Чтение онлайн

Но сверху больше не стреляли.

Черт, что же делается…

Рискнул, бросился вперед, пробежал аж семь машин, чтобы уйти подальше от пандуса. Стрелок спереди открыл огонь, тот что был на пандусе не стрелял. Сопровождаемый ударами пуль об кузова машин и бьющимися стеклами я завалился за более серьезное укрытие – гражданский, роскошно отделанный "Егерь". За таким девятиместным мастодонтом можно было стоять, не сильно пригибаясь. На всякий случай вскочил на подножку – у этого джипа был полный обвес, кенгурятник, багажник на крыше, подножки, все хромированное, все блестит…

Заглох и тот автоматчик, что был впереди – видимо тоже меняет позицию.

Двое точно к Аллаху отправились, один точно жив, еще один – непонятно что, но не стреляет. Черт, если бы точно было ясно, что тот, на пандусе мертв – было бы проще…

И тут…

И тут произошел случай – тот самый случай, который кардинально меняет правила игры – либо в одну сторону, либо в другую. Со стороны дороги, на стоянку, завывая сиреной, въехала карета скорой. Путь для нее был свободен, прокатившись на скорости метров пятьдесят до пандуса, она въехала в этот бетонный желоб и – затормозила, резко, до визга колес, даже ткнулась в поребрик. Автоматчик на парковке, увидел скорую, запаниковал и совершил ошибку. Когда открылись двери – передняя пассажирская, где сидел врач и боковая сдвижная, ведущая в салон машины – он запаниковал и открыл огонь по карете скорой помощи. И тем самым выдал себя – он был в трех рядах машин от меня, левее метров на двадцать. При первом же выстреле я засек вспышки, облокотился на широкий капот "Егеря" – и выстрелил в ответ тремя одиночными выстрелами по размытому силуэту, скрытому стеклами автомобиля. Этого хватило – последний стрелок заткнулся…

И только тогда, когда закончилась стрельба, я прислушался, пытаясь на слух определить не грозит ли мне чего-нибудь еще – и понял, что в городе уже стреляют. Стреляют везде…

На пандус уже высыпали врачи – и из скорой, и из больницы. И пока люди в белых халатах мельтешили на пандусе, пытаясь оказать помощь тем, кому она была еще нужна – я пошел вперед. Пошел осторожно, держа наизготовку оружие – последний стрелок мог и притвориться мертвым, чтобы ударить очередью в спину. Никого не считай мертвым, пока сам лично не убедился в этом.

Последний из стрелков лежал, привалившись к машине, за которой скрывался, лежал неподвижно. На нем, как и на всех остальных была черная, скрывающая лицо маска. Держа наизготовку оружие, я с силой пихнул его ногой – и тот беззвучно, как мешок с картошкой повалился на асфальт, оставляя мутно-красные разводы на кузове автомобиля. Уже особо не опасаясь наклонился, приложил два пальца к шее, пытаясь нащупать пульс – пульса не было. Мертв.

Оружие лежало рядом – абсолютно то же самое, что и у первого. И тоже – полувоенная одежда, разгрузочный жилет с торчащими из него рожками, какая то рация в держателе на плече. Разгрузка выполняла роль бронежилета – но легкого. Только сейчас я оценил, как мне повезло. Первого я застрелил выстрелом в голову, второго – пуля попала в подмышечную впадину. Ну а третьего – бронежилет просто не смог остановить автоматную пулю, для этого нужно более тяжелое штурмовое снаряжение с титановыми пластинами.

