Бетси
Шрифт:
Мать изумленно уставилась на нее.
— Куда это ты на ночь глядя? Почти девять часов.
— Я еду к мистеру Уоррену. Он в больнице святого Иосифа.
Отец оторвался от радио.
— А что с ним такое?
— Несчастный случай. Но он говорит, что ничего серьезного.
— Тебе же понадобится два часа, чтобы добраться туда. Да и опасно девушке одной ходить по улицам, когда в нескольких кварталах живут негры.
— Он посылает за мной машину.
Отец поднялся.
— Должно быть, ты действительно ему нужна.
— Для чего?
— Не знаю. Он мой босс. Наверное, по делу.
Ее отец понимающе покивал.
— Известно, какие ночью дела. Чувствуется, мистер Уоррен кое-что приготовил для нашей маленькой девочки.
Мать скорчила гримасу.
— Вечно ты со своими грязными мыслишками. Наша Мелани порядочная девушка.
— Я приеду, как только освобожусь, — и Мелани выскользнула за дверь.
— Не забудь напомнить ему об обещании, которое он дал твоему папаше, — крикнул вслед отец.
Он сидел на кровати с рукой на перевязи, с забинтованной головой, с четырьмя нашлепками пластыря на правой щеке. И заговорил, едва она вошла в палату.
— Из отдела кадров по телефону мне сообщили, что от тебя не получено обычной порции вторых экземпляров.
— Их не было, — ответила Мелани. — Мистер Хардеман не продиктовал мне ни одной бумаги.
— Странно. Предыдущие три дня он только и делал, что рассылал служебные записки.
— А сегодня — нет. На заводе говорят, что мистер Хардеман избил вас. Что случилось?
— Я зацепился ногой за ковер и при падении ударился об угол стола. Только и всего.
Она молча смотрела на него. Если это произошло, как утверждали, в кабинете Номера Два, Уоррен мог придумать что-нибудь и получше. Все знали, что мистер Хардеман-младший не стелил у себя ковров.
— Они не получили и списка телефонных разговоров.
— Мистер Хардеман вечером зашел в приемную и забрал его у меня. Кроме того, в город он звонил по личной линии, в обвод интеркома.
— Ас кем он сегодня встречался?
— Утром он вызвал к себе мистера Кобурна, мистера Эджертона и мистера Дункана.
— О чем они говорили?
— Я не знаю. Он отослал меня в столовую, а когда позвал назад, они уже ушли.
— Кто еще приходил к нему?
Она задумалась.
— Утром мистер Уильямс из отдела сбыта и мистер Конрад из отдела закупок.
— О чем они говорили?
— Не знаю.
— Тебе же велели включать аппарат внутренней связи, когда в кабинет кто-то приходит, и стенографировать все разговоры.
— Так я и сделала. Но ничего не услышала. Каждый раз он вытаскивал штекер интеркома из розетки.
Уоррен помолчал.
— Еще кто-нибудь приходил?
— С завода — нет.
— А из города?
— Да. Некий мистер Фрэнк Перино.
— Я и так знаю, о чем они говорили, — отмахнулся Уоррен. — Перино — его бутлегер. А Номер Один — большой любитель виски.
— Нет, — покачала головой Мелани. — Сын мистера Перино — врач, и он хотел, чтобы мистер Хардеман устроил его на работу в одну из больниц Детройта. У младшего Перино возникли трудности из-за его итальянского происхождения. Мистер Хардеман все уладил.
Уоррен удивился.
— А как ты это узнала?
— Мистер Хардеман попросил принести кофе и аспирин. Как раз в это время он и разговаривал с мистером Перино, — Мелани помялась. — Мистер Хардеман пьет много аспирина. Не меньше двенадцати таблеток в день.
— Ладно, — Уоррен кивнул. — Держи ушки на макушке, лови каждое слово.
— Можете не волноваться. Как долго вы пробудете здесь?
— Врачи обещают, что через пару дней отпустят меня.
— Мне очень жаль, что с вами такое приключилось.
Уоррен посмотрел на нее.
— Ты знаешь, почему я посадил тебя в приемную Номера Один?
Она покачала головой.
— Потому что ты — девушка крупная, как раз в его вкусе.
— Я вас не поняла, — промямлила Мелани.
— Не болтай глупостей. Ты знаешь его репутацию.
Рано или поздно он начнет к тебе приставать.
— И что мне тогда делать?
— Ни в чем не отказывай ему. Завоюй его доверие. А уж потом мы возьмем его тепленьким.
— А если я откажу?
Взгляд Уоррена стал жестким.
— На такую работу есть много желающих.
Мелани опустила глаза.
А Уоррен рассмеялся. Тон его изменился.
— Ты сказала, что собиралась принять ванну. Ты что, говорила по телефону голой?
Мелани не отрывала взгляда от пола. Она вспомнила, как смотрел на нее Макманус.
— В домашнем халате.
— А под халатом ничего не было? — он даже осип.
— Нет.
— Подойди к кровати.
Тут Мелани подняла голову. Посмотрела на Уоррена, потом на мужчину, который привез ее в больницу. Тот стоял, привалившись спиной к двери, бесстрастно наблюдая за ними.
Уоррен перехватил ее взгляд.
— На Майка не обращай внимания. Он — мой телохранитель. Считай, что он ничего не видит.
Мелани не шевельнулась.
— Сказано тебе, подойди!
Неохотно она приблизилась. Уоррен схватил ее руку и положил на простыню, себе между ног.
— От одной мысли об этом у меня все встало.
Мелани промолчала.
— Убери простыню.
Мелани начала сдергивать простыню. Уоррен скривился от боли.
— Осторожнее, черт побери!
Он лежал в больничном халате, из-под которого торчали костлявые волосатые ноги. Перед халата поднимался, словно шатер, над его вставшим членом.
— Давай-ка подрочи. Только осторожно, чтобы не тряслась кровать, а то у меня болит рука.
Она раздвинула полы халата и взялась за член.
— О, как хорошо, — Уоррен откинулся на подушку, закрыл глаза. — А другую руку положи мне под яйца и начинай легонько сжимать их.