Чтение онлайн

Часть кипчаков была на пути к христианизации, и некоторые племена поддерживали отношения со славянскими народностями Южной Руси: один из вождей половцев, некий Котян, отдал в жены одну из своих дочерей Галицкому князю Мстиславу. После своего поражения кипчаки обратились за помощью и, благодаря семейному союзу, добились заключения с русскими политического соглашения. Монголы перешли из Закавказья в низовья Дона.

Русь в XIII веке — Киевская Русь, по имени одного из княжеств, столицей которого был Киев, — состояла из многочисленных княжеств. Простираясь на севере до Балтийского моря, на юге до среднего и верхнего течения Буга, Днепра, Донца и Дона, на западе она граничила с польскими и литовскими княжествами. На юго-западе русских сдерживали венгры и валахи, тогда как огромные степи, более или менее пустынные, Южной Украины и низовья Волги были в руках кочевников-половцев и печенегов, а необъятные просторы северо-востока — у финно-угорских племен.

Эта территория — ограниченная только с одной стороны — европейской Руси была разделена между многочисленными княжествами, в большей или меньшей степени соперничавшими между собой: Киевским, Владимирским, Суздальским, Рязанским, Переяславским, Смоленским, Новгородским, Полоцким, Галицким, Черниговским и так далее. Каждый из князей наследовал свой трон по системе «боковой линии» (от старшего брата — к младшему, от дяди — к племяннику), таким образом, не было княжества в вечном владении, поскольку в силу брачных союзов и смертей младшие члены рода получали освободившиеся места, поднимаясь по «генеалогической лестнице». Эта сложная система не позволяла княжествам поддерживать последовательных подлинно дипломатических отношений, и только при Петре Великом государь получил право (1722) назначать своего преемника. На Руси, принявшей христианство в конце X века, церковь оказывает дисциплинирующее влияние на различные классы общества: бояр, вольных людей, полусвободных крестьян и крепостных. Сословная иерархия не так замкнута, как в Западной Европе, и люди расселяются по течению рек, по лесам, осваивая необжитые места.

Нетронутые просторы степей ведут в другой мир, мир кочевников, который за пределами «по man’s land» [22] является синонимом гибели. В течение веков южные славяне вынуждены были защищаться от частых набегов азиатских кочевников. Между 1068 и 1210 годом половцы осуществили около пятидесяти вооруженных набегов, дойдя в 1096 году до стен Киева. Несмотря на мирные договоры, брачные союзы, дань, прилив кочевых орд не прекращается. Монголы, лучше организованные, более дерзкие, с более четкой военной структурой, нанесут последний удар по киевской цивилизации, подточенной отсутствием подлинной государственности и распрями князей.

Откликнувшись на просьбу кипчаков о помощи, князь Галицкий совершил подвиг: он уговорил князей Смоленского, Черниговского и Киевского объединиться для совместных действий. Джэбэ и Субетэй отправили к князьям послов, предлагая им союз против кипчаков Котяна. Великолепно осведомленные монголы выдвигают два аргумента: кипчаки всегда были врагами русских, и появилась возможность зажать их между двух огней; кипчаки «идолопоклонники» в противоположность монголам, поклоняющимся Тенгри, Вечному Голубому Небу. Но русские отвергли их предложение. Инициатива немедленно перешла из рук дипломатов в руки военных.

Князь Мстислав, собрав войско в своем Галицком княжестве, двинулся вдоль Днестра в степи, граничащие с Крымом. Остальные князья спускаются от Днепра к Черному морю. Соединение различных армейских корпусов которые составят значительные силы — 80 000 человек — произойдет в низовьях Днепра, в окрестностях Хортицы, недалеко от Александровска (ныне Запорожье). При виде столь многочисленного русского войска кавалерия кочевников в начале как будто бы отступает: всадники отхлынули назад в видимом беспорядке, продолжая оставаться неподалеку. Русские князья, к которым присоединились отряды кипчаков, решают их преследовать и заставить принять бой. Монголы с армией в 20 000 человек избегают столкновения в течение девяти дней; эскадроны появляются, затем отходят еще дальше. Вблизи Калки, реки, впадающей в Азовское море, русские нагнали кочевников Джэбэ и Субетэя в окрестностях современного города Донецка.

