Чужими руками
Шрифт:
– Трево-ога!!! – прокричал Рассольников вмиг осипшим голосом. – Сю-уда-а!!!
Вшитый в лацкан пиджака микрофон передал команду охранникам. Тот, что стоял в коридоре, первым ворвался в номер. Не растерявшись, андроид тоже вцепился в уплывающий ящик. На какое-то время силы уравнялись. Ящик замер в метре от воронки – ни туда и ни сюда.
Остальные емкости продолжали двигаться, один из баулов, приблизившись к воронке, вдруг подпрыгнул и исчез в ее жерле. Туда же легко, как перышко, отправился по воздуху полевой планшет, лежавший на постели. Он принадлежал заместителю Шеффера, был сделан из настоящей телячьей кожи и стоил не меньше десяти тысяч кредитов. Как не бывало…
На помощь археологу один за другим примчались еще три охранника. Воронка им очень не понравилась, но они смолчали.
– Тянем этот ящик! – приказал Платон. – Вынесем в коридор. Потом займемся остальными.
Не тут-то было. Когда пятеро здоровых мужиков потянули ящик с экспедиционными пожитками к двери, воронка на глазах начала расти. И вот уже она занимала половину спальни и крутилась, задевая черными лохмами краев то тумбочку, то бра, то стул. Гостиничное добро тотчас пропадало в ней.
Теперь и впятером они не могли пересилить это чудо физики. Ящик рывками двигался к воронке, которая успела поглотить все прочие емкости с реликвиями «золотого века». Воронка заметно выросла. Теперь Рассольников смог заглянуть в ее жерло и увидел в глубине блестящие металлические стенки. Они сужались, конец «трубы» терялся во мраке. Это часть могучего механизма, и другой конец находится в ином мире. Часть гиперпространственного насоса, способного утянуть со Старой Земли любые предметы и живых людей. Платон чувствовал, что и его самого неудержимо тянет туда. Нет, ящик им уже не спасти – уцелеть бы самим.
– Ничего не выходит! – крикнул он. – По моей команде отпускаем и броском – к двери. На счет «три». Р-раз! Два!
У одного из андроидов сдали нервы, и он кинулся к двери без команды. Ящик дернулся и встал на дыбы, будто норовистый конь. Ближний к Рассольникову охранник не удержал равновесия и, продолжая цепляться за ящик, упал на линолеум, вскрикнул – подвернулась шарнирная нога. Платон схватил его за руку. Вражья сила выбивала пол из-под ног и поднимала в воздух, чтобы утянуть в НИКУДА.
– Помогите!
Остальные бросились на помощь. Один вцепился в дверь, его ухватил за руку второй, вместе с третьим помогая Рассольникову оттаскивать от воронки пострадавшего. Общими усилиями они выволокли его в гостиную. А в спальне тем временем начался последний акт драмы – воронка принялась за сейф с самыми ценными находками.
На полу около Платоновой кровати стоял этот тяжеленный бронированный ящик. Он был напичкан электроникой и снабжен дюжиной всевозможных систем защиты. Суточная аренда сейфа обошлась Рассольникову в кругленькую сумму и съела его последний резерв.
Археологу нужно было спасти хотя бы волшебный камень Чинтамани. Но об этом нечего и думать – воронка выросла еще больше и отрезала его от сейфа, перекрыв спальню от стены до стены.
Воронка между делом втянула в себя оставшуюся в спальне мебель, включая громоздкую кровать, занавески и горшки с цветами. Она тужилась, пыхтела, но поначалу сдвинуть сейф не могла. Рваные клочья линолеума отрывались от пола и уносились в черный зев воронки, а сейф, намертво приклеенный к керамлитовой балке перекрытия, стоял.
Платон ненадолго воспрял духом. И вдруг, словно по команде невидимого оператора, воронка сменила тактику. Она сама двинулась к сейфу, одновременно слегка наклоняясь вперед. Что оставалось Рассольникову? Только вцепиться в косяк и смотреть, как его слава, его безбедное будущее уносятся на другой конец галактики. Быть может… Или на жалкие десять километров. Теперь не узнаешь. Засечь, где находится другой конец нуль-воронки, нет никакой возможности.
Через десять секунд воронка накрыла бронированный ящик, словно цилиндр фокусника – пушистого кролика. Воронка вырвала сейф из земного пространства вместе с частью стены и куском сверхпрочной балки. Вырвала и тотчас схлопнулась с тугим басовитым звуком.
Артефакты общей стоимостью в полмиллиона кредитов оказались в неизвестно чьих руках. Осталась пустая, изувеченная комната, в которой как будто рванула противотанковая граната. Платон в считанные минуты стал нищим. Находки не были застрахованы – сначала им предстояло пройти независимую экспертизу. Да и денег на страховку было не наскрести. Черного археолога уничтожили. Воронка была ничем не хуже лазерного луча или яда кураре. Быстро и предельно гуманно. Внезапно обрушившаяся нищета – это еще полдела; бывало и похуже. Но как ему теперь расплатиться с Олдуваем?
Черный архивист Ван Сяо-линь – по натуре абсолютно чистоплотен. Он не станет посылать киллеров, даже не попытается забрать себе Платонову хибару. Но какой ему резон помогать неудачнику в дальнейшем? А если Олдувай разозлится не на шутку, он сообщит коллегам, чтоб не имели дела с недобросовестным археологом по имени Платон Рассольников. Если Платон попадет в «черный список», останется только застрелиться. Охранники-андроиды топтались в дверях. Старший кашлянул в кулак и осведомился чуть виновато:
– Ну, мы вам больше не нужны?
Платон ответил с опозданием – не сразу понял суть фразы.
– Спасибо. Вы сделали, что могли. Скажите менеджеру: я не стану судиться с вашей фирмой.
У него просто не было денег на адвоката – только на билет домой.
Гальперин еще раз пересчитал полученную от археолога премию, мечтательно облизнулся и спрятал деньги во внутреннем кармане длинных и широких трусов.
Романтики древности называли их «семейными». Выйдя из «Дежюнга», он двинулся по улице Увядающих Маков, купил у старого лоточника пакетик соленого арахиса, но распечатывать не стал.