Боб
Шрифт:
Теперь старик достал расческу, хорошенько дунул на зубцы и, подойдя к зеркалу поближе, пробормотал:
- А сейчас, как говорит мой внук Алешенька, будем ставить хаер.
«Какой все-таки замечательный дед! – не преминул еще раз восхититься Серафим. – Только… что он… какой хаер?!».
- Нет! – от рывка тело почтенного старца отлетело к противоположной стене. Не менее почтенная голова затылком стукнулась о блестящий кафель.
- Вы с ума сошли, любезнейший… – теряя сознание, только и смог прошлепать непослушными губами юбиляр. – В таком возрасте, и хулиганить…
- Милый вы мой человечек! – горячо обратился к нему Серафим, которому было жгуче стыдно так мотылять бренное тельце дедушки. – Вам просто смертельно нельзя заглядывать в это зараженное зеркало!
По отсутствию какого-либо ответного рефлекса тестер понял, что перестарался. Он со страхом обернулся к двери. Что теперь?!
- Долбаный удод! – грязно выругался он на староагорианском наречии и, не стесняясь, врезал по почтенной скуле секунду назад живого дедушки. – Проснитесь!
Однако дедушка от такой побудки только всхрапнул и мотнул хилой ногой в воздухе.
- Вы меня слышите? – Серафим низко склонился над дедушкой, положил его безвольную голову себе на одну руку, а двумя пальцами другой разомкнул плотно закрытый глаз «пациента». Зрачок среагировал на свет и юрко скукожился.
- О, мой Боб! – в неистовой благодарности заорал тестер и воздел руки, забыв при этом о том, что, по крайней мере, одна из них являлась единственным упором для дедушкиной головы.
Раздался неприятный глухой стук, и тестер понял, как же ужасно чувствовали себя те ребята, которым пришлось писать Бобу объяснительные о порче человеческого материала по неосторожности…
- Молодой человек, ради всего святого, не пытайтесь мне помочь, а то вы меня совсем угробите, – раздался слабый голос очнувшегося старичка.
- Я просто…
- Я понимаю, я все понимаю. Просто не приближайтесь ко мне, и я попробую выползти отсюда самостоятельно, – старик плашмя лежал на полу и представлял из себя очень слезоточивое зрелище.
Серафима так и подмывало кинуться ему помочь, но глаза внезапной жертвы умоляли – не нужно!
- Вы только в зеркало не смотритесь, – плачущим тоном попросил агорианец.
- Не буду! – пообещал старик и, шатаясь, поднялся на колени. – Как приеду домой - выкину все!
- Я не это имел в виду! – тестеру уже начало казаться, что он чрезмерно крепко приложил дедушку о кафель.
- Это что еще за леший, дедушка?! – громом раскатилось по квадратным метрам туалетной комнаты.
Серафим крутнулся на пятках и оказался нос к носу с крупным детиной, явно недружелюбной наружности.
- Это не леший дедушка, – промямлил Серафим ватным языком. – Это чей-то дедушка.
- Чей-то? – детина, грозно сопя, ухватил тестера за лацкан пиджака. – Это мой собственный дедушка!
- Алешенька! – попытался утихомирить здоровяка старец.
- Тот самый, который хаер ставит? – болтаясь на руке богатыря, попытался обуздать стихию конфликта, ну, и заодно, не получить в глаз, Серафим.
- Который в унитаз головой окунает, – уточнил, совсем не подобревший Алешенька. – Что он с тобой сделал? – обратился внук к юбиляру, и получше ухватился за гардероб агорианца.
Тестер покорно зажмурился. Инструкции запрещают бороться с гражданским населением. Так что, если нарвался – терпи.
3 глава
- Ты его вырубил!
- Кого конкретно?!
- Алешеньку! И ножкой от стула бармену угрожал! А охранников лбами стукнул! Администратору, тому вообще в глаза пальцами ткнул. Хотя, ладно – ему это будет даже полезно. Форменный лохуй!
- Холуй! Тебе бы человеческий следовало подучить немного.
- Уже в процессе, – лишь возбужденно отмахнулся Серафим.
– Лучше объясни, почему ты устроил такую бойню? Тут ведь простым выговором не отделаться!
Сид, бежавший рядом с пострадавшим в неравной потасовке Серафимом, неожиданно остановился:
- Неблагодарный нытик! Ты должен мне ступни целовать! Неделю! Когда я вбежал, твоя голова уже была наполовину погружена в… Ну, ты понял!
- Еще бы не понять - я был в главной роли. Пусть ты меня спас, – кивнул в знак благодарности агорианец, - но из-за спешки я даже не успел разбить инфицированное зеркало и обезвредить его осколки! А это повод к увольнению! Придется вернуться. И чем раньше, тем лучше!
- Даже не думай! Был приказ – работу свернуть. Бежим! – Сид резко дернул Серафима за рукав. – Кажется, люди собирают силы для ответного удара!
Тестер боязливо покосился в сторону, куда указывал его коллега. Действительно, подъехавший фургон с полицейскими, выглядел даже более весомым аргументом, чем пудовый кулак Алешеньки.
Агорианцы рванули бежать. Сид на ходу указал на переулок – сюда. Нырнув в его узкую горловину, они во весь опор помчались по щербатому асфальту, то и дело влетая в ямы и цепляя крупные булыжники носками начищенных туфлей.
- Тебя, что, только из-за меня из той уютной бухточки Гигантских Кесис сорвали? – Серафим решил не терять время и на ходу узнать причины такой спешной эвакуации с Земли. – Или ты еще в тот момент находился в Агории?
- Ага, – не оборачиваясь, невпопад на ходу крикнул Сид. – Но ничего, еще наверстаю! Проект на Земле закрывается навсегда, так что у нас будет по восемь кило свободного времени.
- Как?! – Серафима, будто кипяточком сбрызнули.
- Как-как. Сворачивается, и кладется на верхнюю полочку, – невесело пошутил Сид. – Так что, напротив даты твоего отправления домой стоит надпись: «Незамедлительно!» Тэчека.