Браслет судьбы
Шрифт:
– Не туда, не туда побежал!!! – вертелось в голове.
Я резко развернулся, но никого не увидел. Коридор был пуст! Это пугало ещё больше. Метрах в пяти, я увидел кусок отрезанной трубы. Хорошей такой трубы, железной, ржавой. Тут же подбежал и схватил её.
Всё так же светя вперёд и слегка помахивая трубой, словно привыкая к её весу, я попятился назад к шкафу.
– Я первый, – пропищал блеющий голос за спиной.
Не думая ни секунды, я крутанулся на месте, рассекая трубой пространство за своей спиной. Труба просвистела без препятствий.
– Мимо! – радостно заверещал голос сверху. – Не попал, не попал. – Я задрал голову, и тут же меня кто-то толкнул в спину. Нога за что-то зацепилась, и я грохнулся на пол. Фонарь жалобно звякнул и потух. Меня накрыло темнотой. Быстро поднявшись на ноги, я замахал трубой.
Но в следующую секунду мне отвесили пинка под зад, а пока я разворачивался, из рук ловко вырвали трубу, а потом снова отвесили пинка. Толкнули и подставили подножку. Вокруг засвистел ветер, затопали копыта послышался лязг цепей и крики (судя по всему, неуспокоенных грешников)!
Как был на карачках, я пополз вперёд, пока не уперся головой в железный шкаф. Словно загнанный зверёк, повизгивая, я метался из угла в угол. Потом сел, облокотился спиной о шершавую стену и зашептал:
Отче наш, иже еси на Небеси.
Да святится имя твоё,
Да приидет царствие твое,
Да свершится воля твоя…
В голове сами собой возникали эти слова. Хотя почему сами? Всё благодаря моей бабуле. Ох, и набожная была бабка! К церкви меня она так и не приучила. Но Отче наш… намертво, можно сказать, калеными гвоздями прибила в мою память… хотя до этой секунды я об этом и не догадывался.
– Замолчи!!! – завизжал козлиный голос.
– Прекрати…– злобно рычали голоса грешников.
Я дернулся, на секунду умолк, потом хмыкнул и завопил во всю глотку:
Как на небе, так и на земле.
Хлеб наш насущный даже нам днесь.
Да прости нам долги наши,
Яко же и мы прощаем должникам нашим…
Крики, лязг цепей и свист стихли.
– Сдаюсь, – заблеял голос. В коридоре тут же зажглись огни, словно мыльные пузыри, в воздухе появились светящиеся летающие шары. А в середине коридора стоял черт, словно пленный немец, держал руки вверх и трясся.
– Сдаюсь, Ваня! – снова пропищал черт. – Больше не буду, хватит, пожалуйста, пощади!
Я замолчал, чёрт медленно выдохнул и опустил руки.
– Ну, чего ты, Вань, сразу «Отче…», шуток что-ли не понимаешь? – Чёрт вытер пот со лба – Зачем привлекать таких серьёзных личностей? Что мы, сами не разберёмся?
Чёрт топнул копытцем и миленько улыбнулся. – Я ВЕДЬ К ТЕБЕ ПО ДЕЛУ, ВАНЬ, – как ни в чем ни бывало, продолжил чёрт.
– Понимаешь, Вань, мне помощь твоя нужна…
– Помощь?
– Ну да, ты же обещал, согласие дал! Тем более и повод есть – премия! Обмыть надо, чтоб не последняя!!!
– Обещал?..Я?
– Ну, конечно, ты вчера при свидетелях дал своё согласие! Забыл, что ли!!? – Он демонстративно всплеснул руками. – Не, так дела не делаются: сегодня хочу, завтра не хочу. У нас договор. Всё по закону, даже страж порядка присутствовал. Всё как полагается!
– Договор? – снова удивился я.
– Договор, уговор, какая разница? – заюлил чёрт. – Любите вы, людишки, давать разные названия одному и тому же понятию. – Глазки его забегали. Пятак на морде зашевелился, и чёрт тихо заблеял. – Ты согласие дал.
– Я пару раз моргнул, как бы соображая, потом хмыкнул и медленно поднялся с пола. – Так это, пошутил я, ты шуток не понимаешь? – Я неторопливо прошёлся мимо чёрта и подобрал с пола фонарик. Потряс его, покрутил в руках, постучал о ладонь, с силой нажал на крышку корпуса. Фонарик заморгал. – Или что, может, у тебя документ есть? – спросил я. – Мол, такой-то обещает в ближайшее время обмыть премию, подпись, печать, паспортные данные?
– Ваня… Но ты же обещал! – затряс своей бородёнкой черт и многозначительно ткнул когтистым пальцем в мою сторону.
– Ну и что, что обещал? Мало ли кому я чего обещал, – снова постучал фонариком о ладонь, затем ещё раз с силой нажал на корпус. В фонаре что-то щёлкнуло, и он зажёгся, не моргая. Повернулся к чёрту и твёрдо заявил: – Некогда мне, ищи другого дурака…
– Нет другого! – завизжал чёрт и хлопнулся на колени. – Точнее, есть, конечно. Но ты проверенный, надёжный. Другие мне никак не подойдут, – черт пополз в мою сторону. – Не губи, родненький!
– Ишь как заговорил: «родненький». – Я демонстративно развернулся и уверенной походкой зашагал к брошенному за углом рюкзаку.
– Ванюша! – раздался жалобный крик в спину. Я не обернулся. Спустя секунду черт меня догнал и легонько тронул за локоть. Я повернулся. На меня смотрели большие, заплаканные, козлиные глаза.
– Ты даже не представляешь, как тяжело в современном мире найти себе приличного грешника! – Бес ловко прыгнул вперёд, преграждая путь, и снова плюхнулся на колени. – У вас ведь все такие правильные…
– Что есть, то есть, – пожал я плечами. – Самого бесят. Но ничего, я верю в наше общество: наверняка остались и нормальные! В конце концов, меня ведь ты нашёл – и другого найдёшь!
– Чёрт протяжно всхлипнул. – Да, с тобой мне просто повезло. Я ведь… – бес немного замялся. – Стыдно признаться, я ведь совершенно не умею искушать. – Он обречённо помотал головой, вытер слёзы и посмотрел куда-то вдаль.
– Дело в том, что я чёрт в пятом поколении. То есть я не совсем падший ангел, я просто родился таким. С самого детства мне твердили, что я должен обманывать, соблазнять, провоцировать. А мне это совсем неинтересно. – Он перевёл взгляд на меня и тяжело вздохнул. – Я живопись люблю! – тихо проговорил чёрт.