Чтение онлайн

— Да, да, я знаком с этими теориями, — отмахнулся от слов отца Видикона Его Святейшество, прикрывая другой ладонью глаза. — Не надо мне вашего маклюэновского жаргона, отец. Но вам будет приятно узнать, что Совет только что окончательно решил, какие части теорий Шардена совместимы с католической доктриной.

— Значит Ваше Святейшество уговорили их наконец согласиться на это! — Отец Видикон испустил сильный вздох облегчения. — Наконец-то!

— Да, я думаю, как неплохо было быть папой, скажем, в 1890 году, — согласился Его Святейшество. — Когда святой престол имел чуть больше власти и меньше надобности убеждать. — Он тоже тяжело вздохнул и сцепил руки на столе. — И произошло это как раз вовремя. В понедельник утром Преподобный Сун выступает с речью на Генеральной Ассамблее, и ни за что не угадаете на какую тему.

— Что Церковь — камень на шее всех стран мира, — мрачно кивнул отец Видикон. — Священники, мол, не передают по наследству свои гены, католики не пытаются контролировать рождаемость и таким образом вносят свой вклад в перенаселение, церковные земли не облагаются налогом — все это стало довольно избитой риторикой.

— В самом деле, большинство его последователей могут процитировать эти тезисы досконально. Но на сей раз, как заверяют меня мои источники, он намерен зайти куда дальше — попросить Ассамблею рекомендовать всем странам-членам ООН принять законодательные акты, делающие эти «злоупотребления» противозаконными.

Отец Видикон присвистнул.

— А так как во всех странах большой процент избирателей составляют сунниты...

— То это равнозначно объявлению римско-католической церкви вне закона. Да. — Кивнул Его Святейшество. — И вряд ли нужно напоминать вам, отец, что в нынешнем итальянском правительстве большинство принадлежит коммунистам-суннитам.

Отец Видикон содрогнулся.

— Они начнут с аннексии Ватикана! — Перед глазами у него внезапно возникло кошмарное видение молитвенного собрания суннитов в Сикстинской капелле.

— Мы будем подыскивать новое жилье, — сухо обронил папа. — Поэтому, как вы понимаете, отец, будет важно, чтобы я сначала сообщил верующим всего мира о недавнем решении Совета.

— Ваше Святейшество выступит по телевидению! — воскликнул отец Видикон. — Но это же чудесно! Вы будете...

— Я краснею, отец Видикон. Мне хорошо известно, что вы считаете меня обладающим врожденной привлекательностью для видеосредств.

— У вас харизма Иоанна-Павла II с притягательностью Ионна XXIII! — стоял на своем отец Видикон. — Но какая потеря, что вы не появляетесь на студии!

— Мне не нравится видеть себя главным гвоздем программы в интермедии, — саркастически отозвался Его Святейшество. — И все же, боюсь, что это необходимо. Курия переговорила с Евровидением, Афровидением, Паназиавидением, Панамеривидением и даже с Интервидением. Все они, даже коммунисты, согласились передавать нас пятнадцать минут...

— Кардинал Белуга — гений дипломатии, — пробормотал отец Видикон.

— Да, и все эти страны встревожены ростом в своих пределах церкви Суна, так как из этого следует, что немалая часть их граждан подчиняется приказам из Сингапура. При таких обстоятельствах мы становимся, на их взгляд, меньшим из двух зол.

— Полагаю это комплимент, — с сомнением протянул отец Видикон.

— Давайте считать именно так, идет? Узким местом будут, конечно, американские коммерческие телесети. Они согласны передать мое выступление только в воскресенье утром.

— Да, религия их волнует только тогда когда она начинает влиять на сбыт товаров, — задумчиво проговорил отец Видикон. — Как я понимаю, Ваше Святейшество выступит около двух ночи?

— Да, в Чикаго это будет раннее утро. Другие страны согласились записать выступление и прокрутить его в более подходящий час. Выступление пойдет, конечно, через спутник...

— Пока мы его оплачиваем.

— Естественно. И если с нашей стороны будут какие-то неполадки в трансляции, то телесети не будут обязаны дать нам дополнительное время.

— Ваше Святейшество! — раскинул руки отец Видикон. — Вы меня обижаете! Ну, конечно, я позабочусь чтобы с трансляцией не произошло никаких накладок!

— Я не хотел вас обидеть, отец Видикон — но я хорошо знаю, что данный мной передатчик не самая последняя модель.

— А что можно приобрести на пожертвования? Кроме того, Ваше Святейшество, в 1990 году фирма «Бритиш Маркони» изготовляла превосходные передатчики! Нет, Италия и Южная Франция будут принимать нас идеально. Но не помешает, если вы сможете купить несколько запасных частей для трансформатора, подающего ток на земной станции спутника...

— Что б там ни было. Покупайте все, что вам нужно, отец Видикон. Главное обеспечьте передачу нашего сигнала. А теперь можете идти.

— Не беспокойтесь, Ваше Святейшество! Ваш голос услышат, а ваше лицо увидят, даже если против меня поднимутся все силы тьмы!

— Включая демона Максвелла? — сурово молвил Его Святейшество. — И беса Противоречия?

— Не беспокойтесь, Ваше Святейшество. — Отец Видикон соединил в кольцо большой и средний пальцы. — С ними я уже справлялся.

— Добрые души слетелись словно голуби домой, — пропел отец Видикон, — или слетятся, услышав маленькую речь нашего папы. — Он закрыл съемную панель передатчика. — Вот! Все компоненты в лучшем виде! Я даже смахнул пыль со всех плат... Как там тот запасной передатчик, брат Энсон?

— Пока я заменил два чипа переменного тока, — ответил брат Энсон из недр древнего агрегата. — Не потому, что они не исправны, просто у меня возникли свои сомнения.

— Никогда не буду сомневаться в предчувствиях францисканца. — Отец Видикон сплел пальцы на животе и откинулся на спинку стула. — Вы проверили трансформатор к наземной станции?

— Трансформатор. — Из агрегата высунулись покрытые пылью голова и плечи брата Энсона. — Вы имеете в виду тот огромный резистор в сером ящике?

Отец Видикон кивнул.

— Тот самый.

— Немножко примитивный, не правда ли?

Отец Видикон пожал плечами.

— Сейчас нет времени доставать лучший, и деньги мне отпустили только на такой в ту пору, как меня «повысили», произведя в главные инженеры. Кроме того, нам действительно надо сбросить всего лишь 50000 ваттный сигнал нашего передатчика до той величины, с какой способна справиться наземная станция.

Брат Энсон пожал плечами.

— Как скажете, отец. Правда, эта штука вызовет небольшие помехи.