Чтение онлайн

Я же как петух гамбургский. Кожанную куртку снял, на плечики повесил. На мне пиджачёк, зауженые в меру брючки. Материал, такой, что в стране советов, днём с огнём. Цвет тёмный, тёмный, почти чёрный и проглядывается сверху вниз тонкая синяя полоска. От этого материал кажется светлее, чем на самом деле. Носки на мне тёмно синего цвета, под цвет костюма и туфельки из тонкой кожи, удивительно мягкие. Неужели секрет производства кожи утерян? Чего же в стране советов обувать, если сношу туфли?

Рановато я подумю о том, чего буду носить. Может товарищу Сталину не понравится мой внешний вид и придётся ехать на Беломорканал, оператором мотыги или тяпки.

И самое обидное, я виноват в том, что товарищ Ягода в раскорячку ходит, на беременного похож. Прямо не знаю, откуда у меня такие мысли?

Приглашают входить к товарищу Сталину. У них целый ритуал, кто первый идёт, кто последний. Я не спешу, остаюсь в предбаннике, жду, когда последний зайдёт. Затем прохожу сам. Спрашиваю:

–Разрешите, товарищ Сталин?

Он поднял голову и посмотрел, кто там такой умный. Похоже заценил мой внешний вид. Как бы не слишком понравился ему материал, из которого костюм сшит. А, то меня в расход, костюм себе заберёт.

–Ну, садитесь.

Расселись. Товарищ Сталин просит объявить повестку дня. Что же, можно. Рассказываю, как работники НКВД отказались подчиниться моим распоряжениям, хотя предъявлен документ, подписанный товарищем Сталиным. Затем отказались пропустить в здание НКВД самого товарища Сталина.

В выступлении обвинил Ягоду в бонапартизме и подготовке государственного переворота. В качестве предупредительной акции рекомендовал расстрелять товарища Ягоду пока не поздно. Если промедлить, то может получиться как у Керенского, сбежавшего в женском платье из Зимнего дворца. Правда, нам товарищи бежать некуда. Если Керенский как агент международного империализма, до сих пор скрывается от НКВД, то членам правительства бежать некуда.

Кстати, задал я вопрос Ягоде. Почему НКВД не расследует бегство Керенского? В бегстве явно замешаны лица, которые сегодня занимают руководящие посты и в правительстве тоже.

–Вчера было рано, а завтра будет поздно. Надо сегодня.

Для противодействия заговорщикам я раздобыл в НКВД новейший автоматический карабин с патронами. Если надо, то не побоюсь защитить правительство.

Затем предоставлено слово Ягоде. Он начал с того, что мы не сработаемся. Слишком близко к сердцу принимает товарищ Филимонов отдельные, незначительные дисциплинарные поступки отдельных и незначительных работников НКВД.

–Заковский незначительный? Так он же Ваш зам. Приведите его из гауптвахты. Послушаем, что он скажет?

Ягода сообщил, что по его приказу Заковский из под ареста освобождён и отправлен на квартиру, поскольку товарищ Филимонов ударил его чем-то тяжёлым.

–Активного заговорщика убрал и думаешь концы в воду? И повредил не тяжёлым предметом, а револьвером, которым он угрожал членам правительства и товарищу Сталину!

После моего выступления Сталин просил задавать вопросы Ягоде и Филимонову. Присутствующие струхнули и молчат. Чёрт его знает, вдруг и в самом деле заговор. Тогда на какую сторону не встань, вдруг другая победит. Пожалуй только я обозначил позицию. Остальные тёртые калачи.

Наконец Сталин предложил членам правительсва расследовать происшествие, а противников, как он назвал нас с Ягодой, отправить отдыхать на Кавказ. Пусть вдали от столицы примирятся.

А, мы товарищи, не торопясь разгребём авгиевые конюшни и накажем недобросовестных работников из НКВД.

Кстати, товарищ Ягода. Ваш персональный вагон прицеплен к паровозу и готов к отправке. Прямо из кремля едете на вокзал и далее Кавказ.

Что же касаеся товарища Филимонова, то ему не положен персональный вагон. Поэтому он купит билет и поедет отдыхать.

У членов правительства имеются возражения? Оказывается у членов никаких возражений. Может, лет двадцать назад, у них и бывали возражения, но не сейчас.

–Ну, ступайте.

Поднимаюсь и попрощавшись выхожу. Собираю амуницию и направляюсь на выход. Неожиданно меня поддержали за локоток. Поворачиваюсь и вижу секретаря Сталина. Он говорит:

–Товарищ Сталин просил Вас приехать к нему на дачу.

–А как же Кавказ?

–Кавказ потом.

–Хорошо. Как добираться?

–Вас отвезут.

Мехлис прошёл вперёд. Я за ним. Меня посадили в машину и покатили. Несколько улиц и поворотов. Не узнаю, куда едем. Помню, что одна из дач Сталина в Кунцево, а везут туда или в другое место не знаю.

Наконец приехали. Я вышел из машины, хочу взять рюкзак, но сотрудник охраны придержал его рукой.

Ну и хрен с тобой, держи. Я понимаю, что товарищу Сталину до усрачки хочется знать, чего я таскаю в рюкзаке. Никогда в Советскую Россию не повезу то, что может вызвать у него хоть какой интерес. А, автомат в рюкзаке, так про него я говорил на заседании правительсва.

Меня отвели в комнату и оставили одного. Я разделся и завалился на диван в намерении соснуть сколько получится. Конечно долго спать не дали. Через несколько часов заявился Сталин и меня подняли. Я пришёл в себя, умылся и предстал перед его очами. Он предложил сесть и показал на автомат, лежащий на столе, горкой разных деталей.