Чтение онлайн

– В мокрой бане запах будет сильнее, – виновато предупредил Петер. Видно, очень уж картинно я нос воротил...

Запах тут и впрямь был силен! Надпись над входом честно предупреждала на двух языках – романском и германском: «газовая камора» и «Gaskammer». Была, конечно, надпись и на мадьярском, но ее я даже прочесть не пытался.

Жар, к счастью, был куда слабее, чем в руссийской парной бане. Зато пар оказался серным, клубящимся, плотным, будто осенний туман. Руку вытянешь ногтей не видно.

Я медленно обошел газовую камору. Здесь людей оказалось куда больше. В основном мадьяры. Лишь в одном углу я едва не наткнулся на трех крепких мужиков, говоривших по-руссийски. Насколько я знал их язык, настолько и понял...

– Да не отдаст он денег, – лениво процедил один. – Мочить его...

– Как знаешь...

– Говорю – мочить.

Голоса были хоть и невозмутимыми, но лютыми. Похоже, неведомого должника собирались не просто водой окатить. Может быть, речь шла о том, чтобы кого-то утопить, и тогда рядом со мной парились самые настоящие руссийские душегубы! И говорили о своих черных делах не стесняясь, поскольку слабость мадьяр к языкам была известна не только в Державе.

Я двинулся дальше. Душегубам – душегубово...

В газовой каморе ни Маркуса, ни Арнольда тоже не было.

– Неужели опоздали... – пробормотал я, когда мы вышли. – Или они еще не пришли?

– Надо бассейны осмотреть, – сказал Петер. – Большую часть времени люди в них проводят.

– Теплые, что ли, бассейны?

– Да, конечно...

Мы вышли в большой овальный зал, куполом накрытый. Купол был составлен из разноцветных стекол, дававших достаточно света, да и по стенам горело несколько керосиновых ламп. По привычке я примерился к ним – можно ли сорвать? При некотором умении горящая лампа – оружие пострашнее меча!

Нет, слишком высоко повешены. Наверное, не мне первому нехорошая мысль в голову пришла.

Бассейнов в зале было пять штук. Один большой, в центре, окруженный колоннами, поддерживающими купол. И четыре маленьких вокруг.

– В большом вода теплая, такая, что можно в ней часами отдыхать, – бубнил под ухом Петер. – В маленьких – есть и горячая, чтобы за минутку согреться, есть и холодная... на все вкусы...

Уже не слушая его, я оглядывал зал. Здесь людей было с полсотни, никак не меньше. Человек тридцать медленно, расслабленно плавали в большом бассейне. Да по пятку – в, маленьких. В том, самом горячем, из которого шел пар, брадобрей скоблил бритвой щеки клиенту, стряхивая мыльную пену и обрезки волос прямо в воду. Хотя бассейны все были проточными – в каждый лилась из стены могучая струя воды, мне все-таки стало противно.

– Нет... – вздохнул Петер. – Тут еще есть массажная, потом та дверь в стене – это еще одна газовая камора... и все...

– Подожди здесь, – попросил я. – Поглядывай пока... массажная где?

– Туда...

Обогнув большой бассейн, я напился теплой невкусной воды из питьевого фонтанчика и нырнул в еще один коридор, на этот раз короткий. Ага, значит, это выход из бани... ведет к тем же самым будочкам для раздевания, а вот это дверь массажной...

Я заглянул.

И увидел могучую спину Арнольда, которую пытался размять массажист.

Крепкий мужик, слов нет, но, похоже, с Арнольдом его старания были тщетны или почти тщетны. Впрочем, бывший офицер Стражи, а ныне беглый преступник все-таки покряхтывал от удовольствия...

Прислонившись к притолоке, я утер лоб.

Спасибо, Сестра!

Нашел. Не опоздал. Все в порядке.

Где-то здесь и Маркус... так, на второй кушетке его нет... значит, в газовой каморе...

Ухмыльнувшись, я даже не стал тревожить Арнольда. Двинулся обратно, в зал с бассейнами. Петер, уже сидящий в центральном бассейне, помахал мне рукой. Я кивнул, пытаясь радостной гримасой показать, что все хорошо, и указал на дверь в газовую камору.

Петер стал выбираться из воды, а я вошел в парную.

И тут же, сквозь густое облако пара, услышал удивленный голос Маркуса:

– Но зачем так поспешно?

У меня так полегчало на душе, что я не сразу осознал – Маркус с кем-то спорит.

– Юноша... – на приличном романском, очень убедительным голосом укорил его кто-то, невидимый в пару. – Дом баронессы захвачен Стражей!

Какой Стражей? А...

Я скривился, сообразив, что успел в самый последний момент. Маркуса уже нашли. И пытались тихонько увести, воспользовавшись любовью Арнольда к массажу...

– Но...

– Юноша, мой кузен уже на пути к границе. Вам безопаснее пробираться порознь.

– Почему он ничего мне не сказал? – подозрительно спросил Маркус.

Родственник Арнольда – теперь уже сомнений не было, что предателем выступает его двоюродный братец, терпеливо объяснил:

– В баню уже ворвались несколько стражников. Арнольд был слишком заметен, проще вывести вас порознь. Идем, время не терпит...

В парную вошел Петер. Я коснулся пальцем его губ, потом – ушей. Молчи и слушай.

Он понял.

Интересно, поверил бы я в ту чушь, которую рассказывают Маркусу.

Не знаю. В тринадцать лет, быть может, и поверил.

– По крайней мере я могу допариться? – спросил Маркус. И я улыбнулся. Нет, не поверил младший принц, время тянет!

– Да ты что делаешь, ты нас всех погубишь! – искренне воскликнул кузен Арнольда. Послышался какой-то звук.

– Убери руку! – тонко выкрикнул Маркус.

Так, пора...

Но Петер меня опередил. Нырнул вперед, в густое паровое облако, и что-то гневно закричал по-мадьярски.

Конечно, ничего я не понял. Но догадался.

И Маркус, хоть и не понял, откуда неожиданная подмога, сообразил, как ею воспользоваться. Закричал в полный голос:

– Этот человек меня хватает и чего-то хочет! Помогите! Уж не знаю, сколько там еще мадьяр скрывалось в пару, сколько из них понимало романский, но Петер, молодец, немедленно затараторил еще шустрее, переводя слова Маркуса. И в пару раздались гневные выкрики.

Может, у мадьяр и впрямь извращенцев много, оттого и фартуки эти странные?