Бросай!

Будильник коротко пискнул один раз и вырубился. Не только сигнал отключился, – погас экран, и прибор перестал подавать признаки жизни. Наверное, этой машинке просто пришел срок, – Хён не смог бы вспомнить, когда покупал его, – но в душе немедленно и прочно поселилась тревога. Болезнь профессионала: изобретать, не сходя с места, тысячи примет, и тут же верить в них так, будто они проверены веками. В самом деле, будильник мог сдохнуть в любой момент, но выбрал отчего-то именно день старта Чемпионата Мира.

Первым делом Хён подумал о погоде. Налетит ураган, осложнит и без того опасную гонку… Он подскочил к окну, оглядел небо. Пронзительно синее и совершенно безоблачное. Солнечные блики в окнах тонких, тянущихся к небу домов. Квартира Хёна располагалась под крышей одного из самых высоких небоскребов в округе, так что вид открывался широкий. Там, снаружи, стояло самое обычное, тихое утро начала осени.

Пытаясь свести на нет действие только что изобретенной приметы, Хён со всей тщательностью проделал утренний ритуал: умывание, завтрак, сборы. Тревога не исчезла, но отступила в темную глубину подсознания, затаилась там, выжидая подходящий момент для атаки. Хёну, впрочем, показалось, что ему удалось полностью овладеть собой. Больше не думая о приметах, он прихватил шлем, спустился на лифте вниз и вышел во двор.

Двое мальчишек, стоя за оградой парковки, громко обсуждали его гравилет.

– Гоночный, – уверенно говорил первый. – Видишь, какой длинный нос?

– Ничего не гоночный, – столь же уверенно возражал второй. – Боковых обтекателей нет.

– Балда! Это же для других гонок!

Хён решительно приближался к своей машине, и внимание «зрителей» немедленно переключилось на него. Окинув взглядом ладную, мускулистую фигуру, обтянутую плотным защитным комбинезоном, первый из мальчишек немедленно заключил:

– Видишь? Говорю же – спортивный! Вон, настоящий гонщик.

– Сам ты «гонщик»! – фыркнул второй. – Настоящие гонщики не ездят в шлемах по городу.

Хён мысленно усмехнулся. Этот мальчишка ужасно заблуждался. Настоящие профи ездят в шлемах всегда и везде. Не хватало еще угодить в глупое дорожное происшествие, неудачно удариться и вылететь из графика на половину года. Если не вовсе попрощаться со спортом.

Впрочем, и первый не вполне прав. Грав у Хёна, конечно, не гоночный, хоть и выглядит таковым. Немного более вытянутый, чем обычный городской транспорт, узкое седло удобно стиснуть коленями, а передняя скоба расположена так, что можно буквально ложиться грудью на приборную панель. И все же это самый обычный городской гравилет, предназначенный для скоростных полос. Но зато род занятий пилота непрошенный наблюдатель определил верно.

Хён слегка хлопнул машину по гладкому боку. Лишнее движение: мыслечувствительный чип реагирует на владельца на расстоянии, – но уж больно нравился сам этот жест. Грав слегка заурчал и плавно приподнялся над землей сантиметров на десять. Нацепив шлем и закрыв визор, Хён устроился в седле, и грав, послушный любой мысли, развернулся вокруг своей оси и неторопливо поплыл к выходу с парковки. Мальчишки продолжали с любопытством следить за каждым его движением.

Вырулив из двора, Хён с профессиональной ловкостью вклинился в ряды медленно плывущих гравов, больше похожих на стульчики-поплавки, на которых чинно восседали по большей части старушки и дети; нырнул в следующую полосу, где скорость была повыше; наконец, выбрался в самую середину автострады и уж там слился с потоком гоночных болидов, очень похожих на его собственный.

Спортивный комплекс лежал на краю города. Закончились шпили небоскребов, гравилет Хёна мягко проплыл мимо приземистых корпусов гостиниц, мимо ангаров и мастерских, мимо просторной стартовой площадки, еще пустой, но уже подготовленной к началу праздника, и остановился перед административным зданием, считавшимся штабом «Тахайён-про». Несколько гравов стояло вдоль стены, и Хён легко определил, кто из команды уже прибыл. Почти все на месте, нет только врача, но ему и нечего делать на установочном сборе.

Пока Хён двигался по длинному прохладному коридору спортивной базы, тревога снова выбралась из своего темного угла и напомнила о себе. Пришлось немного замедлить шаг и попробовать разобраться. Что может произойти? Поражение в первом же заезде? Легко, но кто всерьез рассчитывает на победу? Команду уже пригласили участвовать в гонке Высшей лиги, и таких приглашенных команд в этом году всего три, так что даже единственный выход на поле – сам по себе достаточная удача. Организаторы внезапно отменили приглашение? Нет, так не делается в день начала соревнований. Было бы невежливо не пригласить команду, на стадионе которой проводишь игру. Хён ухмыльнулся, и тревога снова чуть отступила. Все должно быть в порядке. Главное – выйти на поле, а там все будет зависеть от них самих. А вот о падениях думать не следовало, и эту мысль Хён сразу отогнал.

В комнате для совещаний уже сидели все, кому следовало быть, и даже немного сверх того. Трое гонщиков, менеджеры и тренеры, а также генеральный менеджер команды, которому, вроде бы, нечего сейчас здесь делать. Он устроился в кресле не за столом, а в уголке, и внимательно изучал толстую папку с бумагами. Но при появлении последнего члена команды немедленно прервал свое занятие.

– Хён, проходи, садись. Кажется, теперь все? Прежде, чем вы начнете, у меня есть одно объявление. – Генеральный менеджер поднялся с кресла и закрыл папку. – Раньше никак не мог сообщить. Вчера вел переговоры до упора.

Хён видел, как напряглись лица гонщиков. У него и самого наверняка сделался точно такой же настороженный и мрачный вид. Что еще случилось? И об этом точно надо говорить вот сейчас, перед стартом?

– Дело в том, – трагическим тоном объявил менеджер, – что «Тахайён» решил прекратить финансирование. Да, вот так, наш титульный спонсор. В следующем году мы остались без денег.

Вот оно что! И кто скажет теперь, что все эти приметы – глупые суеверия?! Ведь Хён предчувствовал это, с самого утра знал, что дело кончится пакостью в таком роде. Он не мог похвастаться, что знает все тонкости администрирования, но такие вещи способен понять даже слабоумный: нет титульного спонсора – нет команды. Крошечных финансовых вливаний тех фирм, чьи мелкие логотипы мозаикой покрывают рукава гонщиков, не хватит даже оплатить лицензию Первой лиги. А техника, экипировка, зарплата спортсменов и персонала…

Легко можно было определить, для кого из присутствующих объявление явилось новостью. Один из тренеров побледнел, на лбу заблестели капли пота. Лица гонщиков закаменели. А вот менеджеры, похоже, знали. Отводили глаза, печально кивали, но ни один не дрогнул.

– Хочу быть с вами честным, ребята, – продолжал генеральный. – Нет никаких гарантий, что в будущем году нам удастся сохранить команду. Я говорю об этом сейчас, потому что именно теперь у вас все шансы заключить новый контракт. Понимаете теперь, как много зависит от вашей сегодняшней игры? Вы должны показать все, на что способны. Как знать, – тут он позволил себе улыбнуться, – может, «Тахайён» еще передумает, когда увидит, насколько вы хороши.