Богатство

Свадьба Селесы и Жерена стала значимым событием в Нижнем города. Женился не абы кто, а Волчара, правая рука Гирема, личность, известная не только каждому жителю трущоб, но и многим горожанам в Среднем городе. А возможно и Высшим аристократам. Несмотря на холодную погоду гостей ожидалось так много, что столы растянулись на две улицы, а угощения готовили в трех харчевнях. И это только для своих, а для всех остальных Жерен по обыкновению выставил пару бычков и по бочке пива и кваса на площади.

По всему околотку сновали люди Гирема — «ночного короля» Яснограда. Одетые в одинаковые кожаные куртки на меху, они казались не просто кучкой воров и бандитов, а настоящей армией. Они следили за порядком и не пускали на наши улицы посторонних. Пожалуй, сегодня наш околоток стал самым безопасным местом в Нижнем городе. И самым многолюдным.

Среди приглашенных были и Смотрящие Нижнего города, выглядевшие немного лучше тех, за кем они присматривали; и купцы, одетые нарочито ярко, с показной роскошью иногда доходящей до вульгарности; и даже парочка аристократов, с лица которых не сходила легкая брезгливость.

Среди яркого буйства нарядов неожиданно сильно стали заметные средние личности. Среднее не запоминающееся телосложение, обычные лица, скромная одежда… глаза непроизвольно выхватывали их из яркой веселой толпы.

Между столами носились стайки ребятишек. Их тоненькие ручонки выхватывали еду прямо из тарелок гостей. Это была игра, и они весело хохотали, когда обескураженный гость с удивлением смотрел на пустое блюдо, на которое он только что собственноручно положил кусок пирога или мяса. Все знали о том, что мальчишки воруют, но в мире Нижнего города воровство считалось полезным навыком.

Самой большой удалью считалось украсть кусок с тарелки жениха и невесты, или особо важных гостей.

— Ах, ты щенок! — один из напыщенных аристократов поймал мальчишку, пытавшегося стянуть пирог с его тарелки. Ребенок был мелкий, худенький, в старом потертом тулупчике, полы которого болтались незастегнутые, и совсем не отличался от десятков таких же. Но что-то смутно знакомое виделось барону Грацу в широко распахнутых глазах, в которых не было ни капли страха, резко очерченных скулах и упрямом подбородке… и слова замерли в горле, барон держал мальчишку и молчал, пытаясь понять, что же здесь не так…

— Пусти, — тихо приказал мальчишка, и барон послушно выпустил грязную ладошку, сам не понимая, зачем он это делает. Мальчишка довольно улыбнулся и пропал с глаз.

А барон, оттянув воротник теплого плаща, как будто бы он его душил, сглотнул. По спине медленно ползла капля холодного пота. Это было странно. Чтобы он, барон Грац, который славился своим свободолюбием и непокорностью традициям, вот так отреагировал на простого пацана в Нижнем городе?

— Странный мальчишка. Кто он такой? — пробормотал он. Сидевший рядом Гирем услышал и ответил, хотя его никто не спрашивал.

— Это мой будущий пасынок, Лушка. Опять от матери сбежал, — буркнул он мрачно и опрокинул очередную кружку пива. Сегодня он выглядел не лучшим образом и пребывал в отвратительном настроении. Хмурился и даже как-будто злился.

— Будущий пасынок? — приподнял брови барон. Мало кто знал, но они с Гиремом были молочными братьями и выросли вместе. И новость о предстоящей женитьбе отвлекла барона Граца от странного мальчишки. — Ты женишься?!

— Женюсь, — выдохнул Гирем и хлопнул пустой кружкой по столу. Сегодня он непривычно много пил и даже сидел за столом с трудом, покачиваясь и заваливаясь назад.

— На простолюдинке? — шокировано спросил Грац. Он-то знал, как молочный брат стремился стать аристократом. И на что ему пришлось пойти ради титула тоже знал не по наслышке…

— На простолюдинке! — брат смотрел на него исподлобья, выдвинув вперед челюсть. Скажи что-то против и тут же получишь кулаком в глаз. Как в детстве… Нет уж..

— Ну, — хмыкнул барон, — ты хотя бы невесту покажи. Она здесь? Где? — кивнул он на сидевших за столом гостей.

— А она не пришла! — зарычал Гирем, схватил крынку с пивом и отпил прямо из нее. — Не пришла! — он выругался, допил пиво и, выбросив крынку куда-то назад, стал неловко выбираться из-за стола.

— Гирем, — брат схватил его, удерживая на месте, — ты куда? Не надо.

— Пусти! — тот резко стряхнул его руку, невольно заставляя вспомнить о странном мальчишке. И пошатываясь побрел прочь от накрытых столов. А барон Грац остался на месте, открыв рот от удивления. Неужели это ребенок Гирема? Он, наверное, поэтому и решил женится на безродной.

На свадьбу я не пошла. Селеса пыталась обидеться, но у нее ничего не вышло. Слишком счастлива она была все эти дни. Я даже немного позавидовала… наверное, я никогда не любила и не полюблю так, как она. Да, и нельзя мне. Не о любви мне надо думать, а о троне. Я принцесса. Мне нельзя любить. И раньше нельзя было, а сейчас тем более.

Жерен уже увез все вещи будущей жены в свой дом. Сирга и Миха ушли на гулянку, а Лушке я запретила. Селеса проболталась, что среди приглашенных есть несколько аристократов, и я совершенно обоснованно опасалась, что кто-то из них может заметить Лушку. И узнать.

Сын надулся и сбежал от меня в кузню и заперся изнутри. Ничего, пообижается и перестанет. Зато я буду спокойна.

Анни спала на втором этаже, под присмотром Нюня, а я затеяла уборку. Подоткнула подол платья, чтобы не замарать и, напевая песенку, драила полы. Свадьбу Селесы я ждала едва ли не больше самой невесты. Так хотелось мне стать хозяйкой всего дома, а не только одной комнаты. Я уже мысленно прикидывала, что нужно поменять из мебели, чтобы горница больше походила на комнату аристократов, чем на деревенскую избу.

Список получился внушительный, но я не переживала. С переездом в Средний город я решила повременить. Как начну зарабатывать достаточно, чтобы снять там домик не хуже, чем у Селесы, так и перееду. Пока же дешевле будет каждый день платить за вход. А сэкономленные деньги можно пустить на улучшение быта.

Пока же главное получить патент гильдии вязальщиц. Я перебрала споротые с одежды камни, выбрав две самых скромных жемчужины. У одной был небольшой скол от ударов в подземных пещерах, а вторая оказалась обычной, белой. Даже странно, как она попала на мою сорочку? Если бы я увидела ее в замке, то непременно велела бы разобраться с портнихой. Явно она припрятала настоящую розовую жемчужину для себя, заменив ее обычной.