Чтение онлайн

– Тигрёнок Тошиба.

– Тигррра… – полуконь нахмурил густые брови. Лицо у него было очень скуластое, с узкими щелями глаз, как у жителей нашего острова. Переносица начиналась выше бровей, а волосы Кен тщательно зачесал назад и скрутил в косу, оставив лоб открытым. Глаза у всех шестерых оказались ярко-зелёными, словно у кошек. Тем временем Кен оглядел моего коня и внезапно расхохотался.

– Гуигнгнм! – он хлопнул себя по лошадиному плечу, – Гуигнгнм!

Пятеро остальных ответили громовым хохотом, все принялись махать хвостами и хлопать в ладоши. Я готова поклясться, Куросао смутился.

– Что значит гуигм… гуинг… гуигнгмн? – спросила я. Кен с трудом прекратил смеяться, а затем очень выразительными жестами объяснил, что это значит. Теперь и я рассмеялась.

– Так ты потомок тавра и обычной лошади… – я погладила Куросао по голове. Жеребец упрямо строил из себя животное и, похоже, это ещё сильнее рассмешило тавров. Они окружили нас смеющимся кольцом.

– Хаятэ, тоолкан ышац-кох… – один из полуконей обратился ко мне с длинной речью. Я вежливо выслушала, ответила что ничего не поняла и улыбнулась. Похоже, это их ни капли не огорчило. Кен жестами пригласил нас следовать за отрядом; я, понятно, согласилась, И мы поскакали вперёд, по бесконечной степи, оставив за хвостом белое Солнце.

Это значит, мы двигались на запад. С каждым часом удаляясь от берега моря, от моего родного острова Ямато… Ничего, не пройдёт и месяца, как заживут порванные крылья. И я вернусь домой. Если, конечно, он ещё существует, мой дом.

Селение тавров оказалось удивительно непохожим на всё, что я видела до сих пор. Домов там было три десятка, но каких! Стволы высоких, прямых деревьев, были сложены как на костре – вершинами друг к другу, все щели промазаны глиной в смеси с соломой. В результате получился посёлок, больше всего напоминавший группу огромных муравейников; конусообразные дома в высоту достигали тройного моего роста.

Селение окружал вал из колючек, сухого кустарника и веток. Однако это заграждение определённо предназначалось только против зверей; оно не сдержало бы даже пешего человека, не говоря уж о конных. Видимо, тавры или слишком надеялись на свои способности, или жили в мире с соседями.

Самое странное началось, когда шестеро тавров, которых я встретила, вошли в селение. Хвост даю на отсечение – они никогда здесь не бывали. Местные встретили их весёлыми криками, окружили, принялись знакомиться и показывать посёлок. Ко мне подъехал очень красивый, серый в яблоках… мужчина? Или жеребец? В общем, самец.

– Мне сказали, вы говорите по-японски, – он вежливо сложил ладони перед грудью и поклонился, совершив жест уважения самураев. – Мы рады видеть молодого дракона в нашей общине, добро пожаловать. Преодолев изумление, я спрыгнула со спины Куросао.

– Благодарю за добрый приём, – я повторила приветственный жест. – Я Хаятэ Тайё, рода Акаги Годзю с Ямато.

– Я Тотчигин, – представился полуконь. – организатор общины Алдан-тэсэг. Вы желаете присоединиться к нашей группе или просто путешествуете с ребёнком? Я не сразу поняла, что под ребёнком Тотчигин имеет в виду Тошибу. Рассмеялась.

– Как сказать… Я спасла малыша от смерти в пяти сотнях цээгов на восток отсюда. Не бросать же его… – я погладила тигрёнка по голове. – С тех пор мы вместе. Зовут Тошиба.

– Так это маака-со… – протянул Тотчигин. Я заметила, он совершенно утратил интерес к тигрёнку. – Что ж, не мне судить о ваших поступках. Сейчас давайте пройдём в куш-тэсэг, там готовят пир в честь появления новых братьев. Окажите нам честь, приняв гостеприимство.

– С удовольствием! – я загнула хвост крючком и намотала на него поводья Куросао. Никак не ожидала такого приёма в степи, особенно после знакомства с Ботольдом. Видимо, варварство захватило не весь материк.

– Следуйте за мной.

Мы направились к самому большому дому в центре. Я посадила Тошибу меж крыльев, а сама постоянно оглядывалась, везде замечая признаки мирной и спокойной жизни.

Полукони питались, похоже, растительной пищей. Они были двуполы и, как я поняла, ничуть этого не стеснялись; прямо посреди посёлка, у стены одного из домов, занимались любовью самец и самка, точно как лошади. Однако остальные обращали на это не больше внимания, чем на облака в небе. Тотчигин тоже не обратил никакого внимания на любовников, пройдя мимо них, словно мимо дерева. Мне пришлось умерить любопытство.

– …как видите, мы решили отказаться от кочевой жизни… – внезапно я поняла, что Тотчигин уже давно что-то говорит. С трудом удалось перевести внимание. – …юрты в этой местности делать не из чего, а земля родит хорошо, трижды в сезон. Община существует уже полтора оборота, я четвёртый организатор со дня основания. Он повернул ко мне человеческую половину, продолжая идти вперёд.

– Простите за нескромность, но где вы раздобыли этого коня? Я усмехнулась.

– В бою, – коротко пересказала историю своего побега. Тотчигин одобрительно прищёлкнул языком.

– Вы храбрая и находчивая девушка, Хаятэ. Многие на вашем месте сразу бы сдались.

– Вы льстите мне… – от смущения я опустила голову и скрестила кончики крыльев. Тотчигин рассмеялся.

– Скромность – лучшее из качеств женщины, если я правильно помню ваши обычаи.

– Скромность – добродетель жены, – возразила я. – Согласно Будосёсиньсю [17] , если девушка получает воспитание воительницы, её путь – бусидо, и для закона нет разницы, мужчина перед ним или женщина. Бусидо определяет поступки воина; меня воспитывали как самурая. Тавр задумчиво кивнул.

– Понимаю… Ваш медальон – знак принадлежности к сословию воинов?

– Нет, просто украшение, – улыбнулась я. – Подарок учителя.

– Замечательный подарок, следует отметить.

– Спасибо.

Мы уже подошли к большому дому в центре селения, и Тотчигин жестом пригласил меня внутрь. Сейчас я жалела только о том, что потеряла меч и не могу приступить к трапезе по обычаю самураев, опустившись на колени и положив оружие справа [18] .

Изнутри дом оказался почти совсем пуст. В центре горел костёр, вокруг были навалены кучи свежей соломы – и всё. Шестеро тавров, с которыми я познакомилась в степи, поджав ноги разлеглись на соломе. Точно как кони…