Цена империи
Шрифт:
Увы. Данная сволочь, представившаяся Гермесом, не только внаглую проигнорировала обрушенный на нее свинцовый ливень, но и таки ухитрилась спереть единственную имевшуюся у Вени плиту от лобовой брони танка ИС-2, которую гном-сюрвайвер хотел приспособить в качестве двери бункера. Вот уж воистину бог воров и мошенников!
И это только одно из многих странных происшествий, которые последнее время происходили при Венином участии с незавидной регулярностью.
Но ведь не станешь же о таком рассказывать! Во-первых, не поверят, а во-вторых, мало ли… вдруг как раз таки поверят. Не дай бог еще бункером заинтересуются…
Порывшись в памяти на предмет наиболее безобидного и наименее невероятного происшествия, Веня вспомнил историю трехлетней давности, когда по весне он, идя по вечерней зорьке на вальдшнепов [1] , нос к носу столкнулся с вышедшим из-за кустов матерым, голодным после зимы и явно вознамерившимся плотно поужинать медведем.
Расстояние было меньше трех метров, и перезаряжать ружье пулей было совершенно некогда, так что стрелял Веня тем, чем мог — имевшейся в стволе дробью «семеркой». А после выстрела добил смертельно израненного и ошалевшего от такой невероятной жестокости медведя длинным кинжалом, на лезвии которого еще можно было увидеть полустертую от времени и частого контакта со шлифовальным камнем надпись «Meine Ehre heisst Treue» [2] .
1
Вальдшнеп (лат. Scolopax rusticola) — небольшая птица семейства бекасовых, размером чуть меньше голубя. Охотятся на вальдшнепа обычно весной, на утренней или вечерней заре, когда птицы совершают брачные полеты над вырубками, полянами или иными более-менее крупными лесными прогалинами. Поскольку птица некрупная, для охоты применяется дробь № 7 или № 5, то есть довольно мелкая.
2
«Моя честь зовется верность» (нем.), девиз СС.
Данный раритет еще его дед принес с полей Великой Отечественной войны как память о недолгой, но плодотворной встрече с офицером СС, который, пребывая в полном восхищении от умения Ивана Афанасьевича Лавочкина стрелять навскидку из нагана, и подарил ему этот кинжал вместе со всем остальным своим обмундированием и табельным оружием.
Собственно, последней фразой, произнесенной немцем после того, как Лавочкин от всей своей щедрой сибирской души преподнес ему небольшой, но памятный сувенир — семимиллиметровую пулю с занесением в грудную клетку, было: «Ich hoffe, du landest in der H"olle, verdammter Kommunist» [3] , каковую фразу слабо разбирающийся в языках потомственный охотник и понял как: «Завещаю тебе все свое имущество, уважаемый Иван Афанасьевич».
3
«Я надеюсь, ты попадешь в ад, проклятый коммунист» (нем.).
Чиниться и отнекиваться он, разумеется, не стал и, споро закопав офицера под ближайшей елкой, отправился дальше искать новых немцев для участия в соревновании по скоростной стрельбе навскидку. С тех пор этот кинжал верой и правдой служил вот уже трем поколениям Лавочкиных в качестве отличного охотничьего ножа.
Фашистский кинжал в очередной раз подтвердил высокую репутацию немецкой стали, без особого напряжения позволив «добрать» тяжелораненого медведя.
Эту историю Веня и преподнес друзьям после их настойчивых требований в качестве «охотничьей истории». Но, увы, ни понимания, ни восхищения его умением и мужественностью данный рассказ не вызвал.
— Медведя «семеркой»? Веня, да ты совесть-то имей. Урежь осетра! {2} — возмутился Гена, разливая по стопкам очередную бутылку.
— Да чтоб мне в ад провалиться, если хоть слово соврал! — Звучащее в устах собутыльника недоверие здорово оскорбило правдивейшего из всех сюрвайверов и честнейшего из гномов. — Да пусть меня сей же час черти заберут, если это было не так! — громко и отчетливо произнес Веня и внезапно ощутил, что он куда-то стремительно падает.
