Чтение онлайн

Его круглое открытое лицо с выражением скорее печальным, чем жестоким, было безбородым, ибо индейцы обычно выщипывают волосы на лице. С головы же, напротив, ниспадала пышная шевелюра с темно-синим отливом.

Помимо голубой набедренной повязки, на нем был целый ворох побрякушек: ожерелье из раковин, кольца из отшлифованных рыбьих позвонков, костяные браслеты, когти и зубы ягуаров, клювы туканов, — куски горного хрусталя и браслеты из чистого золота. На голове возвышалась диадема из перьев ары и других птиц, а через специальные дырки в нос был вставлен рыбий хребет длиной в три-четыре дюйма.

Два других индейца были также в набедренных повязках, но без пышных украшений, как их предводитель. Вместо длинных луков из железного дерева они несли пучки стрел с костяными или кремневыми наконечниками, а также, буту — метровую палицу с острыми шипами, усеянную пестрыми квадратиками!

Остановившись в пятидесяти метрах от дерева, колдун сделал знак сопровождающим прекратить музыку и крикнул глухим голосом на плохом испанском языке:

— Слушайте меня, белые люди!..

— Белые люди слушают тебя, — ответил каталонец.

— Вы находитесь во владениях араваков. Кто дал вам право посягать на наши леса?

— У нас нет желания посягать на ваши леса, араваки, — ответил каталонец. — Мы просто хотим пройти через них, чтобы добраться до поселений белого человека на юге залива Маракайбо, и вовсе не собираемся воевать с краснокожими братьями, которых считаем своими друзьями.

— Араваки не верят в дружбу белых: наши братья на берегу залива дорого за нее заплатили. Эти леса наши. Возвращайтесь к себе домой, или мы вас прогоним силой.

— Черт возьми! — воскликнул Кармо. — Дело плохо.

— Мы не из тех белых, которые завоевали побережье и обратили в рабство карибов. Ваши враги — наши враги, и мы хотим настичь тех из них, которые убегают от нас! — крикнул корсар.

— Ты самый главный? — спросил колдун.

— Да, я старший среди моих друзей.

— И ты преследуешь других белых?

— Да, чтобы их наказать. Они здесь проходили?

— Да, мы их видели, но они далеко не уйдут.

— Тогда я помогу тебе их схватить.

— Значит, ты их ненавидишь? — спросил колдун.

— Они мои враги.

— Все равно: убейте их на берегу, если хотите, но не лезьте во владения араваков. Белые люди, убирайтесь домой, или мы объявим вам войну.

— Я сказал, что мы не питаем вражды к краснокожим. Мы не тронем твое племя, ваши хижины и посевы.

— Белые люди, уходите домой, — упорно повторял колдун.

— Послушай меня недолго!

— Я сказал: уходите домой, или мы объявим вам войну, и не миновать вам смерти.

— Смотри же! Мы прорвемся сквозь лес и без разрешения.

— Мы вам не позволим.

— Но у нас есть оружие, изрыгающее гром и молнии.

— А у нас — стрелы.

— У нас есть шпаги и сабли, которыми рубят людей на куски.

— А у нас — палицы, от которых трескаются самые крепкие черепа.

— Быть может, вы союзники белых, за которыми мы гонимся? — спросил корсар.

— Нет, мы покончим и с ними.

— Так, значит, война?..

— Да, если вы не уйдете обратно.

— Морские волки!.. — воскликнул корсар, выскакивая из-за дерева со шпагой в руке. — Докажем им, что мы ничего не боимся! За мной!

Видя, что белые люди двинулись на него с оружием, колдун поспешил убраться. Сопровождаемый музыкантами, он быстро юркнул в кусты.

Черный корсар велел не стрелять ему в спину, чтобы не давать предлога для возобновления военных действий, а сам бесстрашно двинулся вперед, готовый отразить нападение араваков.

Перед флибустьерами снова был герой Тортуги, не раз доказывавший свою отчаянную храбрость.

Со шпагой и пистолетом в руках он смело повел вперед маленький отряд, врубаясь в девственный лес и готовясь отразить любое нападение.

Вскоре стрелы стали посвистывать над флибустьерами. Ван Штиллер и Кармо немедленно ответили беспорядочной стрельбой, ибо индейцы так и не показались, несмотря на угрозу колдуна.

Постреливая каждую минуту налево и направо, маленький отряд, до которого изредка долетали отдельные стрелы, успешно преодолел лесную чащу и вскоре вышел на небольшую поляну, в середине которой виднелось озерко, образованное маленькими ручейками.

Поскольку время близилось к вечеру, а индейцы со своими стрелами куда-то исчезли, Черный корсар приказал разбить лагерь.

— Если им вздумается на нас напасть, — сказал он товарищам, — то лучше встретить их здесь. Поляна достаточно велика, чтобы заметить их появление.

— Лучшего места нам не найти, — заметил каталонец. — Индейцы опасны в зарослях и редко нападают на открытом месте. К тому же я так устрою лагерь, что они не посмеют к нему приблизиться.

— Уж не собираешься ли ты выкопать траншею? — поинтересовался Кармо. — Это слишком долгое дело, дружище.

— Достаточно опоясать лагерь кострами.

— Через костер они перепрыгнут. Это ведь не ягуары, которым достаточно простой головешки.

— А это для чего, по-твоему? — сказал каталонец, извлекая из кармана пригоршню круглых ягод.

— Это что за фрукт?

— Это перец, да еще самый злой. Во время похода я набил им полные карманы.

— Он хорош к мясу, да и то слишком горек.

— А от индейцев он в самый раз.

— Каким же это образом?

— Мы подкинем его в огонь.

— Думаешь, они испугаются его треска?

— Нет, но говорят, он так разъедает глаза, что любой, кому вздумается прыгнуть через костер, несколько часов будет как в потемках.