Войска Мстислава и его союзников кипчаков готовы к бою, но остальные князья еще не подошли. Вместо того, чтобы подождать, пока к ним присоединятся их войска, Мстислав со своими воинами атакует монголов в мае 1223 года и терпит поражение. Монголы заняли удобные позиции и спокойно ждали нападения русских и кипчаков. Говорят, что князь Галицкий забаррикадировался в лагере со своими приверженцами и три дня храбро сражался, прежде чем сдаться. Монголы подвергли его казни, чтобы отомстить за своих послов, убитых русскими князьями. Несчастный Мстислав был завернут в ковры и затем удушен — почетный способ казни у кочевников, так как при этом не проливается кровь; так проявляется уважение к жертве.

Битва на Калке — эпическая битва, если угодно; она имела глубокие последствия для русских, так как ее исход повлек за собой вторжение кочевников и оккупацию — татарщину. На следующий день после разгрома князя Галицкого и его союзников кипчаков у русских князей — Черниговского, Смоленского и Киевского — не хватило мужества преследовать азиатских захватчиков. Уцелевшие рассказали им об ужасах поражения — первого, понесенного русскими от монголов. Этому разгрому посвящено множество рассказов, множество летописей, из которых наиболее известны «Слово о погибели русской земли», «Ипатьевская летопись» или еще «Никоновская летопись». Все рисуют ужасные картины удара монгольского бича по русскому населению.

Русские войска состоят из кавалерии, но, главным образом, из пехоты. Почти у всех воинов шлемы, иногда — кольчуги, но только у знати и богатых людей есть полное вооружение. В железных латах, с хоругвями, свисающими вдоль древка, русские витязи имеют гордый вид. Издали их стальная стена кажется непробиваемой. За каждым щитом, у каждого воина — тяжелый топор, острый меч и пика.

Монголам, наблюдающим за ними много дней, эти воины с красноватыми лицами, заросшими рыжими волосами бороды по самые щеки, кажутся похожими на собак. Кочевники, до сих пор побеждавшие все противостоявшие им войска, оценивают мощь русских военных сил, но они знают, что этим воинам в рукопашной схватке и в крупномасштабных тактических операциях не хватает подвижности. Они медлительнее монголов, неорганизованнее.

По сигналу, тотчас же переданному флажками, рассыпанными по рядам их конных эскадронов, монгольские всадники, кажется, вздрагивают на своих конях. Еще несколько хриплых приказаний, затем тишина нависает над необъятным полем битвы, освещенным солнцем последних весенних дней. И вот внезапно раздается команда, которую каждый ждал уже много дней. Кавалерия кочевников бросает свои войска в атаку.

Русские удивлены при виде этих маленьких лошадок, вдруг устремившихся на них. Наконец-то они смогут помериться силой с этими смуглыми людьми, странно и пестро одетыми, крутившимися неподалеку от лагеря. Под ударами тысяч копыт дрожит земля. Скачущие маленькие лошади поднимают облако пыли, в котором тонут люди и животные. Кавалерийская атака — как гигантская волна.

Монголы в ста метрах, едва в пятидесяти метрах. Вдруг тучи стрел обрушиваются на русские ряды, и те сильно редеют. Не имея достаточного количества луков, русские не могут ответить. Затем мгновенно карусель лучников-кочевников скрывается, уступая место пустоте. Воины смотрят на мертвых, подбирают стрелы, упавшие на землю, и в порыве гнева ломают их, прежде чем бросить. Ищут врага, который только что был перед ними. Всюду царит беспорядочное движение, растерянность. Но кавалеристы атакуют снова. Тучи стрел сеют ужас и смерть. В первых рядах слышны крики, ругательства. Один из флангов теснят. Несколько долгих минут русские стоят в ожидании команды, которой нет, тем временем снова появляются другие монгольские лучники, чтобы выпустить стрелы и ускакать.