Чтение онлайн

Они молчали, и Таскат разозлился.

– Думайте сами. Я пока что тут посижу.

Он поворочался, чтобы устроиться поудобнее.

Чего ему стоило, не шевелясь, выждать две минуты тишины, понимал только предводитель. Наконец молодые бросили совещаться и умоляюще уставились на черный платок, как будто могли бы разобрать сквозь него движения губ.

– К камням! – неторопливо процедил предводитель. – Неужели я не понимаю, чего вы хотите? Правда, я не совсем понимаю, чего хочешь ты… бледный человек с глупыми ушами.

Таскат вызывающе шевельнул ушами – правда, это могли понять только у него на родине.

– Мне очень жаль камни. То есть, очень, очень жаль камней. У них столько знаний… А вы…

– А чем ты можешь доказать, что ты не предатель? – рыкнул самый молодой.

– Настоящих доказательств у меня, пожалуй, нет… – задумчиво проворчал Таскат. – Но буквально в двух шагах от границы с пустыней есть тот самый островок, и вот его координаты… И там такое… Я вам искренне сочувствую. Вот тут, даже могу показать на карте.

Он провел рукой по запястью.

– Потом! – оборвал его предводитель. – Что, держишь карты в рукаве? Если уходить, то уходить. Шут проклятый…

– Я не шут – обиделся Таскат. – Я обращенный. Моя прямая обязанность – показать вам дорогу. Пойдем. Пойдем скорее. Они уже близко.

Путь до пещеры оказался не таким легким, как думалось посланнику. Теперь в городе никто не ходил по улицам ночью, если не было прямой необходимости выйти из дома, и беглецов нельзя было выдать за компанию подвыпивших гуляк. Приходилось идти по одному, стелиться по стенам домов, перебежками двигаться вдоль заборов, встречаться в конце улицы – и начинать все сначала. Таскат наигрался в такие игры еще давно, в школе, но не ожидал от магов подобной прыти. В его представлении «маг» был стариком в длинных одеждах, способным улететь от неприятностей на облаке.

– Мы последнее время… поумнели… – пошутил предводитель, отдышавшись, когда наконец кончились широкие освещенные улицы и начались сады, в которых были только сторожа. – Не то что… они.

Вот язва, подумал Таскат. Не сверзился бы с лестницы по пути в каменоломню.

В каменоломне было проще, хотя одышливый предводитель и шел медленнее прочих. Загадочный механизм на дне песчаного провала оказался каркасом какой-то постройки из металлических полос. Его было очень сложно разглядывать с верхнего яруса.

Как жаль, что мы спешим – думал Таскат, протискиваясь в пролом, за которым были камни. – Так я теперь никогда и не узнаю, что это за железная рухлядь…

Какой-то осколок попался ему под ноги. Он ушибся, застонал и постарался сосредоточиться на происходящем.

Маги обнимали камни.

Ничего заметного на первый взгляд не происходило, разве что резче обозначились границы между светом и тенью. Затем в воздухе запахло озоном, и первый, кто обнял черный камень – самый молодой – вскочил и с радостным воплем повис под потолком, метрах в трех от земли.

Затем он призвал большую зубастую птицу, насмешливо каркнул ей, обратился во что-то непонятное и улетел, протиснувшись в щель. Таскат только прижал уши, потому что дальше со всеми остальными происходило то, что он потом отказывался вспоминать. В конце концов, вовсе не обязательно превращаться для того, чтобы стать невидимым. А для того, чтобы быть похожим на облако тумана, вовсе не обязательно научиться летать.

Но ведь маги не летают…

Кажется ему это или не кажется?

– Первое время маги вообще могут что угодно – раздался в его голове ехиднейший голос старого камня. – Если бы они могли это постоянно, мир треснул бы пополам. А сейчас им просто дается время спастись.

Особенно его напугала громадная летучая мышь, которая описывала вокруг него круги, а потом с треском лопнула, как воздушный шарик. Это кто-то принес жертву, уходя. Над камнями поплыли радуги.

Последним обнял камни предводитель и тихо, без следа, растворился в воздухе.

– Иллюзия – проворчал камень. – Дешевые трюки. Мог бы и получше.

В пещере остался только Кийли. Он грустно посмотрел на полукруги камней, помолчал – и вдруг ударил кулаком по колену и начал ругаться, как погонщик караванов.

– У меня тоже ничего не получается – так же грустно сказал Таскат, когда брань, перемежаемая жалобами, закончилась. – Я не могу ничего делать так, как вы. Может быть, хоть ты мне что-то покажешь?

Кийли недоуменно посмотрел на него.

Таскат подмигнул. Он был уверен, что дело в шляпе.

Нет – неожиданно громко сказал Кийли. – Если есть выбор между тем, чтобы тебя учить, и тем, чтобы меня убили… Пусть уж убьют. Я лучше пойду. И так уже задержался.

Он вышел из пещеры, оставив растерянного Таската думать, чего тот не досмотрел.

Когда посланник благополучно преодолел все преграды, отвел глаза непонятливой страже, поднялся в башню и закутался в одеяла, ожидая рассвета, до него наконец дошло. Требовать плату за спасение жизни действительно было бы откровенным хамством. То, что у него этого и в мыслях не было, никто и не додумался.

первое письмо за последний месяц

Уважаемый Ро-мени!

Люблю тебя, как брата, и целую твои следы на песке. Если можешь, передай это письмо моей родне, когда я умру, но не раньше, потому что все-таки собираюсь побороться.

Дело в том, что меня окончательно заперли. Заперли в собственной башне, я под домашним арестом. Со мной это второй раз. Для аристократа, к которым меня приравняли здесь, этого достаточно: дальше следует нож или петля.

Я уже доложил об этом своему начальству. К моему величайшему недоумению, мне отвечают, что по доступной им связи заявили протест, и только. Это означает, что тот ехиднейший шпион, с которым мы сражались на развалинах башни, был прав. Я не такая уж и важная птица, чтобы из-за меня началась межпланетная война. Никто не пришлет даже переговорщика. Да, не новость, но почему министерство не пошло хотя бы на блеф? Им не так уж и важно, как поведет себя правительство? Они не собираются сохранять контакты с Аре и потерять концессию? Что-то изменилось? Я все-таки единственный представитель нашего государства. В таких случаях предупреждают.