Чтение онлайн

Он сидел у ручья, и дождь лил на него, покуда он соображал, что делать. Он может только продолжать, решил он, и когда он подождал достаточно долго, чтобы партизаны исчезли из поля зрения, он встал, застонав от боли, и возвратился на размытую дорогу.

Он шел. Он был один на дороге. В полях по обе стороны все еще были видны следы, оставленные французской армией. Шарп шел по растоптанным посевам ржи и пшеницы, потому что они давали более надежную опору ногам, чем грязь на дороге.

Он проходил небольшие деревни, всегда проверяя сначала, что никакие всадники не задержались в таверне. В сумерках он оказался посреди широкой равнины — ни зданий, ни всадников не видно, только мокрая от дождя дорога тянется перед ним в темноту на востоке. Дождь мешал разглядеть горы, которые, он знал это, должны быть на горизонте.

Он искал убежище, надеясь найти ферму или, по крайней мере, кустарник, чтобы укрыться от дождя. Но не было ничего. Он шел дальше, пытаясь заставить себя двигаться в темпе быстрого марша стрелков, убеждая себя, что если не замечать боли, она уйдет. Ноги натерло сапогами, дождь заливал ему глаза.

Он услышал стук копыт, обернулся и увидел единственного всадника в ста ярдах позади него. Он проклинал себя за то, что не посмотрел раньше, хотя ему все равно негде было укрыться на этой голой земле, даже если бы он был предупрежден на десять минут раньше. Возможно, подумал он, это просто фермер по пути домой, но лошадь была больше и куда сильнее, чем фермерский конек. Шарп подозревал, что это один из людей El Matarife, по какой-то причине отставший.

Шарп взялся за рукоять палаша. Его правая рука все еще плохо слушалась из-за порезов, оставленных медной трубкой от подзорной трубы. Он видел, как всадник пустил коня рысью, потом начал махать ему, и внезапно Шарп рассмеялся и, спотыкаясь, побежал назад по дороге.

— Ангел! Ангел!

Мальчишка засмеялся. Он спрыгнул со спины Карабина и обнял Шарпа.

— Майор! — Он хлопал Шарпа по спине. — Вы здесь!

— Откуда ты взялся?

— Ваше лицо! — Ангел снял плащ и настоял на том, чтобы накинуть его на плечи Шарпа.

— Как, черт возьми, ты нашел меня? — Шарп взял предложенную флягу с вином и прижал к губам. Это было прекрасно.

Ангел всего лишь следовал приказу. Майор Хоган приказал ему не оставлять Шарпа, и когда уланы повезли Шарпа на юг, Ангел двинулся следом. Он скрывался вне Бургоса, наблюдая за Главной дорогой, чтобы увидеть, если Шарпа повезут на восток.

Мальчик видел взрыв. Потом, когда последние из французов ушли из города, и он не видел с ними пленных, он попытался узнать новости о Шарпе.

— Они сказали, что вы мертвы.

— Кто сказал?

— Люди, которые работали на французов. В замке был один английский военнопленный, но здание, где он был, развалилось.

Шарп усмехнулся.

— Я ушел до того.

— Поэтому я обыскал руины. — Ангел пожал плечами. — Ничего. Потом пришел El Matarife, и я спрятался снова.

— Чего он хотел?

— Был слух, что французы оставили своих раненых в больнице. Это было не верно. — Ангел кивнул на дорогу. — Он поехал за ними.

— Я видел его.

Мальчишка усмехнулся.

— Так что теперь?

— Мы найдем Веллингтона. — Шарп посмотрел на Карабина и внезапно понял, что все будет в порядке. Он громко засмеялся, забыв про усталость. — Мы выиграем эту проклятую войну, Ангел. Ты и я, только ты и я! — Он ласкал терпеливую, сильную лошадь. Карабин отвезет его к Веллингтону, он оправдает себя — и он засмеялся, подумав, что сделает все, что Элен хотела, чтобы он сделал, но сохранив свою честь. — Мы идем, чтобы выиграть эту проклятую войну!

Армия пыталась уснуть. Некоторые преуспели в этом, другие слушали, как дождь барабанит по парусине палатки, как совы ухают в долинах, а с холмов доносится вой волков, тревожа лошадей. Плакали дети, но матери их успокоили.

Спустя час после полуночи дождь прекратился, и медленно, рваными кусками, очистилось небо. Впервые за неделю показались звезды. Ветер был все еще холодным, заставляя дрожать часовых, которые смотрели во тьму и мечтали об утре.

Горны пробудили армию, когда звезды все еще ярко мерцали в небе. Завтрак был холодным. Палатки собрали и свернули. Солдаты ворчали, дрожали и благодарили Бога, что хотя бы не льет. Им хватит и тех неприятностей, что ждут их сегодня.

Капитан Д’Алембор, пробираясь через грязь и высокую траву с кружкой чая в руке, кричал в темноту, ища свою роту. Голос сержанта Харпера ответил ему.

Капитан стоял, дрожа, над небольшим костром.

— Слава Богу, не идет дождь.

— Да. — Харпер казался довольным.

— Полковник говорит, что это так.

— Мог бы приказать ему закончиться. — Огромный сержант скатывал свое одеяло. Южный Эссекс совершал поход без палаток.

Капитан Д’Алембор, который никогда не участвовал в настоящем сражении, был возбужден.

— Они считают, что французы ждут за холмами.

— Но невдалеке, а? — Харпер рассмеялся. — Значит, будет сражение, да?

— Так они говорят.

— Со всем удовольствием, сэр. Это подходящий день для битвы, если не будет дождя.

— Я уверен, что мы покажем себя с лучшей стороны, сержант.

— Мы всегда так делаем, сэр. — Харпер привязал одеяло к ранцу. — Фарелл! — От крика Харпера Д’Алембор подскочил.

— Сержант? — донесся жалобный голос из темноты.

— Вставай, ты, протестантский ублюдок! Нас ждет сражение, мы будем драться!

Некоторые солдаты смеялись, некоторые стонали. Харпер усмехнулся успокоительно капитану Д’Алембору.

— Парни будут в порядке, сэр, не сомневайтесь.

Капитан Д’Алембор, что весьма понятно, сомневался, будет ли в порядке он сам. Он улыбнулся.