Прости – но мне твое снаряжение еще пригодится…

Пуля проделала аккуратную, сочащуюся кровью дырку, пробила тело насквозь. Я расстегнул разгрузочный жилет – он был сделан по армейским стандартам, где в числе прочего было такое требование, как возможность быстро снять жилет с раненого – снял свою куртку, примерил разгрузку – на вид в самый раз. Покойный был со мной примерно одного роста и сложения, даже подгонять не надо. Как смог вытер жилет от крови курткой, надел на себя – скверная примета надевать вещи с убитого, но тут ничего не поделаешь. Сбоку к жилету была прикреплена пластиковая кобура, в ней – американский "Кольт Нью Милитари". Новая модель, девятимиллиметровая, с восемнадцатиместным магазином, пришедшая на смену старому доброму "Кольт-1911". По виду – стянут с богемского CZ, только рукоятка сильно похожа на старый Кольт, чтобы не переучиваться, да и органы управления тоже. Ухватистая, стальная, надежная машинка с пятидюймовым стволом и тем же наклоном рукояти, что и на старом добром девятьсот одиннадцатом. Лучшего и желать нельзя. Кстати – а неплохо кто-то этих парней снабдил, очень неплохо. На рынке ни MASADA нет, ни этого Кольта, только в армию САСШ поступать начали.

Стащил маску – араб, молодой, загорелый, без особых примет. Может, я с ним позавчера на улице столкнулся – лицо из тех, которые не запоминаются. Из любопытства пошарил по карманам – серебро, тонкая пачка десятирублевых ассигнаций, приличный складной нож. Документов, естественно, нет.

– Вы господин Воронцов?

Я повернулся, вскидывая автомат. Передо мной стоял пожилой, в белом халате врач, возможно, с обстрелянной скорой.

– Собственной персоной.

– Один из раненых зовет вас. Пойдемте.

– Как он?

– И получаса не протянет. Медицина тут бессильна.

Раненым оказался Берген. Ему досталось неслабо. В первую же секунду он поймал две пули. Одна в бедро, едва не зацепив артерию и вызвав обильное кровотечение, вторая – мазнула по голове, отчего он потерял сознание. И две пули добавил тот боевик, третий, который зашел нам в спину, с пандуса. Одна пуля в грудь, другая в живот. Около Бергена суетились врачи, стоял передвижной штатив с капельницами, пытались что-то сделать, но с первого взгляда было понятно – бесполезно. Но несмотря на такие ранения, другого уже убившие бы Берген был в сознании и когда я опустился перед ним на колени, он перевел мутный от боли взгляд на меня…

– Все нормально – я взял его руку, сжал ее

– Скажи… – в горле Бергена что-то клокотало, он говорил с трудом – скажи, чтобы они ушли.

– Бросьте… Вам помогут, это же больница, черт возьми.

– Нет… Уже не помогут… ты должен… разгадать загадку…

– Что? Какую загадку?

– Не перебивай – было видно, насколько Бергену тяжело даются слова, но он держался – ты должен… британцы что-то затевают, я это знаю. Что-то…

– Что? Откуда вы знаете? – я наклонился ближе, чтобы не упустить ни слова…

– Я… я работал на них… давно уже… сейчас все равно… для меня… все равно.

– На них? – я не мог поверить сказанному – вы работали на них?!

– Давно уже… Помнишь… Маанию? Тебя ждали… потому что я предупредил…

– Зачем?!

– Неважно… Слушай сюда. Я твою женщину… спрятал, куда сказал… спрятал от них. Все… подстроено… Сноу… Они специально подставили тебе Сноу… он должен был сдать тебе… Бен Ладена… должен был, они все знали… И там, у дома… все тоже подстроено было…

– У дома?

– У твоего дома… тогда. Слушай! – на какое-то мгновение взгляд Ивана Ивановича подернутый пеленой боли прояснился – я не разгадал загадку… ты должен… что-то произойдет. Сегодня или завтра. Что-то, что не позволит нам… действовать как обычно.

– Что? – Берген нащупал мою руку и сжал, я замер, боясь даже дышать – что произойдет?

– Не знаю… что-то страшное… разгадай загадку… мне уже все равно… найди Цакаю… Каха Несторович… скажи что от меня… от Бергена… Расскажи ему все. Разгадай загадку ты можешь… я уже нет…