Без щитов
Шрифт:
Мирела прицелилась в своего напарника, вдруг закричав:
– А ну стоять, стреляю!
Валко, словно по сигналу, стремительно бросился вперёд, к устройству, прогремел выстрел Мирелы, Нила, осознав, что их предали и один из сторонников террористов сумел проникнуть в их группу, отпустила удерживаемые ею разумы и все свои силы бросила на мужчину, намерения которого она «проглядела», не думая глубоко сканировать тех, кому согласилась помочь. Чувствуя, что она не успевает взять под контроль тренированного против ментальных атак Валко, отбивающегося от неё направленной на неё же и других изменённых ненавистью, она закричала от бессилия и яркой, как взрыв, ярости. Валко упал, раненый вторым выстрелом Мирелы, но, падая, дотянулся рукой до вожделенного прибора и из последних сил под крик Нилы нажал кнопку активации сигнала, теряя уже сознание.
Земля содрогнулась, подпрыгнув вместе с вековыми скалами, железные ворота базы сорвало с петель, как игрушечные, мощным взрывом, потоки огня и чёрный дым взметнулись над обломками ангара.
– Ложись! – закричала Мирела, тут же падая и увлекая за собой застывшую в шоке Нилу, которая пыталась осознать, что только что свершилось то, чего она боялась больше всего на свете.
Второй взрыв прогремел уже значительно ближе, разнеся на куски ещё один ангар и вызвав песчаную осыпь с ближайших скал. «Вот чёрт, если будет третий ближе, то нам хана», - успела Нила поймать мысль Мирелы, и тут произошло нечто непонятное: Нилу пронзило ощущение странных, незнакомых, каких-то выворачивающих до болезненности ментальных импульсов извне, в нескольких метрах впереди, потом она ощутила присутствие подозрительно знакомых телекинетических сил, складывающихся в мощный щит по периметру, а в следующий миг всё вокруг превратилось в огненный ад.
Звук взрыва донёсся приглушённым, словно сквозь толщу воды, потоки пламени обтекли телекинетический щит по невидимым стенам, не в силах проникнуть внутрь контура, прямоугольником заключавшего в себе живых людей и ещё одну фигуру. Нила подняла голову, не веря затопляющему всё вокруг ощущению ментального присутствия, и увидела, как от распростёртых без сознания террористов к ним с Мирелой направляется инопланетянин. Вокруг приглушённо грохотали всё новые и новые взрывы, безуспешно пытаясь сломать стены щитов, но Нила не замечала этого, не отводя взгляда от пришельца.
– Лле! Ты жив!
– Разумеется, жив, - донеслась словно со всех сторон изнутри сознаний людей мыслеречь даарнианина. – Но вот телепортироваться сюда вовремя я успел с большим трудом.
Нила застыла. Что-то было не так в ощущении присутствия Лле. Но разобраться в этом после такого напряжения сил среди бушующих волн огня и переплетении мощных телекинетических полей оказалось непросто.
– О чёрт, вы и телепортироваться умеете, - пробормотала оценившая перемену обстановки Мирела, поднимаясь и отряхиваясь. – А мы не знали.
– И не узнали бы, - всё так же мерно, как раньше, протелепатировал Лле, подходя к девушкам, ставя настороженно замершую Нилу на ноги телекинезом и смотря на неё в упор чёрными немигающими глазами, - если бы ты не вмешалась в ситуацию, нарушая мой запрет.
Нилу сковало проникающей в её память чужой волей одновременно с нотками ужаса осознания.
– Ты… злишься… - прошептала она невозможную, невообразимую вещь, не отводя глаз от всё такого же бесстрастного лица Лле. Воспоминания обо всём последнем приключении молниеносно промелькнули перед глазами, активированные Лле, очень быстро и размашисто сильно, почти грубо, так что у Нилы даже закружилась голова. Она пошатнулась, точнее попыталась, но обнаружила, что не может и шевельнуться, скованная до полной обездвиженности застывшим воздухом телекинеза. Сознание Лле ощущалось совсем близко, внутри неё, рядом, но всё же отделённым вьющимся потоком, сверкавшим так, что на него больно было «смотреть», направляя фокус восприятия.
