Блин комом
Шрифт:
Чемпион делает шаг назад, таща зацепившийся за наплечник гарпун, бросает шестопер и берется за длинное острие с крючьями освободившейся рукой в латной перчатке. У меня целая секунда, если не больше.
…плавный подшаг и я впечатываю в латника «Беспощадный удар». Левая рука в правое плечо, правая в середину сплошного шлема. Два отвлекающих удара, призванных не сколько нанести урон, сколько отвлечь, в идеале перекосив крепления брони и заставив Чемпиона содрать заклинившую защиту после моей смерти. Оба успешны, оба выполнили свое предназначение.
…но третий тоже попал. Изобретенный мной приём «покарай бабушку» оказался эффективен против этой тяжелой брони — под надежной металлической юбкой были поножи, но самое сокровенное было прикрыто слабо. Относительно слабо против напитанного Ки хвоста.
Наверное, после подобного его стоит отрезать?!
Валюсь на палубу. Руки болтаются как две макаронины, хвост не ощущается вообще, Ки снова идёт вразнос. Вокруг слышны истерические вопли, вой и мольбы о пощаде. Они дублируются с окруживших «Ямато» старых дирижаблей.
Читаю логи Системы:
— «Вы убили смертного. Имя Эллиас Цернхоллер ур. 56. Очки опыта +8 122 433»
— «Получен уровень — 98»
— «Пространственный карман» достиг уровня 27!»
— «Прием «Беспощадный удар» достиг 10го уровня! Повреждения организму снижены в 2 раза!»
— «Прием «Беспощадный удар» достиг 20го уровня! Сила приема увеличена в 2 раза!»
— «Прием «Беспощадный удар» достиг 22го уровня!»
…эх, как насыпало. Надо быть поаккуратнее, 100ый уровень совсем уж близко. А может, наоборот?! Чтобы сразу привыкать жить так, чтобы вообще не умирать?
Война план покажет.
Полусижу израненный, с кучей нарабочих частей тела на носу «Феи». Вокруг суета — «академики» деловито дорезают рыдающих смертных. Дирижабли Зокутты, все как один, остаются сзади. Парочка из них дымится. Корабли «Школы» тоже замедляют ход, их становится практически не видно
Слышится вопль Барина, который машет лапой нашему капитану. Что? Можно улетать? В голове вялое «ураааа».
Оказывается — нет.
Эдвард выходит на корму «Ямато» под звучный вопль Барина «убрать щиты!» и…прячется от нас за материализованным… холодильником? Нет, не холодильник, но эта штука на него очень похожа, целиком скрывая хрупкую фигуру нашего «девочка». Вижу выходящие из длинного короба гофрированные шланги, ведущие к…?!
Любопытство сильнее боли. Встаю, ковыляю туда, где лучше видно.
Больше всего, оружие, которое достал Эдвард Эйнинген из своего инвентаря, напоминало шестиствольный пулемет. Не тот, с которым разгуливали по джунглям и городу разные киноактеры мохнатых годов, а настоящий — авиационный вариант. Фигурка, вцепившаяся в дурынду длинной два с половиной метра выглядела совершенно абсурдно, особенно когда начала с видимым серьезным усилием разворачивать эту «дуру», наводясь на отставшие дирижабли Зокутты.
«Клинг-вуум».
Мерцающая красная вспышка уносится к одному из дирижаблей, разрывая половину его оболочки в клочья. Экспериментальный посох что ли? А зачем его было делать таким?
«Клинг-вуум».
Сразу же! Спустя секунду! Еще один дирижабль, пылая развороченной оболочкой, начинает падать на город.
И снова. Снова. Снова. Импульсы следуют с секундной задержкой, поражая все больше и больше оболочек. Слышен безумный детский смех. После каждых шести выстрелов шланги, подсоединенные к «холодильнику» вибрируют и хрупкую фигуру оружейника окутывает облако пара. Пять-шесть секунд перерыва и «клинг-вуум»!
Мы с отвешенными челюстями наблюдали, как Эдвард взрывает оболочки дирижаблей одну за другой. Выстрел, вспышка, падение началось. Пар. Заново. До меня далеко не сразу дошло, что у оружейника в руках совершенно не какая-то там «шестистволка», пока что невозможная в этом мире, а комплект из шести посохов, соединенных в одно оружие!
Смех, взрывы и все сильнее отстающие корабли «Школы».
Шокированные бойцы на палубе, наблюдающие за счастливо смеющимся «девочком», гробящим дирижабли.
Три спешно убегающих цеппелина Зокутты, на которых оказались маги, способные выставить щит. Видя, как те начинают снижение, я подумал, что власти для десанта смогли реквизировать корабли городских толстосумов, но не их экипажи.
Эйнинген теперь стрелял почти наугад, его всего окутывал пар, но даже так он сумел сбить еще два корабля. Минута-полторы беспрерывного огня в то время, как обычный маг с копье-посоха сумел бы сделать максимум четыре выстрела.
Этот «девочк» действительно гений.
Слышны изумленные переговоры, которые прерываются медвежьим рёвом. «Ямато» набрал нужную линейную скорость и готов запустить основные двигатели.
После краткой команды Барина, мы чувствуем рывок. «Железная Фея» недовольно скрипит. Ударный крейсер мчится по прямой с недостижимой для нашего курьерника скоростью.
Под нами океан.
Глава 11 Внутри и снаружи
— Вот он — героин нашего времени! По-другому тебя не назвать, на героя мордой не вышел, уж извини, — сварливо попытался похвалить меня Барин и тут же добавил, — Знаешь, как команда вас называет? «Красавица и Чудовище»! Причем за красавицу у них ты!
— Ну, это понятно же дело. Сколько народу Эдвард на тот свет отправил? — вяло полюбопытствовал я, валяясь у «Железной Феи». Огромный летающий гроб со страшной силой пёр вперед, таща через океан себя и наш кораблик, а лежать в каюте мне не хотелось.
— Ну, если брать чисто дирижабли, то где-то полторы тысячи, на глазок, — прищурился серый медведь, — но говорит, до сих пор опыт капает, корабли то на столицу рухнули… почти тебя по уровню догнал!
— Хоть что-то радует… Впрочем, давайте отставим прелюдии, уважаемый капитан и вернемся к нашим бари… баранам. Светаааааа!