Битва во мгле
Шрифт:
Хриплый вой оповестил о начале атаки. Теперь у Строгова была лишь одна задача – достойно встретить врага. Николай толкнул лурийку на землю и резко развернулся. Мир для него стал похож на немое кино, в котором бешеный стук сердца как будто задавал ритм трем ужасающим созданиям. Один из охотников, более сильный или более свирепый, вырвался вперед. Он приближался огромными скачками, низко наклонив лысую голову. Стальные лапы подбрасывали омерзительное зловонное тело, а смертоносные челюсти, как газонокосилка, готовы были состричь голову каждому, кто окажется на пути.
– Ну иди сюда, сука! – Лейтенант шарил крестиком прицела по котелку своего врага. Понимая, что пальба по огромному брюху биомашины бесполезна, он пытался найти мозговой центр. Как только цель была захвачена, компьютеризованный прицел вспыхнул ярким бирюзовым светом. Десятикратное увеличение позволило заглянуть зверю прямо в глотку. – Еще немного! Чуток повыше… Господи, это еще что такое?
Николай не поверил своим глазам. Мозг охотника защищала прямоугольная металлическая пластина с ровными отшлифованными краями. Ее без сомнения отодрали от одного из механизмов и наскоро привинтили прямо к черепушке монстра. Именно привинтили! Шляпки четырех здоровенных болтов не оставляли сомнений о методе крепления.
– А, сволочи! – Строгов в бешенстве дал длинную очередь.
Плазменные заряды прочертили огненные пунктиры и ударили точно в середину пластины. Визг рикошета стал для лейтенанта самым мерзким звуком, который он только слышал в своей жизни. Сплав оказался не по зубам его оружию. Бессильные пули взметнулись в самое небо, добавив к звездной россыпи еще одно мерцающее созвездие.
До разъяренной бестии оставались считаные метры. Заслонив собой Дэю, Николай поливал огнем кровожадную пасть. Чудовище ревело от злобы и боли, но об отступлении не помышляло. Его зловонная громада нависла над лейтенантом, челюсти разомкнулись…
Гранаты! Строгов ухватился за этот шанс, как за спасительную соломинку. Он отшвырнул бесполезный автомат и вцепился в стальные цилиндры, пристегнутые к его армейскому ремню. Рванув, Николай высвободил предохранители двух фугасных гранат. Счетчики на них тут же пробудились, показывая пять секунд до взрыва. Но у лейтенанта не было даже этих секунд. Не целясь, практически без замаха он отправил смертоносные подарки в направлении гигантского зверочеловека. Положившись на судьбу, Строгов кинулся на песок рядом с лурийкой.
Взрывы ничем не уступали авиационной бомбардировке. Они прозвучали практически одновременно, заставляя землю покачнуться. Ударная волна сорвала Николая с места и резиновым мячиком покатила по песчаному бархану. На излете последнего сальто лейтенанта догнал огненный шквал.
«Я все еще жив, – словно в тумане, Строгов глядел на свои руки, по которым струилось хищное пламя. – Почему я не чувствую боли? Или все происходящее нереально?»
– Лейтенант, ты где? Ты цел?
Знакомый голос сорвал с Николая оцепенение. Исчез и огонь. Испугавшись слов, он унесся ввысь, оставляя после себя лишь пыльное марево.
– Ох! – с невообразимым трудом выдохнул Строгов. – Серж, это ты?
– Кто же еще, черт бы тебя побрал! Куда ты подевался, лейтенант? Я вижу Дэю, но не вижу тебя.
– Я тоже ничего не могу понять. Вокруг сплошное молоко, и вдобавок ко всему у меня жутко кружится голова.
– Включи свой маяк. Быстро! – капитан не стал сюсюкаться с потерпевшим. – Твой охотник все еще жив, но я не могу стрелять, не зная, где ты.
– Включаю. – Николай нащупал панель аварийного коммуникатора на своем запястье и вдавил большую треугольную кнопку. – Готово!
– Дьявол! – вскрик Риньона не сулил ничего хорошего. – Беги, лейтенант! Беги что есть духу! Ты прямо у него под брюхом!
Новая опасность подстегнула Николая сильнее удара кнутом. Стоя на четвереньках, он завертелся как юла.
– Куда бежать? Я ни черта не вижу!
– Лови мой маяк!
Маленькая красная точка замигала слева от лейтенанта. Приняв сигнал капитана, микрослит боевого шлема не посчитал свою работу завершенной. Вслед за визуальным отображением перед глазами Николая поползли цифры: удаление, азимут, высотность…
«Странно, – Строгов с удивлением отметил, что сигнал идет откуда-то сверху, – такое впечатление, что Серж парит в воздухе, или это у меня нелады с головой?»
Жуткий вой ударил в спину Николая. Оглушенный, он спуртовал с низкого старта. Хотя первые шаги были проделаны на четвереньках, но Строгов все же сумел преодолеть в себе этот первобытный инстинкт. Поднявшись на ноги, он побежал, если это, конечно, можно было назвать бегом. Земля раскачивалась из стороны в сторону, то и дело норовила выскользнуть из-под ног. Лейтенанту всякий раз приходилось ловить ее, делая несколько неверных шагов то вправо, то влево. Небеса вели себя еще хуже. Они превратились в единый звездный маятник, который гвоздил по голове здоровенной кувалдой. Единственным, кто оставался неизменно дружественным и приветливым, был маленький алый светлячок. Николай уже не смотрел под ноги. Его глаза словно приросли к этой светящейся точке. Но вдруг огонек изменился. Он вспыхнул сверхновой звездой и сам помчался навстречу Строгову.
Что это? Огненная комета просвистела прямо у Николая над головой. Нет! Не в силах перенести новый взрыв, он закрыл голову руками.
До сознания лейтенанта начали доходить голоса:
– Сейчас все пройдет. Это всего лишь контузия. – Дэя прижала к шее Николая ствол инъектора.
– Ожогов нет? – осведомился Риньон.
– Нет. Наша униформа с честью выдержала полевые испытания.
– Когда он придет в себя?
– Думаю, минут через десять-пятнадцать.
– А когда сможет идти?
– Не раньше чем через час.
– Брехня! – Строгов открыл глаза. – Выступаем через двадцать минут.
– О, товарищ самоубийца очухался! – Серж положил на живот Николая его автоматический МАТ-49. – Я слыхал, что любимые развлечения твоих земляков – это русская рулетка и прыжки под танк со связкой гранат. Однако до сегодняшнего дня видеть не доводилось ни того, ни другого.
– Ну что, посмотрел?
– Посмотрел. Надеюсь, что рулетки не будет? – Капитан уселся рядом.
– Умник! – Почувствовав, как под действием медикаментов в голове проясняется, Строгов тоже сел.– Скажи лучше, почему ты так долго не стрелял?