Чтение онлайн

Но ничего не нашли.

Потом спустились ниже, осматривая другие комнаты дома. Им никто не мешал. Прислугу отпустили в соответствии с пожеланием Леймана. Сам доктор изредка появлялся в доме на холме, чтобы взять книги или бумаги для Беатрис. Кроме него, больше никто туда не поднимался. Сначала доктора разбирало любопытство, зачем бывшие охранники задержались в доме. Но когда они недвусмысленно уклонились от его расспросов, не стал настаивать на ответах. Только один раз он заметил Шерри:

— Не думаете ли вы, мой друг, что оказываете Беатрис добрую услугу, пытаясь связать ее имя со всеми вашими прежними приключениями?

— Неужели я вываливаю ее в грязи? — резко парировал Малыш.

— Ладно, ладно! — успокаивающе и вполне добродушно произнес доктор. — Вы, конечно, понимаете, что я имею в виду. Знаю, что вы, ребята, не сделаете для нее ничего плохого, но дело в том, что вы порождаете массу толков, а чем больше болтовни, тем хуже для Беатрис. Ведь открыто говорят, что я нанял вас; чтобы в крайнем случае нарушить закон. Конечно, это отрицательно скажется на настроении адвокатов, которые будут ее защищать.

— Вы хотите, чтобы я убрался отсюда? — прямо задал вопрос Шерри.

— Вот именно, — подтвердил Лейман, который отличался откровенностью.

— Если бы я смог это сделать, то так бы и поступил, — признался Малыш. — Но дело в том, что я должен остаться. Не могу оторваться отсюда. Пытался уже, но это противно моей натуре.

Доктор не стал больше продолжать эту тему. Питу он казался агрессивным человеком. А Шерри, наоборот, нравилась хладнокровность его рассуждений, которая так тревожила Ленга. Каким бы ни оказался Лейман — человек он был стоящий.

В тот день никто их не потревожил, даже он. Они еще раз осмотрели все, начиная с верхней части дома, оставив напоследок подвал. С ним Пит и Малыш связывали самые большие надежды после того, как разочаровались в комнате Вилтона, поэтому приступили к его обследованию с особой тщательностью. Под домом построили большое помещение из дерева, два огромных хранилища для продуктовых припасов, а в передней части дома, где склон позволял вставить окна, — две небольшие комнатки, несомненно предназначенные для слуг, но так и оставшиеся необжитыми. Окна никогда не открывались, о чем говорила засохшая в пазах краска.

Они методически обследовали комнаты и связывавшие их коридоры, шарили, рылись, простукивали.

— Совсем не нужен бочонок, чтобы спрятать жемчуг на полмиллиона долларов! — не уставал предостерегать друга Пит Ленг.

Но когда в подвале стало темно и они закончили осмотр деревянной комнаты, перетаскав там, по крайней мере, целый штабель бревен, Ленг сам был вынужден признать, что они ошибались. Жемчуг хранился не в доме!

Для них это стало большим разочарованием. Как сказал Пит, логически из этого можно было сделать только один вывод: если жемчуга нет в доме, то где он может находиться? Ясно, что Вилтон не выходил из своей комнаты, чтобы взять на встречу с Феннелом пригоршню жемчужин.

— Ты помнишь, — сказал Шерри, — что рассказывала Беатрис о подслушанном ею в лесу разговоре между ее дядей и каким-то мужчиной, чей голос напомнил ей голос Леймана? Вилтон утверждал, что у него «их» нет. Он разволновался и рассердился из-за этого. Что он имел в виду, произнося это слово «их», если не жемчужины?

— Ты, Малыш, говоришь как по книжке читаешь, — похвалил Ленг. — Выходит, Вилтон потерял их? Потерял весь жемчуг, за исключением пригоршни, которую хранил при себе вроде сувенира. Так, что ли?

— Похоже на то.

— А как Лейман мог узнать об этом?

— Он старый друг семьи.

— Насколько старый?

— По крайней мере, на протяжении нескольких лет. Лечил обоих Вилтонов. Но ведь голос мог принадлежать вовсе не ему, — произнес Шерри. — Если бы это был его голос, Беатрис узнала бы сразу. А когда человек только думает, будто узнал что-то, это частенько далеко отстоит от истины. Если уверен — сомнений не возникает!

Ленг согласился с ним, что разговаривать в лесу с Вилтоном мог совсем другой человек.

Конечно, представлялось очевидным, что у Вилтона было — до того, как он, возможно, лишился их — некоторое количество жемчуга или других ценных вещей, на которые претендовал кто-то еще. По крайней мере, на часть богатства. Например, странное поведение Гарри Кеппера можно было бы объяснить именно этим обстоятельством, как и необычные требования Феннела, пьяницы и самозванца.

— Если бы нам удалось узнать, что на самом деле произошло с «Принцессой Марией»! — размечтался Ленг. — Тогда мы гораздо ближе подошли бы к цели. Но для этого надо подумать, как достать средства. Не можем же мы выпрашивать их у Беатрис!

Шерри покраснел от одной такой мысли.

— У нас есть жемчужины, которые предназначались для Феннела, — напомнил он.

— По закону это теперь государственная собственность, — возразил Пит.

— Мы можем взять хотя бы одну из них. Сколько их там всего?

— Пять приличной величины, одиннадцать поменьше и восемнадцать совсем маленьких.

— Ты все аккуратно пересчитал, Пит?

— Я некоторое время разглядывал их, Малыш. Они заслуживают того.

— Я возьму одну из самых крупных и заложу ее. Ты не знаешь, на сколько она может потянуть?

Они вместе отобрали большую жемчужину.

— Не знаю, — отозвался Ленг. — Припоминаю, что у Сэма Халмена была заколка для шарфа с жемчугом такого же размера. Он говорил, что заплатил за нее сто пятьдесят долларов. Думаю, что за эту ты должен получить примерно сотню.

— Пусть будет сотня, — согласился Шерри. — Это все равно что украсть что-то у кого-то, но не совсем у Вилтона. Поэтому я поехал!

Сказав это, он отправился в Клейрок и вошел в магазин, над дверью которого красовалась вывеска: «Три луны». Находившийся на главной улице магазин был завален привычным набором дешевых и хороших часов, кричащей бижутерией и настоящими дорогими драгоценными камнями. Лесорубы и шахтеры оставляли в этом сумрачном заведении предметы, купленные ими в дни резкого подъема их деловой активности. Здесь лежали даже револьверы, украшенные драгоценными металлами и камнями, заложенные в конце концов проголодавшимися щеголями из прифронтовой полосы!