Чтение онлайн

Агентурно-оперативные данные: по делам не проходит.

Через некоторое время начался обмен мнениями Крымова и его коллег из УВД. Аркадов прислушался к отрывистым фразам специалистов, осознавая, насколько важны их выводы для принятия последующих решений.

Вдруг в разноголосицу переговоров ворвался звук, который с нетерпением и опасением ждали все, – хриплый голос преступника, требовавшего полной гарантии личной безопасности. Но голос неожиданно оборвался на полуслове. Аркадов понял, что с этого момента переговоры будут вести только руководители операции и сугубо конфиденциально. Он догадывался, что дальнейшие события будут развиваться в зависимости от того, кого вызовут первыми: их группу или группу штурмовых подразделений.

Осталось только ждать. Аркадов подошел к темнеющему окну. Высоко в небе горел закат. Он увидел, как к подъезду дома подъехал милицейский уазик. Из машины выпрыгнули две овчарки, следом вышли хорошо знакомые ему кинологи. Их появление говорило о том, что, возможно, близится развязка.

Время стремительно летело. Аркадов давно заметил, что в критических ситуациях часы уплотняются в минуты, а минуты в часы. Когда всеобщее напряжение достигло своего пика, из соседней комнаты неожиданно вышли заметно уставшие руководители групп и кратко сообщили об успешном завершении операции.

Любопытство в ведомстве не приветствовалось, но Аркадов надеялся на следующий день узнать подробности при так называемом «разборе полетов». Впрочем, в автобусе Крымов раскрыл ему некоторые детали завершения столь скоротечной операции:

– Я предполагаю, что информация о личности преступника позволила сделать вывод о спонтанности его агрессивного поведения. В подобных случаях угроза жизни заложника не прослеживается. Преступник, по всей видимости, прошел пик агрессивности. Грубо говоря, «сварился». Это поняли в штабе в ходе переговоров. В общем, произошло то, что произошло. О чем говорил наш начальник преступнику по рации, а потом при личном контакте, мы, наверное, никогда не узнаем. Главное, все закончилось благополучно, а у меня, как гора с плеч. Уф-ф…

Медленно наблюдая в окно за пробегающим вечерним городом, Аркадов осмысливал сказанное Крымовым и мысленно был с ним согласен. Однако была и вторая сторона медали. Андрей Петрович подумал, что в любом случае, даже если риск был сведен к минимуму, изначально это был прокол силовых структур. Как учили в спецшколе, предпосылки преступления должны выявляться еще на стадии подготовки. Значит, кто-то недоглядел, не придал значения и пустил все на самотек, а то и просто продался…

Прошло несколько дней. Работа в управлении возвращалась в обычное русло. По опыту Аркадов знал, что неординарное событие, происшедшее в городе, будет еще долго обсуждаться сотрудниками. Однако для средств массовой информации оно перестанет представлять особый интерес. Он всегда удивлялся тому, что порой грубая, неграмотная работа оперов с погонями и стрельбой привлекала и смаковалась журналистами с особым упоением. Скандал и сенсация всегда были их главным козырем, а игра в невидимые шахматы с невидимым игроком вряд ли могла вызвать интерес у скучающего обывателя.

Остановившись в коридоре у доски объявлений, Аркадов лицом к лицу столкнулся с начальником подразделения Давлетовым. Выражение его лица было непривычно озабоченным. По папке, которую он держал в руках, Аркадов понял: был на докладе.

Хотя Давлетов недавно возглавил подразделение, многие коллеги положительно относились к стилю его руководства. Он уважал труд подчиненных и одновременно был весьма требовательным к результатам работы.

С легкой хрипотцой в голосе сказал:

– Через двадцать минут зайдите ко мне и пригласите Сафронова.

Аркадов быстро поднялся по знакомым ступенькам в свое крыло здания. Его коллега, который всегда отличался педантичностью, оказался на месте.

– Привет, я только что видел шефа. Он чем-то озабочен и немногословен. Просил к нему зайти.

Сафронов искоса взглянул на Аркадова и, не отрываясь от чтения документа, уточнил:

– Очередная анонимка с угрозой теракта. Мне уже дали команду связаться с УВД о взаимодействии. Так что заводи свою сыскную машинку.

Аркадов хорошо помнил то время, когда его, неоперившегося сотрудника, но уже накопившего жизненный опыт, назначили на линию розыска авторов и исполнителей анонимных материалов. Это был несколько необычный и как бы обособленный от других подразделений участок работы. Однако с самого начала службы поиск «невидимок» вызывал у Аркадова живой интерес, задевал непростой интригой.

Он знал, что во все времена были служивые люди, которые занимались таким неординарным сыском. Еще в мрачную эпоху Ивана Грозного распространялись подметные письма, которые сеяли смуту в народе. Бояре строчили доносы друг на друга. Свитки были не подписаны или подписаны вымышленными именами. Тогда и в последующие времена существовали свои технологии розыска и методы наказания. Позже, с развитием печатного дела, подпольно выпускались листовки, газеты с оппозиционными статьями, угрозами и призывами, имевшими огромное психологическое воздействие на умы людей. В связи с этим перед спецслужбами, как бы они ни назывались, стояли одни и те же задачи: найти автора, проверить реальность и в случае необходимости устранить угрозы, изложенные в документе.

К сожалению, опыт прошлого был во многом утрачен, да и вряд ли спустя столетия мог быть эффективным. Аркадову вновь пришлось учиться, осваивать новые технологии, порой граничащие с магией, которые позволяли более опытным сотрудникам вычислять анонимов, как говорится, «на кончике пера»…

В кабинете руководителя было тихо. Краем глаза Аркадов привычно заметил, что количество рыбок в аквариуме осталось неизменным. Этот большой сосуд подарили Давлетову на его юбилей. С тех пор все в отделе привыкли к плавающим созданиям, больше похожим на живые цветы. Паря в кристально чистой воде, они непостижимым образом вносили положительную энергию в напряженный ритм работы.

– Присаживайтесь. У нас объявился новый литературный гений, покруче Льва Толстого, – грустно пошутил Давлетов.

Он открыл папку и повернул голову к сидящему напротив Сафронову:

– В общих чертах вы уже в курсе. Конкретных заминированных объектов аноним не указывает, но требует освободить из всех исправительных колоний области осужденных по имени Дмитрий. Постарайтесь вплотную поработать с милицией в этом направлении. Нам нужна объективная выборка и копии установочных данных на окружение выявленных Дмитриев. Если будет нужна помощь, докладывайте в любое время.

Сафронов быстро отметил в тетради данные ему рекомендации, хотя общие направления были известны. Аркадов незаметно улыбнулся – начальники любят, когда их конспектируют. С другой стороны, в экстремальной ситуации можно было невольно что-то упустить, а в розыске даже малейшая деталь представляла собой большую ценность.

Дверь кабинета мягко закрылась за Сафроновым. Давлетов повернулся к Аркадову:

– Готовьте постановление о заведении дела. Подлинник самого документа пока находится в милиции. С ним решим позже. Постараюсь кратко обрисовать ситуацию. Два дня назад в редакцию популярной местной газеты поступило анонимное письмо. Думаю, не очень обрадую вас: адрес на конверте и текст письма выполнены вырезанными из печатных изданий буквами… Ну прямо как в крутом боевике!