из немногих, на кого я могу положиться.

— Взаправду, милорд?

— Взаправду. — Нил снял с пальца кольцо с печаткой — гербом Брэмуров. — У меня сейчас нет при себе денег, но это кольцо обеспечит тебе кредит.

Тим почтительно взял кольцо:

— Вы мне это доверяете?

— Разумеется.

Тим улыбнулся какой-то кривоватой улыбкой, а Нил подумал, что, пожалуй, уже начал понимать, как обращаться с людьми.

— Я вас не подведу, милорд!

— Приходи через час за письмом.

— Ага. Пойду седлать лошадь.

Нил рухнул в кресло. Черт побери, даже такой недолгий разговор ему не по силам. Его уже не лихорадило, но рана болела. Надо немедленно отправляться в Брэмур, но Джэнет никуда не поедет, пока здесь не будет надежного человека, который сможет постоять за Энгуса и других арендаторов. Она вообще может не поехать — если не поймет, что опасность угрожает не только ей самой, но и детям, и прежде всего ее сыну. Ведь в случае его смерти титул перейдет к Реджинальду. А кое-кто здесь явно способен пойти на убийство.

Джэнет очень не понравился его повелительный тон. Как бы маркиз ни был болен, Лохэн он явно прибирает к рукам! Впрочем, в его желании послать вестника в Брэмур нет ничего особенного. Просто сообщает, наверное, что должен еще задержаться.

Вот только ничего не понятно с этим разбойником. Брэмур не очень-то на этот счет разговорчив и как-то не слишком враждебно настроен по отношению к этому Уиллу. А ведь он не из тех, кто легко прощает обиды. Впрочем, это ее не касается. А когда он наконец уедет, она займется осуществлением своих планов. Однако надо теперь уделять больше внимания… подпругам. Хотя и не верится, что кто-то желает ей зла. Просто надо быть очень осторожной. И еще она сообщит Кэмпбеллам, что Брэмур одобряет все ее планы, и она непременно доведет их до конца, что бы ни случилось. Ее никому не удастся напугать!