Чтение онлайн

Задумавшись, он вновь примостил голову на горячий бочок японского джипа, но вовремя ворохнулось ретивое под ребрами, и все та же чуткая на людские пакости печенка подсказала, что отдохнуть ему не удастся.

Так оно и получилось. Отдаленный гул автомобильных двигателей стал неожиданно громче, стремительно наплыл справа и слева. Непонятно, каким образом бритоголовой братии удалось вычислить их, но это случилось. Пара машин на скорости въехала во двор, свернув в их сторону, умело разошлась, явно намереваясь взять беглецов в клещи. Ни Шорох, ни Свист так толком ничего и не поняли, - оба по-прежнему возились в салоне. Лизка тоже еще только выбиралась из своих кустов. Надеяться на них не стоило, а потому, стараясь действовать вдумчиво и неторопливо, бывший мент Жорик поднял липкий от смазки автомат и прицелился. Стрелять из этих игрушек ему доводилось нечасто, но в прежние времена, когда в глазах еще не двоилось, а руки не дрожали, вбивать пули в полигонные мишени он с грехом пополам умел.

Первая очередь разнесла лобовое стекло «девятки», заставив машину вильнуть в сторону. Второй автомобиль, уклоняясь от пуль, по собственной инициативе попытался развернуться, но лишь усугубил ситуацию, ткнувшись бампером в кирпичную стену близстоящего дома. Этим и воспользовался новоиспеченный стрелок, немедленно перенеся огонь на вставшую машину. АК-74 рокотал исправно и в охотку. Пару раз из глубины салона плеснуло чужое пламя, но огневая мощь автомата оказалась явно сильнее. Пули кромсали тонкие стенки, дробили стекло и рвали обшивку, пронзая сидения вместе с человеческими телами. Жалеть патроны Жорик не собирался, и рожок опустел в считанные секунды. Быстро перезарядив «Калашников», он стволом вернулся к первой цели, но признаков жизни машина не подавала. То есть, может, кто и уцелел, но у ребяток хватило ума не высовываться.

Над кустами поднялась голова ошарашенной Лизки.

– Ну, ты даешь!
– восхищенно пропела она. Восторг ее был неподдельный, однако почивать на лаврах было некогда.

– В машину!
– велел Жорик и с грохотом захлопнул багажник. Пороховой дымок пощипывал глаза и ноздри, голову продолжало кружить, но он снова чувствовал себя уверенно. По непонятной прихоти обстоятельств силы то покидали организм, то снова возвращались. Как знать, используй его в свое время начальство на оперативной работе, может, и не скис бы в душных следовательских кабинетах, может, и не спился. А вот с братом Степаном все вышло наоборот, - стал оперуполномоченным, хотя явно проявлял интерес к следственным делам. Впрочем, задумываться об этом сейчас не следовало, и, швырнув раскалившийся автомат в кабину, Жорик снова плюхнулся за руль.

– Глядите в оба, - предупредил он.
– Если что, сразу стреляйте!

Ошалев после недавнего грохота, Свист с Шорохом послушно кивнули. Скользнув по их лицам оценивающим взглядом, Жорик вытащил из-за пояса «ПМ», после некоторого колебания протянул его Лизке. Почему-то вдруг подумалось, что если кому и придется доверить жизнь в трудную минуту, то лучше Лизки ему не найти. По всем параметрам она должна была родиться мужиком, но родилась бабой. Впрочем, и хорошо, что так. Другой такой любовницы Жорик не сыскал бы во всей стране. А может, и во всем мире…

Следовало признать, что сложена Мариночка была все-таки замечательно. Она мало походила на худосочную гимнастку, однако в движениях плывущей девушки присутствовала грация вольной хищницы. Поневоле хотелось догнать ее и стиснуть в объятиях. Может быть, даже овладеть - прямо здесь, на глубине. Следовало поглядывать вокруг, но Стас не отрывал глаз от Мариночки. Даже забывал временами продуваться, приходя в себя лишь тогда, когда давление в ушах перерастало в режущую боль. Кто знает, возможно, потому и притягивала она себе Зимина, что во всех ее поступках чувствовалось нечто демонически злое и в то же время бесконечно наивное. В равной степени она могла любить и ненавидеть, способна была решиться на убийство и самопожертвование. Конечно, он совершил глупость, связавшись с ней, но сделанного не воротишь - и следовало жить с тем, что есть.

