Чтение онлайн

– Правда.

Девчонка схватывала на лету, это не могло не радовать.

– Славно. Смотри же: проболтаешься, и я не пожалею биты ради тебя. И еще, это, умойся тут. Приведи себя в порядок перед тем, как выйти и попасться кому-нибудь на глаза.

Галя обреченно молчала.

– До скорого, – пообещала я и вышла и туалета, плотно закрывая за собой дверь.

– Что-то она громко орала, – заметил Валера, пока мы спускались по лестнице. – Че ты там, резала ее?

– Да не. Просто низкий болевой порог, вот и все. Мало ее били, – отмахнулась я. – А стоило бы.

Настроение впервые стало действительно в норме, и я еще до самой ночи не вспоминала о ситуации с Довлатовым. Высвобождение внутреннего гнева через грубую силу всегда приносило мне какую-то несравненную легкость, вызывая почти наркотическую зависимость, и я не пыталась от этого избавиться.

Ядерные цепные реакции – ядерные реакции, в которых частицы, вызывающие их, образуются и как продукты этих реакций.

– Я-яна, как Вы могли-и? – от удивления растягивая слова на гласных, спросила Вера Алексеевна, глядя, как я стою, опустив глаза в пол. – Я ручалась за Вас перед коллегами, перед деканом. Я несла ответственность за Ваши действия, лишь бы Вас не исключили, называла хорошей студенткой, чтобы теперь получить вот это? Это плевок в лицо, это как кусать руку, которая кормит!

– Ну вот видите, Вера Алексеевна. Не такая я оказалась хорошая, как Вы все думаете, – я с готовностью ответила на обвинения.

– Да причем здесь это? Причем здесь это? Вы могли бы и по-другому поступить, хотя бы ради меня! Ради того, чтобы не подставлять меня перед начальством. Вот, как Вы платите за мою помощь?

– Вера Алексеевна, – я взяла ее руку и прижала к себе. – Я бесконечно благодарна Вам за помощь, за доброту, за Ваше отношение ко мне, которых я не заслужила! Но мой поступок не имел под собой стремления сделать Вам плохо, поверьте! Это была моя проблема, с которой могла разобраться только я, понимаете? Я даже представить не могла, что это как-то заденет Вас, как-то повлияет…

– Яна, – строго прервала она, – Вы могли бы посоветоваться со мной. Вы мне как дочка, Яна. Что же Вы натворили? Неужели это было необходимо? Вот так – именно так?!

– Я так воспитана. Простите. Выросла на улице. Привыкла решать проблемы физической силой.

– Яна, Вы теперь гуманитарий! Не дикарь какой-нибудь, не хулиганка. Вы должны уметь разговаривать, словами доказывать свое мнение, понимаете? Все можно было решить цивилизованно! А вы наломали дров. И я до сих пор не знаю повода этого избиения.

– Избиения?! – воскликнула я. – Она что, так и написала в заявлении?

– Да. Я видела его своими глазами. Причины? Я слушаю.

– Ну она… в общем, она… Помните Довлатова? В комиссии у меня был.

И я ей все подробно рассказала.

– Яна, это вовсе не повод избивать девочку. Я-то подумала, она нанесла вам более тяжелые оскорбления.

– Избивать девочку, боже. Какая злодейка! Ужас. Пойду сейчас и действительно ее изобью, чтобы знала, как на меня малявы катать. Шестерка. Я ее предупреждала, что будет, если она кому-то расскажет.

– Ни в коем случае. Декан еще не видела заявления – она в командировке. Возвращается через три дня. Это Вам срок, чтобы уладить конфликт. Попробуйте с ней договориться, чтобы она забрала заявление до возвращения декана.

– Да не буду я ни с кем ни о чем договариваться! Она же, она, подумать только, «избила»! Если бы я ее избила, она бы это заявление даже написать не смогла! В документе есть какое-нибудь упоминание Константина Сергеевича?

– Разумеется, нет. Она ведь не дурочка, молоть такую чепуху самому декану.

– То есть официальная версия такая: она мне ничего не сделала, а я ее просто так побила?

– Так и сказано. В это, конечно, никто не поверит. Но если начнут разбираться, созовут совет профилактики, пригласят психологов… До всего докопаются. Выяснят, что причины конфликта затрагивают не только вас двоих, но еще и преподавателя, а оно вам надо? Лично Вам оно надо – Довлатова в эту историю приплетать? Чтобы сплетни и слухи пошли даже о том, чего не было? Вам нужно распространение этого конфликта по всему университету?

Я представила лицо Константина Сергеевича, который вдруг узнает, что он якобы спал со студенткой, с которой по факту парой слов перекинулся, и густо покраснела. Нет, этого допустить нельзя. Там будет уже неважно, что их распускал, потому что я в любом случае пострадаю.

– Этого нельзя допустить, – вслух повторила я. – Но меня она даже слушать не станет, как Вы не понимаете? Она на километр меня к себе не подпустит, боится, как огня!

– Значит, попросите кого-то из ее друзей с ней поговорить. Найдите посредника. В общем, сделайте все, что угодно, чтобы это не вышло за пределы вашего личного с ней недопонимания. Только не бейте ее еще раз, я Вас умоляю, Яна! Будьте гуманнее, мы не в каменном веке, в конце концов!

– Легко вам говорить… А сила всегда останется самым действенным способом решения конфликтов.

– Идите и не показывайтесь мне на глаза, пока не сделаете то, о чем я прошу. Помните, что в первую очередь Вы делаете это ради себя, а не ради меня.

Я поскрипела зубами, помолчала да вышла из кабинета. Что мне делать? Никогда не думала, что буду своими руками устранять подобную проблему, да еще столь мирными способами! Пресмыкаться перед человеком, которого вчера «избил»? Такого со мной еще не бывало. Ну а теперь придется поступиться принципами, и все ради того, чтобы информация сия до Довлатова не дошла! Все из-за него. Сам того не зная, он уже довольно сильно вмешивается в мою жизнь и создает проблемы. Может, к нему за советом обратиться?