Чтение онлайн

У поилки лежали две мышки. Совсем крохи. Их крошечные бока едва поднимались, дыхание слабое, шерстка тусклая, будто выгорела.

— Вот твоё задание, Александра, — наставница кивнула на них. — Попробуй их исцелить.

Я чуть не задохнулась.

— Но… они же такие маленькие…

— Вот поэтому и осторожней, — голос у Аронфэр был спокойный, но не допускающий возражений. — Исцеление — это тонкость, а не только сила.

Вздохнула и опустилась на колени. Уставилась на этих крошек и почувствовала, как ладони стали холодными. Ну и задание! Бить манекены — пожалуйста. С боевиками потолкаться — да хоть сейчас. Но эти? Они же беззащитные!

Я сглотнула, вытянула руку — и так старалась, чтобы пальцы не дрожали. Сердце колотилось, будто я стою на краю пропасти.

«Только бы не навредить…»

Закрыла глаза и сосредоточилась. Внутри будто откликнулось что-то тёплое, обволакивающее. Знакомое и родное. Ладонь загорелась мягким золотистым светом. Не вспышкой, как раньше на практике с кристаллами, а тихим сиянием, словно утренний луч пробился сквозь листву.

— Пожалуйста… только бы помогло… — прошептала я.

Под пальцами я ощутила слабое, но живое тепло. Сначала совсем кроху — как если бы под ладонью лежал уголёк, спрятанный в золе. Но потом оно разрасталось, набирало силу, и вдруг мышка едва заметно дрогнула. Её бочок стал подниматься увереннее, дыхание уже не рвалось на кусочки, а шло ровнее.

— Вот так. Продолжай, — подбадривала меня Аронфэр.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть это чудо, и перевела ладонь на вторую кроху. Та тоже сперва лежала неподвижно, но вскоре её шерстка словно ожила, наполняясь прежним сиянием — нежным, переливчатым, будто радуга возвращала свои краски.

Я чуть приоткрыла рот и выдохнула:

— Получилось…

Сердце колотилось где-то в горле, а в груди стало светло и странно легко. Значит, я всё-таки могу. Могу исцелять… не через грубую силу, не через этот вечный хаос, что вырывается наружу, когда я пугаюсь или злюсь. А мягко. Осторожно. Не вредя.

Значит, шанс есть…

Я украдкой глянула на свою ладонь — она уже не светилась, но память об этом золотом сиянии жгла кожу изнутри. Если я найду грань… если сумею держать под контролем — может, из меня получится не только источник проблем и взрывов, но и что-то большее. Не только мазями придётся в будущем приторговывать.

Только как её найти, эту тонкую грань? Где та самая линия между разрушением и лечением?

Аронфэр наблюдала за мной сдержанно, руки сложены на груди. Лёгкий хмурый прищур, будто хотела показать строгость, но в уголках губ играла едва заметная тень улыбки.

— Хорошо, Александра, — произнесла она ровно, но голос звучал мягче, чем обычно. — Ты поняла суть. Не сила в руках, а сила в разуме и сердце.

Я кивнула, ловя каждый взгляд. Сердце снова ёкнуло — ей явно понравилось, что я смогла справиться. Но строгий тон снова взял верх:

— Запомни: эта грань тонка. Её можно легко пересечь, и последствия будут серьёзными. Практика — единственный путь, чтобы не навредить себе и помочь другим.

Я глубоко вздохнула и с трудом сдержала улыбку. Внутри было странное тепло — и от того, что удалось, и от того, что наставница признала мой успех.

— Поняла, — ответила я твёрдо. — Постараюсь.

Аронфэр кивнула и повела меня к следующему вольеру, а я шла с чувством, что впервые магия в моих руках перестала быть угрозой… и могла стать чем-то настоящим.

Мы подошли к следующему вольеру. В нём обитали маленькие фенечки с переливающейся шерсткой, похожие на миниатюрных лисичек с яркими ушами и пушистыми хвостами. Наставница указала на несколько особей, которые выглядели вяло и держались в стороне. Пока остальные активно ели, играли и прыгали по веткам, те просто взирали на них заплаканными глазками.

Ну кто же так делает? У меня сердце сжимается от жалости к этим всем животным.

— Твоя задача…

— Я уже поняла, — перебила наставницу и уверенно шагнула за калитку.

— Не бойся использовать магию. Сосредоточься на их дыхании, энергии, теле, — последовали указания спокойным тоном.

Я наклонилась к первым фенечкам, осторожно положив руку над их маленькими телами. Сразу почувствовала слабое сопротивление, словно животные сами проверяли мою силу. Но я постаралась сосредоточиться и вспомнить, как делала это с радужными мышками.

Глубоко вдохнула и направила энергию — мягко, бережно. Чувство, что могу навредить, было сильным, но внутреннее тепло росло, и маленьким лисам становилось лучше.

А после завершения моих манипуляций, будто в благодарности, они попрыгали вокруг меня и двинулись к остальным. Ну может, не зря я в прошлом мечтала быть ветеринаром!

Следующие вольеры — крошечные львята, разноцветные крылатые лягушата и мини-дракончики с блестящей чешуёй. Каждого я пробовала исцелять постепенно, не спеша. Пока не наступил момент, когда занятие подошло к концу.

Аронфэр подняла взгляд, удовлетворённо кивнула:

— Практикуйся! Можешь даже приходить сюда отдельно, смотритель питомника покажет тебе тех, кого нужно подлечить. А на сегодня всё, желаю хорошо провести выходной!

Я едва успела открыть рот, чтобы ответить, как за спиной раздался знакомый голос:

— С радостью помогу тебе с практикой, снежинка.

Я зыркнула через плечо — Илар стоял с самодовольной ухмылкой, руки сложены на груди.

— И что это значит? — бросила я, сжимая кулаки. Такое чувство, что меня застал врасплох.

— Я как друг обязан помочь, — добавил он, и в его тоне сквозила почти невозмутимая серьёзность, что делало его слова ещё более раздражающими.

Я только глубоко выдохнула и промолчала, понимая, что если этот нахал что-то задумал, то его не остановить.

Меня безбожно схватили и потащили на выход из питомника. Наставница лишь улыбнулась, глядя, как боевик ловко меня подхватил. Видимо, уже вся академия в курсе нашего спора, и спасать меня от подобных поползновений никто не собирается. Что они могут? Разве что развести руками: мол, проиграл — пусть исполняет наказание. Но я-то в курсе, что этот дракон специально слился!