Безумцы
Шрифт:
– Нет, говори сейчас.
– Хорошо. Так вот, Лоренц и Закель применяли цианистый натрий, инсулин и некоторые другие препараты. Воздействуя ими на пораженные недугом клетки головного мозга пациентов, оба врача добивались успеха даже в весьма тяжелых случаях. Но и они были бессильны против определенных форм безумия. Особенно если пораженными оказывались участки мозга близ таламуса.
– Таламус?
– Загадочный бугорок в центральной части мозга человека. О нем известно далеко не все. Во всяком случае, мне… Один из многочисленных секретов мозга, не раскрытых по сию пору.
– Продолжай, Артур, я внимательно слушаю.
– Так вот, в этих случаях обычные препараты не давали эффекта. Более того, применение их приводило к тому, что в клетках мозга начинался процесс разрушения. В большинстве необратимый. Именно такой болезнью, точнее, формой болезни и страдает Ханно Бретмюллер. К сожалению, он слишком поздно поступил ко мне в лабораторию. Верьте, я сделал все, что в человеческих силах, чтобы хоть сколько-нибудь…
Канарис нетерпеливо шевельнул плечом.
– Он погибнет?
– Да.
– А как же это? – Канарис показал на желтую папку. – Ведь тебе кое-что удалось!
– К Бретмюллеру несколько раз, и притом ненадолго, возвращалось сознание. Это единственное, чего я добился. Сперва он пришел в себя на пятьдесят минут, затем минут на сорок, на полчаса: при повторных инъекциях препарат действует все слабее. Я вынужден увеличивать дозу. А это нельзя делать бесконечно – в составе препарата сильный яд.
– Короче говоря?..
– Короче, теперь я могу ввести его больному последний раз.
– В моем присутствии!?
– Да.
– Сегодня?
Абст кивнул.
– А потом?
– Он, вероятно, погибнет.
– И тоже сегодня?
– Видимо, да.
– Зачем же его тревожить? Не лучше ли, чтобы все произошло само собой? Черт возьми, Артур, он заслужил право умереть своей смертью!
– Сперва прочитайте это. – Абст указал глазами на желтую папку. – Прочитайте и будете решать.
Глава шестая
Содержимое желтой папки
8 февраля 1939 года.
Первая группа инъекций.
Время – 14 часов 07 минут.
Больной лежит неподвижно, лицом вниз.
14 часов 14 минут. Дыхание стало глубже, темп медленнее. Лицо больного порозовело.
14 часов 21 минута. Периодичность дыхания приближается к нормальной. Наблюдаются конвульсивные подергивания конечностей.
14 часов 23 минуты. Больной, лежавший скрюченным, вытянулся, перевернулся на спину. Он ровно и глубоко дышит.
14 часов 25 минут. Плотно сжатые веки больного дрогнули. Он приоткрыл глаза, провел языком по губам.
14 часов 26 минут. Глаза открыты. Больной пытается сесть.
14 часов 28 минут. Полное восстановление сознания.
Бретмюллер. Где я нахожусь?
Абст. В госпитале.
Бретмюллер. Вы врач?
Абст. Да, я врач и офицер военно-морского флота Германии. Но разговоры потом. Сперва вы должны хорошенько поесть. Сейчас для вас это самое важное. Перед вами обед – пожалуйста, ешьте. Начните с бульона. Смею уверить, он очень хорош.
Бретмюллер. Срочно свяжите меня с начальником военно-морской разведки!
Абст. Садитесь к столу. Обедая, вы сможете разговаривать. Я охотно исполню все ваши…
Бретмюллер. Нет! Я буду говорить только с офицером разведки. Немедленно вызовите ко мне ответственного работника разведки!
Абст. Вот мое удостоверение. Я офицер разведки. Мне известно все о вашем задании. Называю пароль: операция «Бибер». Садитесь, ешьте и рассказывайте все самое важное. Я внимательно слушаю.
Бретмюллер. Они погибли – и лодка, и люди!.. Это трагедия, которую не перескажешь словами!
Абст. Сидите спокойно. И – ешьте. Приказываю есть! Вот так. Не спешите – пища лучше усваивается, когда ее хорошенько прожевываешь. Пообедаете, и мы возобновим беседу. Я оставлю вас. Вернусь через четверть часа.
Спустя пятнадцать минут.
Абст. Имеются ли у вас какие-нибудь желания?
Бретмюллер. Хотел бы отправить письмо…
Абст. К сожалению, невозможно. Но я обещаю: каждое ваше слово будет передано по назначению.
Бретмюллер. Как вы докажете это?
Абст. Вы видели мое удостоверение.
Бретмюллер. Я командир подводной лодки «Випера». Она погибла. Не приведи бог, если туда пошлют другую!
Абст. Ее потопили? Как это произошло? Когда, где? Что с командой?
Бретмюллер. Погибла лодка, погибли люди!..
Абст. Когда?
Бретмюллер. В ночь на двадцать третье октября 1938 года.
Абст. Вам известно, что сегодня восьмое февраля 1939 года? Отвечайте. Почему вы молчите?
Бретмюллер. Это ложь!
Абст. Это правда! Вас выловили в океане близ той самой базы девяносто семь дней назад… Сидите, вам нельзя волноваться, расходовать силы!
Бретмюллер. Вы лжете, лжете! Этого не может быть. По-вашему, выходит, что я…
Абст. Да, все эти девяносто семь дней вы были без сознания. Длительное пребывание в воде не могло пройти бесследно. Вы очень серьезно заболели, Бретмюллер. Но я заверяю: будет сделано решительно все, чтобы поставить вас на ноги.
Бретмюллер. Я не верю ни единому вашему слову!
Абст. Хорошо. Сейчас четырнадцать часов и пятьдесят семь минут. Через три минуты Берлин будет передавать сигналы точного времени и вслед за тем календарь событий за неделю. Справа от вас радиоприемник. Включите его, настройтесь на Берлин, и вам все станет ясно…