2
Урезать осетра — то есть умерить бахвальство. Здесь намек на один весьма известный в охотничьей среде анекдот: // «Двое перепились и бахвалятся друг перед другом. // — Поехал я как-то с мужиками на рыбалку. Ну забрасываю — взяло! Я давай тащить — не могу. Мужики ко мне на помощь. Тянули целый час и вытащили осетра на восемь метров. // — Ну ты гонишь! // — Да я сам измерял, мужики измеряли — восемь метров, не больше и не меньше! // — Не, гонишь. Осетры самое большее пять метров бывают, я сам читал. Урежь осетра-то! // — Нет, восемь! // — Да ладно, давай я лучше тебе свою историю расскажу. Пошел я давеча на охоту. Взял с собой свою канадскую помповушку, которая наповал бьет. Оборачиваюсь — морда лосиная. Я ему в лобешник — бах! бах! А тут из-за дерева егерь выходит, а у меня разрешения на отстрел нет. Ну я в запале ему в лобешник — бах! бах! Я в кусты, а там парень с девчонкой. Ну а мне деваться некуда — мокруха пошла, а тут свидетели. Ну я по ним — бах! Раздвигаю кусты — палатки стоят. Туристы, ети их мать. Что делать? — Бах! бах! Всех пострелял — пять человек. Отдышался, гляжу вверх — мама дорогая! — на косогоре «Икарус» стоит с пассажирами. Все на меня из окон пялятся. 150 человек! Я тебя Христом Богом прошу, урежь осетра, а то я их всех сейчас в расход пущу!»
В приемной властелина ада его всетемнейшества князя Люцифера было очень шумно!
— Это как понимать прикажете? — грозный крик первого заместителя всетемнейшего владыки могучего лорда Вельзевула разносился под сводчатыми готическими потолками, с размаху обрушиваясь на покорно склоненные рогатые головы подчиненных.
— Стоило только нашему повелителю ненадолго отвлечься, музыку послушать, и что? Приток душ немедленно уменьшился! По сравнению с прошлым десятилетием показатели упали почти на тридцать процентов! А с позапрошлым? Ныне и половины того потока не собираем! Что, люди грешить перестали? Святость в моду вошла? — раздраженно вопросил Вельзевул и ткнул длинным когтем в кнопку включения висящего в приемной телевизора.
Комната наполнилась звуками незамысловатой музыки, на экране замелькали полуобнаженные красотки, и хриплый голос затянул: «…девочка пай, рядом жиган и уркаган…»
Довольно улыбнувшись, Вельзевул взял пульт управления и нажал следующую кнопку.
«В результате массовой драки…» — послышался приятный женский голос, и на экране появилось симпатичное лицо телеведущей одного из крупнейших новостных каналов. Улыбка на лице заместителя Люцифера увеличилась, обнажив длинные острые клыки с канавками для впрыскивания яда. Он вновь нажал на кнопку переключения каналов.
«Немедленно после моего избрания я обещаю существенное повышение пенсий и зарплат, пересмотр и понижение тарифов на коммунальные услуги и электроэнергию, открытие новых дешевых и общедоступных детских садов. Наша партия давно известна своей всемерной заботой о простых людях и отчаянной борьбой с чиновничьими злоупотреблениями…» Невысокий, лысоватый мужчина с горбатым носом и честным, открытым и располагающим взглядом профессионального мошенника решительно рубанул ребром ладони по воздуху.
— Ну вот, — довольно протянул архидемон, нажав на кнопку выключения, и ласково протер экран отключившегося агрегата. — Не стали люди меньше грешить. Не стали! А значит, уменьшение клиентуры — сугубо наша недоработка. Точнее, ваша! — Он вновь сурово оглядел покаянно опущенные затылки чертей.
— Зажрались вы, гляжу, без начальственного присмотра. — Он с силой ткнул острым когтем в далеко выдающееся вперед пузо начальника отдела по лжесвидетельствам, почтенного Нисрока. — Обленились… — Огненный взгляд Вельзевула воспламенил длинную, тщательно уложенную и напомаженную кисточку хвоста Эзекиила, отвечающего за уличных грабителей. — Форму одежды не соблюдаете… — Коготь архидемона обвиняюще уперся в длинное платье Астарты, главы отдела соблазнительниц.
Мгновенно сориентировавшаяся суккуба удержала на языке так и рвущиеся пояснения о том, что подобная одежда после беспримерного подвига Моники Левински является последним писком моды среди соблазнительниц всех мастей и рангов, и просто немедленно избавилась от вызвавшего начальственный гнев предмета одежды.
Внимательно оглядев обнаженную красотку, Вельзевул прицокнул языком и, одобрительно кивнув, проследовал дальше.
— В общем, так, — подвел итоги разноса первый заместитель князя Тьмы. — Крутитесь как хотите, но чтобы с сегодняшней ночи показатели выросли. Завтра утром проверю. И если улова не будет, задачу станут решать ваши преемники! А то развелось у нас тут начальства… А между прочим, у кочегаров жуткий кадровый голод имеется! Подносчиков дров остро не хватает. Всем все ясно?