Чтение онлайн

Как-то вечером один из паломников, пряча лицо, пришел в мастерскую забрать свой заказ — книгу с иллюстрациями. Козимо знал, что в этой книге были миниатюры — репродукции римских эротических фресок. Мужчина заплатил за свою непристойную книжку и исчез.

Однако на следующий день он снова пришел, чтобы потребовать отретушировать сцену банкета. На этот раз Козимо удалось рассмотреть его лицо. Круглое, с обвислыми щеками и бегающими глазками. Гаргсаль вежливо ответил ему, что не располагает временем, чтобы заниматься этим произведением. Мужчина ушел, не настаивая.

— И вот такие отправляются в Иерусалим! — ворчал бывший монах. — Вот вам и добропорядочный верующий…

Позднее Козимо узнал имя заказчика книги: Оберон де Сентиз. От Гаргсаля он также узнал, как записываются для получения места в караване, а также что паломники должны направиться к портам Венеции, Пизы или Генуи.

— В Святую землю больше не ходят пешком, — сказал Гаргсаль. — Добираясь по морю, можно выиграть время. Но это, конечно, опасно.

Козимо принял это к сведению.

В свободное время он бродил по окрестностям, надеясь узнать что-то новое. Вечером он не выходил из своей комнаты, обдумывая последующие шаги.

Ночью он внезапно проснулся от того, что кто-то толкал его в плечо. Несколько минут спустя он уже был в общем зале трактира. Зал освещался свечой, на урны с пеплом падали тени. Кроме Козимо, внизу находились двое вновь прибывших.

Одного из них звали Круатандьё. Среднего роста, с уже начинающей лысеть головой, несмотря на свои двадцать лет, с хитрыми искрящимися глазами. На нем была рубаха из зеленого холста, что делало его похожим на ребенка.

Другого гостя звали Ролан. Высокого роста, светловолосый, с глубоко посаженными глазами и мускулистым телом, он выглядел серьезнее, чем его компаньон, хотя они и были ровесниками.

Эти юноши были лучшими друзьями Козимо, он познакомился с ними на первом курсе университета Кори Оккло. Их объединяло нерыцарское происхождение. Вместе с четвертым аколитом, Жазоном, они были единственными в академии, не обладавшими богатством, не знакомыми со светскими манерами и не знавшими, кто такой оруженосец. Этого было достаточно, чтобы вызывать насмешки со стороны большинства учеников, что, впрочем, лишь укрепило их дружбу.

— Как я счастлив вас видеть! воскликнул Козимо. — Я не был уверен, получили ли вы мое сообщение.

— Мы приехали в Труа все вместе, — сказал Круатандьё.

— Мы разыскали самый большой постоялый двор в городе, там мы и нашли твое послание. И вот мы перед тобой.

— А где Жазон? — спросил Козимо. — Он получил мои указания, не знаете?

— Получил, — ответил Круатандьё. — Он прибыл на Эерл под твоим именем и занял твое место. Все принимают его за Козимо Ги. Чак что все идет как по маслу/-

Козимо был доволен.

— Не спрашивайте меня, для чего нужен этот спектакль на Эерле, — сказал он, — я сам еще этого не знаю. Просто я предпочитаю, чтобы некоторые считали, что я нахожусь далеко отсюда, в месте, где я якобы занимаюсь делами, никак не связанными с паломничеством в Иерусалим.

Козимо рассказал о своем возвращении в Гильдию Табора и об обстоятельствах смерти своего дяди. Он не улус-тил ни малейшей детали и подчеркнул, что Измалъ готовился сопровождать паломников в Святую землю и что разгадка его гибели, безусловно, кроется в этом неожиданном решении.

— Это не обыкновенное паломничество, — пояснил Козимо. — От бывшего монада, у которого я работаю писарем, я узнал, что с того момента, как объявили, что паломники будут находиться под охраной рыцарей, давших клятву их сопровождать, от желающих отбоя нет.

Он вынул письма де Пайена, которые нашел в кабинете своего дяди.

— Нет ни малейшего сомнения в том, что предатель, о котором здесь идет речь, должен, так или иначе, быть причастным к исчезновению Иэмаля. Хьюго пишет, что нельзя никому доверять. Я с ним согласен. Не сделал исключения даже для старика Рюиздаэля. Я замел следы, которые могут привести ко мне. Я оставил у себя эти бумаги, чтобы иметь преимущество перед другими, расследующими это дело. Кто бы это ни был. А сейчас нельзя терять время, нужно действовать. Хьюго де Пайен думает, что предателя нужно искать среди рыцарей, которые будут сопровождать и охранять паломников. По крайней мере, это кто-то из их близкого окружения. Я должен все узнать о каждом и о том, что связывало их с Измалем.

— Зачем? — спросил Ролан. — Зачем тебе заниматься этим темным делом, о котором ты практически ничего не знаешь?

— Мой дядя всегда ценил свое искусство и свою Гильдию превыше всего, — ответил Козимо. — Он любил работу, которой занимался много лет. Почему он решил все бросить и отправиться в Святую землю? Если существует в этом мире причина, по которой он вынужден был оставить Табор, и если из-за этого его убили, я хочу знать, что это за причина. Что такое „Столп“, что это за возвращение „двадцать лет спустя“? Я должен все знать. Неважно, кто именно убил его на Драгуане, главное — узнать зачем. Ответ где-то здесь, рядом, и связан с рыцарями к их Милицией. Вот только мне нужна поддержка. Паломники будут очень строго охраняться. Всех паломников распределят по четырем караванам, и каждый караван будет находиться под охраной двух рыцарей. За паломниками будут постоянно наблюдать, и каждый должен оставаться на закрепленном за ним месте. Во время путешествия мне придется переходить из каравана в караван. Если вы согласны мне помочь, вам нужно будет проникнуть в тот или иной караван раньше меня, чтобы подготовить все к моему появлению, разобраться, кто кем командует, какие привычки, характеры у тех, чьи секреты я должен буду раскрыть.

— Это рискованно, — сказал Круатандье. — Почему бы тебе не встретиться с Хьюго де Пайеном? Ты племянник Измаля, он тебя, конечно же, выслушает. Кроме того, кажется, де Пайен достаточно много знает об этом предателе, которого он и твой дядя…

— Я уже думал об этом, — прервал его Козимо. — Но прежде чем встретиться с де Пайеном, я должен знать больше о том, что называют Стоялом. Если я не ошибаюсь, все крутится вокруг этого. И потом, кто знает, может, стоит подозревать самого де Пайена?

— Как же нам поступить? — спросил Ролан.

— В караван можно получить доступ, пожертвовав какую-то сумму. С Табора я привез деньги, доставшиеся мне в наследство от Измаля. Я могу все устроить — и для вас тоже. Но нужно записаться под разными именами, чтобы перемещаться с одного места в другое, не вызывая подозрений. И потом, много еще неясного. Повторяю, это паломничество не такое, как все другие. Обеспечивать безопасность паломников — это что-то совершенно новое, никто на самом деле не знает, как это будет осуществляться.