Чтение онлайн

— Проклятые твари! Зачем делать такую вещь, если она не работает?! Где девчонка, Преисподняя ее забери?!

Нилья не выходила на связь уже больше двух месяцев, и с каждой ночью ее возвращение было все более необходимо.

— Терпение. Она на пути назад. Карта у нее. Мы же заполучили глав. Нет нужды для беспокойства, — связной не имел интонации и говорил достаточно жутковато с учетом стремительной «эволюции» Роя в данную форму. Обычно на появление любого подвида уходит гораздо больше времени, потому в новых особях были дефекты.

— Дворец у меня на хвосте, половина связных полегла, треть отказывается со мной работать! А даже не нашли одного ничтожного демона! — Дебра с тяжелым вздохом уселась за свой стол. Этот демон остался единственным, кто мог натравить на нее стражу — всех прочих хотя бы можно проверить.

Паучиха старалась реже пользоваться сетью Роя и чаще встречаться с бола вживую, насколько позволяли возможности. Утешало ее лишь то, что план по запугиванию своей бывшей семьи начал приходить в исполнение. Бандиты похитили гулявших без надзора малышей Коннели — и даже не оставили требований.

Сперва все были просто обеспокоены. Вечером поднялся шум и пришли стражники. Вплоть до следующей ночи истерика не покидала древнее магическое семейство ни на мгновение. И было бы славно, прекратись она с наступлением утра… Но целую септиму — семь долгих дней и ночей плач, который Дебра слышала, всякий раз «случайно» проходя мимо дома Коннели, услаждал ее душу липкой радостью, злобной и едкой от дурноты своего происхождения.

Для Дебры нет преград, лишь препятствия — она это доказала. Точнее, не было преград, пока не появились насекомые. Дебра увидела в них оружие, но они обернулись цепями. Выходов несколько, и каждый из них опасен. Впрочем, пока надо подготовиться. Совсем скоро все встанет на свои места. Совсем скоро все свершится.

*Тогда же, в лагере у границы стены*

Грим поистине чудом вернулся из экспедиции к Русалочьему озеру. В своих кошмарах он уже много ночей подряд видит, как могла бы сложиться ситуация. Гиппогриф клюет его сердце прямо из груди. Ложные феи кромсают тело юноши и одеваются в кожу эльфа ради забавы. Рой атакует и сжирает до последней крохи, лишь завидев.

Сценарии всегда были столь живыми и жуткими, что даже вернувшись из похода, Грим не мог спокойно спать. На некогда прекрасном — хотя и истощенном — лице ныне расположились глубокие, синеватые полумесяцы под глазами. Даже темно-зеленая кожа не могла скрыть его усталости и бессонницы.

На счастье эльфа, ничто не длится вечно. После катастрофической задержки, за десять дней до начала месяца фетраль рождения осени, Друм Абири явился в лагерь осужденных на карательные сборки.

Все они поочередно тренировались с оружием, его выдавали даже убийцам. Положение чрезвычайной готовности действовало уже септиму, каждая вылазка становилась все опаснее. За последнее время погибло множество групп сбора, и теперь оружием на время пребывания за стеной снабжали не только стражу.

Передав в руки надзирателя — зомби Варукта — сверток, бывший гвардеец бесцеремонно прошел в палатку Грима, где тот отдыхал от своей недавней тренировки.

— Мальчишка! Ты все еще не откинул уши? — голос старика был полон задора и вызова. Эльф поднялся на ноги и отсалютовал отставному офицеру.

— Почетный полковник Абири. Благодарю за беспокойство, как видите, уши при мне, — юноша ответил колко, дважды отклонив ухо пальцем и позволив ему затем резко вернуться на место.

— Ишь ты, еще дерзить мне будет… Как начнешь себя вести, узнав, что я тут написал?

Мужчина достал из нашивки на внутренней стороне формы кожаный свиток и с ехидством покрутил его перед Гримом.

— И как же я должен реагировать, сэр? — юноша подозревал, что бывший командир пришел не просто так.

— Для начала — броситься в ноги и восхвалять меня, неблагодарный щенок! А если серьезно… То паковать вещички. Сегодня отведу тебя к твоей ненаглядной наивной мамочке.

Эльф не знал, что его собираются помиловать. Рекомендация, которую написал Друм по возвращении, как оказалось, не дошла до дворца. Старик понимал устройство доставки и обработки приказов, донесений и прочего, потому не удивился, что подобное могло произойти и с Гримом. Никто не застрахован от ошибок других.

— Прошу прощения?.. Я… Но ведь всех, кому дали рекомендацию, уже освободили! Почти два месяца назад! Я… я не понимаю.

Друм с ухмылкой хлопнул парнишку по плечу — несмотря на высокий рост последнего.

— Да-да, мальчик, а теперь собирайся. Варукту я уже все передал, он не против отпустить тебя прогуляться со мной.

— Куда? Домой?

Грим успел задаться вопросом, зачем Друму отводить его напрямую до родителей, если тот уже взрослый для эльфа. Старик же позволил себе не ответить, и лишь еще раз прикрикнул на осужденного и ушел ждать его снаружи.

Варукт встретил Грима с неизменно хмурым выражением подгнившего лица.

— Что, доигрался? Надеюсь, министр Лемкор как следует рассмотрит твое дело, маленький преступник. Вали отсюда и не возвращайся!

Несмотря на грубость, пожелание неживого было самым добрым и искренним. Ведь если он не вернется после визита в министерство юстиции, это будет означать амнистию.

Грим сдержал смешок и не позволил себе испортить игру надзирателя.

— Приложу все усилия, сэр.

Забрав немногочисленные пожитки, эльф сразу же пошел вслед за Друмом. Тот, по всей видимости, рассчитывал, что юношу освободят незамедлительно — не стал бы он иначе требовать собраться в тот же момент, как забирал его.

— Почетный…

— Заткнись и давай к делу, уши вянут, — Грим даже не успел обратиться к старику по званию, а уже задел ворчливого человека.

— Как скажете. Так куда и зачем мы идем? Разве не проще было бы послать рекомендацию с донесением, или снарядить кого-то доставить ее, чем идти самому?

— Эх, мальчик… Просто я решил размять старые кости, не обольщайся.

Друм не стал рассказывать правду. Гриму незачем знать, что он писал рекомендацию уже трижды до этого дня. И всякий раз она не приходила в министерство вовремя. Точнее, вообще ни одна из них не дошла до адресатов. Так что он решил лично доставить ее, а заодно привести самого Грима как живое подтверждение характеристики. Вполне в духе взбалмошного и своевольного отставного полковника. За ним сохранилось звание в почетной форме — но без жалования. Слишком уж его настрой стал фаталистическим, чтобы оставлять мужчину с прежним доходом. Повезло, что не оказался на виселице.