Чтение онлайн

Мой снаряд пробил пелену темноты. Прямо на меня оттуда хлынул длинный вопль. В нем слышалось скорее удивление, чем ярость, скорее отчаяние, чем боль. Пелена темноты распалась на клочья. Какая-то тень, похожая на человеческую, стремительно метнулась через дорожку. Я посмотрел ей вслед, так и не подумав еще об одной стреле, хотя и держал ее уже на тетиве.

Поколебавшись немного, я продолжил свой путь.

— Что случилось? — спросил Элмо, когда я добрался до вершины пирамиды.

— Не знаю, — ответил я. — Я действительно даже отдаленно не понимаю, что за чертовщина сегодня происходит. Он изучающе оглядел меня.

— Ты шатаешься на ходу. Надо отдохнуть.

— Да, надо, — согласился я. — Передай Капитану. Она сказала, что завтра — решающий день. Победа или поражение.

Такая новость придется ему по душе. Хотя я думаю, что он хотел бы знать исход.

— Да-а. Они там с тобой что-нибудь сделали?

— Не знай. Думаю, нет.

Он хотел поговорить еще, забыв о своем совете насчет отдыха. Я вежливо прогнал его, дошел до одной из своих госпитальных палаток и свернулся калачиком в дальнем ее углу, как раненое отлеживающееся животное. Что-то подействовало на меня, хотя я и не могу точно определить, что. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Вероятно, больше времени, чем мне дадут.

Разбудить меня послали Гоблина. Я был в своем обычном прелестном утреннем состоянии, когда тому придурку, кто осмелится нарушить мои сны, угрожала кровавая месть. Не то чтобы они были слишком хороши и их нельзя было тревожить. Наоборот, они были ужасны. Мне не произнести вслух то, что я вытворял с парой девочек, которым должно было быть не больше двенадцати. И заставлял их наслаждаться этим. Это отвратительно какие тени прячутся в мозгах.

Возмущенный своими снами, я все равно не хотел вставать. Моя постель была удивительно теплой.

— Хочешь, чтобы я играл с тобой грубее? — сказал Гоблин. — Слушай, Костоправ, твоя подружка сейчас появится на пирамиде. Капитан хочет, чтобы ты ее встретил.

— Ну конечно.

Одной рукой я схватил сапоги, а другой откинул полог палатки.

— Черт, сколько времени? — прорычал я. — Такое впечатление, что солнце взошло уже несколько часов назад.

— Да. Элмо подумал, что тебе надо отдохнуть. Сказал, что сегодня ночью тебе здорово досталось.

Я заворчал, поспешно приводя себя в порядок. Я хотел умыться, но Гоблин мне не дал.

— Напяливай свои доспехи. Повстанцы уже двинулись.

Донесся отдаленный звук барабанного боя. Раньше у них не было барабанов. Я спросил, в чем дело.

Гоблин пожал плечами. Он был бледен. Наверное, до него дошло мое сообщение Капитану. Победа или поражение. Сегодня.

— Они избрали новый совет. — Он начал болтать, как это делают люди, когда чем-то напуганы.

Гоблин рассказал мне историю ночной борьбы между Поверженными и о том, каковы потери повстанцев. Ничего утешительного я не услышал. Он помог мне надеть доспехи и оружие. Хотя кроме кольчуги я не носил ничего еще со времени битвы за Розы. Я поднял оружие, которое дала мне Леди, и вышел наружу. Такое великолепное утро можно увидеть крайне редко.

— Чертовски неподходящий день для того, чтобы подохнуть, — сказал я.

— Ну.

— И когда она будет здесь? Капитан хочет, чтобы когда она подъедет, мы уже были на месте. Он любит изобразить вид полного порядка и рациональности.

— Будет, когда будет. Нам просто сказали, что она собирается появиться.

— Хм.

Я оглядел вершину пирамиды. Люди занимались своими делами, готовясь к драке. Казалось, никто не торопится.

— Я хочу тут побродить вокруг, — сказал я Гоблину.

Он ничего не ответил. Просто последовал за мной с хмурым выражением на бледном лице. Он непрерывно оглядывался, следя за всем сразу. По тому, как он держал свои плечи и как осторожно двигался, я понял, что он держит наготове колдовство, которое можно мгновенно пустить в ход. Раньше такого не было, и тут я осознал, что он выступает в роли моего телохранителя.

Это одновременно и льстило мне, и причиняло боль. Льстило потому, что люди заботились обо мне, а причиняло боль потому, что это говорило о моем бедственном положении. Я посмотрел на свои руки. Не осознавая того, я уже положил стрелу на тетиву лука. Что-то во мне било тревогу.

Все разглядывали мое оружие, но никто не задавал вопросов. Я представил себе, какие ходят обо всем этом слухи. Странно, что мои товарищи до сих пор не зажали меня в угол и не допросили как следует Повстанцы строились в боевые порядки тщательно и методично, вне досягаемости нашего оружия. Тот, кто взял там власть в свои руки, за ночь сумел восстановить дисциплину и выстроить целую армаду новых штурмовых сооружений.

Наши войска оставили нижний уровень. Все, что там теперь было, — это распятие с корчившейся на нем фигурой. Он корчился. После всего, что ему пришлось вынести, включая и то, что его прибили к этому кресту, оборотень все еще был жив!

Расположение воинских частей изменилось. Лучники теперь были на третьем уровне. Командование всем этим ярусом приняла Шелест. Союзники, те, кто выжил на нижнем уровне, силы Ловца, короче, все стояли на втором уровне.

Ловец держал центр, Лорд Джалена — правый фланг, а Ревун — левый. Была также сделана попытка восстановить стену, но она так и осталась в ужасном состоянии. Она будет слабым препятствием. К нам подошел Одноглазый.

— Ребята, слышали последние новости? Я вопросительно поднял бровь.

— Они утверждают, что нашли своего ребенка Белую Розу.

— Сомнительно, — подумав, ответил я.

— Естественно. Весть из Башни говорит, что это фальшивка. Просто им надо подстегнуть своих людей.

— Конечно. Удивительно, как они до этого раньше не додумались.

— Мысль дьявола, — пискнул Гоблин. Он ткнул пальцем.

Секунду я шарил глазами прежде чем заметил мягкое свечение, которое двигалось по проходам между подразделениями неприятеля. Оно окружало ребенка на большой белой лошади, который держал в руках красный штандарт с вышитой на нем белой розой.