По сию пору Мариночка продолжала изумлять Стаса, являясь существом особенным, что называется - эксклюзивным. В свои восемнадцать она успела повидать многое - и грязь, и кровь, и предательство. Она командовала сутенерами и наркоторговцами, владела турфирмами и умела проигрывать в казино целые состояния. Другая на ее месте давно бы скурвилась, однако вопреки всему Мариночка сумела сохранить человеческие качества. Встретив Стаса, она поверила ему - может быть, впервые за все свои последние годы, а потому он просто не находил в себе сил отвернуться от нее. Как знать, не освободи он Мариночку тогда, может, снова вернулась бы к своим подельникам, занималась бы наркоторговлей и вымогательством. И наверняка бы наняла каких-нибудь сорвиголов, чтобы отомстить обидчикам из «Кандагара». А уж тогда дальнейшее пребывание в городе им было бы напрочь заказано. Вот и эти подводные игры она затеяла неспроста, - чувствовалось, что хочет его чем-то поразить, может быть, навыками опытной подводницы, а может, и впрямь следами упрятанных на дне сокровищ…

Они продолжали погружаться в озерный сумрак, и тишина, окутывающая пловцов, казалась особенно зловещей. Маленькое озерцо было на редкость глубоким, и не будь на них костюмов из толстого неопрена, от холода давно бы пришлось лязгать зубами. И в который раз Зимин подумал, что неведомые киллеры запросто могли подкараулить их где-нибудь здесь. Не такая уж сложная вещь перетопить их всех по одиночке. Это на суше они зубастые супермены, а в воде с ними справится любой диверсант. Особенно, если в руках у него будет отточенная острога или игрушка вроде боевого АПС.

Впереди мелькнула тень крупной рыбины, и тотчас Мариночка сделала Зимину знак рукой. К этому времени стекло маски успело замутнеть, и, запустив под резину порцию воды, он мотнул головой, заставляя туман рассеяться. И тотчас темной глыбой перед ним проступила скала - огромная, словно рог дракона, однажды утонувшего в озере. Подчиняясь жестам своей спутницы, он неспешно обогнул скалу, и остановился. Теперь рука Мариночки указала не вперед, а вниз. Стас непонимающе покачал головой, и девушка попыталась объяснить ему на пальцах, что нужно погрузиться чуть ниже. Он послушно шевельнул ластами и, спустившись к самому дну, наконец-то разглядел пещеру. И не пещеру даже, а узкую щель в основании скалы. Тут же красовалось что-то вроде давней каменной кладки, а неподалеку от пещеры из ила торчал проржавевший насквозь конус огромного снаряда. Раньше такие именовали двенадцатидюймовыми, и именно они кромсали некогда броневую обшивку знаменитого «Варяга». Рвани сейчас эта штучка, и повсплывала бы кверху брюхом вся здешняя живность, включая, разумеется, и людей. Во всяком случае, на суше подобные находки нередко обращали в руины целые дома и кварталы.

Ощущая тревожное сердцебиение, Зимин подплыл ближе к снаряду, внимательно всмотрелся. По счастью, детонатор здесь отсутствовал, а значит, и непосредственной угрозой не пахло. Между тем, спутница продолжала энергично тыкать пальцем в сторону пещеры и, кажется, уже всерьез вознамерилась проскользнуть внутрь. Увы, снова приходилось вмешиваться, и, отстранив ее в сторону, Стас приблизился к расщелине вплотную, включив фонарь, заглянул в темную глубину. На первый взгляд ничего необычного пещера не представляла. Серые стены, низкий потолок и никаких тебе мурен с аллигаторами. Есть все-таки преимущество у наших пресноводных озер! Плаваешь, твердо зная, что не нарвешься на ядовитых рептилий с какой-нибудь зубастой пакостью. Щука, конечно, тоже может тяпнуть за палец, но только если сам полезешь ей в пасть.

Покосившись на дисплей ручного компьютера, Зимин с некоторым успокоением убедился, что воздуха в акваланге еще достаточно. Для того и брали двухбаллонные аппараты, чтобы успеть разведать побольше. Другое дело - что в пещеру с таким снаряжением было, конечно, не пробраться, и потому, расстегнув крепежные ремни, Стас стянул с себя аппарат, держа его перед собой, просунул в щель. Извернув голову, протиснулся следом сам.

Бывать в сухопутных пещерах ему приходилось не раз, но только здесь он впервые почувствовал отдаленные признаки клаустрофобии. Глубина - сама по себе вещь пугающая, а уж лезть в такие вот узкие дыры организм и вовсе не хотел. Продвинувшись чуть вперед, он с некоторой надеждой оглянулся. Но Мариночка не собиралась его останавливать, не отставая от Зимина ни на шаг. Луч ее фонаря также гулял по близким стенам, и Стас с неохотой возобновил движение. Узость пространства отчетливо угнетала, и с каждым пройденным метром путешествие нравилось ему все меньше. Когда же, несколько расширившись, пещера повернула вниз, он снова в нерешительности остановился. Зато Мариночка не сомневалась ни секунды. Обогнав Зимина и даже чуть оттолкнув его в сторону, она немедленно ринулась в черный зев колодца. Порывистость ее Стасу крайне не понравилась, но проанализировать случившееся он не успел. В следующую секунду раздался ужасающий скрежет, и уплывшая вперед Мариночка неожиданно забилась, словно загарпуненная рыба. Стасу почудилось, что он даже расслышал ее сдавленный крик.