Чтение онлайн

Володя рыкнул:

– Да что ты прицепился к этим документам – шмакументам! Ну не знаю я, откуда у меня появилась фамилия, имя, какая-то даже, вроде, своя биография… И документы откуда, я тоже не знаю!.. Да я до сих пор не знаю, кто на самом деле – я! И кто – ты!.. Мы антагонисты с тобой, вечные соперники! Неужто не ясно? Одну бабу поделить не можем! И ты pt зве не заметил: когда у меня все хорошо, у тебя – полная жопа. И – наоборот. Мы с тобой, как два сосуда сообщающихся!.. Я – мистер Хайд, а ты – доктор Джекил. Или кто там был доктор, а кто – мистер… В общем, какая разница!.. Главное – я давно за тобой наблюдаю! – те качества, что есть у меня, отсутствуют у тебя. И совсем напротив: то, что можешь ты, не умею я. Потому-то ты сейчас, при новой жизни, оказался в заднице, а я – на коне. Ну, смотри: ты – совестливый, я – бессовестный, ты – робкий, я – наглый, ты – гибкий, эмоциональный, тонкий, а я – скала! Ты десять раз отмеряешь, а потом берешь и не режешь. А я – сначала режу, а потом хорошо, если разик об этом задумаюсь, а то и вовсе нет. Я – подлец, а ты – порядочный, ты думаешь о людях, хотя бы о близких, а я – только о себе… Ты – тонкий, я – толстый… И если нас слепить вместе, наверно, один среднестатистический человек как раз и получится… Но, ша! Хватит базара!.. Я предлагаю тебе эксперимент, который все поставит на свои места. И все тебе докажет. Согласен? Валерка нахмурился.

– Что еще за эксперимент?

– Ты берешь пистолет – и стреляешь в себя. И если ты умрешь – я умру тоже. И это будет самым лучшим доказательством моей теории. Ну?..

Володя протянул через стол оружие Валерке – держа за ствол, рукоятью вперед.

– Ну, нет! – воскликнул тот. – Извини меня, но я стреляться не собираюсь. Тем более ради того, чтобы доказывать твой безумный бред.

Пистолет остался у Володи. Протянутая рука потихоньку опустилась, и оружие вернулось обратно на стол.

– Зачем, – прошипел он, – зачем тебе нужна твоя ничтожная, грошовая жизнь? Живешь в дерьме, вкалываешь за копейки, жена ушла, дочка сосет из тебя деньги! На хрена тебе такая жизнь?!

– Какая ни есть, а все моя. И я расставаться со своей жизнью не намерен – тем более в угоду твоим, дружбан, более чем сомнительным идеям.

– Да?!. Может, ты думаешь, что тебя любит Лиля – сиречь, моя жена? Не надейся – нисколько не любит. Хочешь, предъявлю многочисленные улики. Она у меня, как и ты, тоже давно находится под наблюдением. Я человек богатый, могу хоть десять частных сыщиков купить. Вот, полюбуйся!..

Володя вытащил из заднего кармана ворох слежавшихся снимков. Бросил на стол, между водкой и колбасой. Фотки разлетелись по столу.

Валерка решил не смотреть, но все равно снимки притягивали глаз.

На них переплелись в разных позах голые тела. В женщине он с омерзением узнал Лилю.

– Вот, – постучал толстым ногтем по карточке Володя, – здесь она с молоденьким мальчиком, оператором со своей работы, зовут Максом… Тут – … Ах, да, это ты… А вот еще один, с ним она была не далее как неделю назад, случайный знакомый из ночного клуба… Так что могу тебя успокоить – Лиля благополучно тебе изменяет…

– Да нет, я-то что… – стараясь быть спокойным, возразил Валерка. – Это она тебе изменяет.

– Да, конечно!.. Я ведь муж!.. Но нелюбимый. А любимый у нас – это ты. И она тебя – всегда любила. А меня – нет!

И Володя снова грохнул по столу кулаком – так, что подпрыгнули рюмка, бутылки, пистолет. А потом прохрипел – невнятно, полупонятно:

– Ну, раз так… Да, достиг я высшей власти… И все у меня есть… И деньги, и машины, и девки, и несколько фирм своих, кабинет с высокими потолками и кожаными креслами, и секретарша в короткой юбочке … Но на черта оно мне?.. На черта, спрашивается?!. Если нет какой-то малости?! Какой-то ничтожной, совершенно мнимой величины? Иррациональной? Какого-то корня из минус единицы? Этой гадости! Этой мерзости! Этой поганой любви!.. И если меня самого – нет?! И я – просто твое порождение? Твоя функция? Овеществленное воплощение самых гадких твоих черт?!

И, не успел Валерка его остановить, как Володя схватил со стола пистолет и поднес его к виску. А затем в мгновение ока большим пальцем снял с предохранителя, а указательным нажал на спуск.

Раздался выстрел.

Первое, что Валера увидел, открыв глаза, – склоненное над ним белое пятно чьего-то лица.

Он попытался проморгаться, навести резкость, когда вдруг женский голос воскликнул:

– Боже мой! Валерочка! Ты очнулся!

И сразу же он ощутил, как кто-то припал к его щеке и плечу, и по этой мягкости, и по этому запаху он понял, что это она.

– Лилька… – с трудом пробормотал он.

А она вскочила и куда-то умчалась, а потом появились два белых халата, и один из них подошел вплотную к кровати и вгляделся в его лицо.

Потом до него донеслись обрывки голосов:

– Да… поздравляю… первый шаг… весьма крохотный… будьте осторожны… не нагружайте его… можете с ним поговорить… но, пожалуйста, очень недолго, не более пяти минут… Потом он должен заснуть… только позитивные эмоции… ни о чем его не расспрашивайте… лучше говорите сами… ни в коем случае не давайте ему напрягаться и волноваться…

Потом халаты исчезли.

– Где он? – прошептал Валера.

– Кто? – ласково и недоуменно спросила она.

– Володька…

– Кто это? – Удивление в ее голосе показалось ему совсем не наигранным.

– Как… кто?.. Он… твой… муж…

– Муж?!. О ком ты говоришь?!.

Снова вмешался голос где-то за кадром.

Очень мягко:

– Пожалуйста, Лилия Станиславовна, не спорьте с ним.

Она откликнулась в сторону чужого голоса резко:

– Но он же несет какую-то ерунду!

– Все равно не надо сейчас с ним спорить… Не забывайте, ранение в голову… Задет головной мозг… Больше месяца в коме…

– Тебе чего-нибудь хочется? – снова обратилась к нему она, в ее голосе был разлит елей.

– Да…

– Чего?

– Тебя!

И это была почти правда: несмотря на полное равнодушие и расслабленность всего организма, член у него торчал как палка, аж простыни вздымались.

Ее неприкрытое смущение, смешок с оглядкой:

– О чем ты говоришь!..

Мужской голос откуда-то прокомментировал:

– Ничего страшного, и такое возможно… и это очень хороший симптом… имейте в виду, Лилия Станиславовна, он больше месяца без женщины…

– Да что вы там бубните?! – досадливо выкрикнул Валера.

Его голос получился не жестким, как ему хотелось бы, а совсем слабым. Однако комментаторы в белых халатах стихли.

И она склонилась над ним.

– А, может, сначала, – она улыбнулась игриво (вот такой он ее любил больше всего), – водички? Или – поешь чего-нибудь? Например, фруктов? Хочешь клубнички?