Чтение онлайн

Губы — чётко очерченные, нижняя чуть полнее. Следы укуса. Любит прикусывать?

Структура кожи — бархатистая, склонна к аллергическим реакциям. Не любит пользоваться косметикой. Макияж — редко. Параметры — 87-58-92. Почти идеально.

Образование — высшее. Сохранить в архив.

Прислушаться. Система работает в стандартном режиме.

Выбраться из постели.

Принять душ.

Почистить зубы.

Одеться.

Спуститься в кухню. Она уже там.

Пожелать доброго утра. Сесть за стол.

Ответное пожелание.

Улыбка. Красиво.

Наблюдать. Стол накрыт.

Поинтересоваться, как спалось на новом месте.

— Спасибо. Хорошо.

Спросить, почему ушла от родителей.

Выполнено.

Не сошлись во мнениях. Ничего важного.

Сохранить в архив.

Отпить чаю.

Запрос: время последнего приема пищи. Два дня назад. Решение: нужно поесть.

Отрезать бекона. Есть.

Пришёл Арвен.

Отчитал за препарированных летучих мышей.

Пропустить.

Смотреть, как он уходит.

Продолжить прием пищи.

Наблюдать, как ест соседка.

Аккуратно. Медленно.

Замечает. Поднимает взгляд.

Напряжена. Думает.

Собирается с мыслями.

— Что такое?

— Ничего. Всё хорошо.

Напряглась.

Нервничает? Да.

Из-за чего?

Спросить, все ли нормально.

— Да.

Лжет.

Посмотреть в глаза.

Встать.

Проверить летучих мышей.

Превосходно.

Процесс мумификации в соли в разгаре.

Отсылка к делу: труп на солеварне.

Имя: Карвер Белз. Возраст:21 год.

Причина смерти: травма от удара тупым предметом. Работал на солеварне. Последний раз жертву видели живым три месяца назад. Заявление о пропаже без вести подано две недели назад.

Заявитель: его любовник, конченый наркоман.

Другие близкие: отсутствуют.

Друзья: отсутствуют.

Время смерти? Неизвестно.

Убийца — его начальник.

Но когда именно он убил?

Поиск ответа.

Нет.

Отложить в папку.

Пометить флажком. Важно.

Заняться чуть позже.

Продолжить наблюдение за Анитой.

Услышать, как она встает.

Оглянуться.

Убирает со стола.

Поблагодарить.

Смотрит. Кивает.

— Не за что.

Создать папку «Анита».

Выполнено.

Возможно, это было самой большой ошибкой в моей жизни, поселиться под одной крышей с человеком, которого совсем не знаешь. Нельзя было принимать такого поспешного решения. Не спорю, меня сразу же покорила его неординарность. Ничего подобного я в жизни не видела. И никого, настолько интересного и настолько интригующего. Всё это обрушилось на меня и ошеломило, лишив способности рассуждать хладнокровно и здраво.

Месяц нашего совместного проживания прошёл просто ужасно! С первого же дня стало понятно, что всё жизненное пространство принадлежит Шерлиану или Шерли, как он попросил себя называть. Это если мягко выразиться. Когда поначалу, я пару раз назвала его полным именем, он подошёл ко мне почти вплотную и склонившись, так уставился своими невозможными глазищами, что у меня на мгновение мелькнула мысль, что передо мной инопланетянин. Несколько секунд он буравил меня взглядом, ноздри слишком изящного для мужчины носа трепетали, будто он принюхивался, потом губы его раскрылись, чтобы выдохнуть мне в лицо: «Я — Шерли».

Этого вполне хватило, чтобы больше не ошибаться с именем.

Всё подчинялось его законам. Любое время суток было в его полном распоряжении. Мне же оставалось только принимать, как должное жуткое шипение какой-то дряни на кухне, когда он ставил свои эксперименты, от которых меня наизнанку выворачивало, его бесцельные шатания по дому или саду и разговоры с самим собой. Его внезапные уходы и регулярные наезды комиссара полиции. Как выяснилось, Шерли являлся кем-то вроде внештатного консультанта, и он почему-то решив, что я благотворно влияю на его мыслительный процесс, постоянно таскал меня за собой. Когда я впервые оказалась на месте преступления — квартире, в которой кровь чуть ли не с потолка капала, я моментально грохнулась в обморок. Но долго пребывать в нём, мне не дали, Шерли в два счёта привёл меня в чувство, вывел вон из квартиры и приказал ждать в коридоре.

Любая поверхность дома — стол и плита на кухне, диван в гостиной, камин и кресла — были призваны верно служить Шерли. Спасибо, хоть холодильника было два. В одном из которых хранилась всякая мерзость для его экспериментов. В другом — регулярно пополняемый Арвеном запас продуктов. Хотя, иногда, Шерли залезал и в продуктовый. Мне доставалось лишь то, что на данный момент его не интересовало. Даже моя собственная спальня, так или иначе, всегда носила следы его присутствия. Он бесцеремонно врывался ко мне, будил посреди ночи, озарённый очередной идеей, нервно ходил по комнате, если был чем-то удручен или озабочен, не считаясь ни с моей усталостью, ни с простыми человеческими потребностями. Понятия «личное пространство», для Шерли не существовало в принципе. Я принадлежала ему так же, как каминная полка.

Периодические попытки вразумить, расставить всё по своим местам, хоть как-то отвоевать пусть даже небольшую часть личной территории всегда заканчивались одинаково — холодный, полный недоумения взгляд и фырканье.

К концу месяца, я вынуждена была признать, что всё стало ещё хуже, чем было раньше. Нет, моей свободы никто не ограничивал, я была вольна делать, что хочу. Я старалась реже бывать дома, бродила по улицам города, игнорировала его бесконечные смс-сообщения, с требованием вернуться, а если знакомилась с кем-то, всеми силами старалась это скрыть, но мне никогда не удавалось.

Надо было срочно что-то решать. И я решилась уехать. Нет не сбежать. Просто уехать на несколько дней, чтобы отдохнуть и разобраться в себе. Куда-нибудь к морю. Ненадолго. Денька на четыре. О чём не преминула сообщить Шерли. Он выслушал меня и равнодушно пожав плечами, проследовал в свою комнату. Я облегчённо выдохнула и кинулась собирать чемодан.

Отметить, что начиная с прошлой недели, в поведении Аниты появились странности.