«Невозможно. Он же не только никогда не злится, но даже не бывает раздражён! Да и вряд ли он вообще умеет испытывать эти эмоции!» - мысль Нилы оформилась не словами, а сконцентрированной мгновенной ментальной формой, поэтому девушка не успела остановить её.
С более объёмным и грозным треском, чем грохот всё отдаляющихся взрывов, раскололась на части земля под их ногами, и Мирела рядом выругалась, но тут же рассмеялась своему испугу, обнаружив, что телекинетическое поле надёжно удерживает их даже на крошащейся почве.
– Что происходит? – задала спецагент вопрос, который уже давным-давно задала бы Нила, если бы не пребывала в шоке от незнакомых ощущений от такого знакомого и привычного Лле.
Ответил инопланетянин не словами, а яркой мыслеформой-историей, мгновенным ментальным высверком, из которой следовало, что закладывающие бомбы земляне были ошибочно уверены, что минируют квартал изменённых и космодром, на самом же деле, погружённые бдительными даарнианами в иллюзию, искусно переплетающуюся с реальностью, они успешно заминировали свою тайную базу с пультом управления и ближайшие пустынные окрестности. Ту самую базу, около которой они все сейчас находились. Иллюзия была так тщательно выплетена и внедрена в мозг пары десятков человек, что никто из агентов и их начальства не заподозрил неладного: повинуясь бессловесным командам пришельцев, минёры, сами того не осознавая, прикрепляли к каждой бомбе генерирующий иллюзию незаметности чип, чтобы случайная проверка базы не сорвала операцию инверсии ущерба. Активировав бомбы, земляне подорвали бы свою базу и своих солдат.
Этого могло бы и не произойти, если бы люди по каким-то причинам решили не взрывать снаряды. И жертвами в любом случае стали бы также и противники подрывников, противоборствующая группировка людей, желавшая предотвратить акт агрессии в адрес пришельцев. Конечно, если бы они не успели или потерпели поражение. Как и случилось в реальности.
– Почти. За вычетом одного неучтённого элемента, из-за которого мне пришлось вмешаться, - словесной мыслью добавил Лле, продолжая сверлить Нилу немигающим взглядом и пристальным фокусом внимания своего разума. – И я едва не опоздал.
– Прости, - мысленно прошептала землянка, чувствуя себя обманутой и пристыженной одновременно. – Я не знала… я думала, тебе грозит опасность, твой корабль… как раз должен был сесть перед самым взрывом.
Ответил Лле не словами или мыслеформами, а новыми змеящимися трещинами под их ногами, мгновенно обрушившимися вниз стремительным обвалом. Вся компания повисла в воздухе в клубах густой пыли на идеально ровном горизонтальном телекинетическом щите. Нила ахнула, «увидев», как прозмеившиеся через окружающий мир трещины воздействия вдруг обернулись чисто ментальным усилием и прошли через один из «вечных» щитов Лле, которые он носил постоянно. Щит треснул и мгновенно развеялся, и девушке показалось, что она смотрит на яркое слепящее и обжигающее солнце, которое норовит сжечь её.
– Я велел тебе не вмешиваться, что бы ни случилось, и ты согласилась, - провозгласило яркое полыхающее сознание. – Ты обещала слушаться.
Металлическая платформа-основание на уцелевшей вершине холма, на которой когда-то располагались ангары тайной базы, погнулась и начала сминаться, словно тонкая блестящая фольга. Завороженная невиданным ей прежде, хоть и болезненным для неё сиянием сознания инопланетянина, Нила с ужасом поняла, что это делают телекинетические импульсы Лле, без малейшей на то рациональной необходимости, просто так… под воздействием невозможных для даарнианина эмоций?