Беглый в Варшаве
Шрифт:
Януш выдохнул тяжело и поднял взгляд:
— Если потребуется любая помощь, только скажи. Это теперь наш общий вопрос. Мы готовы идти до конца. Нужно действовать, чтобы это прекратить.
— Действовать будем вместе, — сказала Инна, уверенно обнимая Хелену. — Вы не одни в этой беде.
Инна тихо произнесла, осторожно коснувшись плеча Хелены:
— Нам пора. Вам нужно отдохнуть, и Юзефу тоже.
В этом доме впервые за несколько дней появилась надежда.
Выходя на улицу, снова почувствовал тревожное дрожание интерфейса. Когда дверь «Нивы» закрылась за Инной, мысленно был активирован канал связи с «Другом». Его ответ прозвучал незамедлительно и резко:
«Внимание! Зафиксирована критическая ситуация. Объект наблюдения — отец Джованни — готовится к повторному преступлению. Имеется подтверждение его намерения осуществить половой акт с другим несовершеннолетним мальчиком в ближайшее время. Требуется немедленное решение!»
Сердце забилось быстрее, глаза заволкло тёмной яростью, но голос мысленно звучал хладнокровно и уверенно:
«Немедленно применить аэрозоль, полностью подавляющий сексуальное влечение. Сработать безошибочно и незаметно. Любая угроза здоровью мальчика должна быть исключена!»
Ответ «Друга» был краток и точен:
«Команда принята. Исполняю немедленно.»
«Нива» плавно двинулась по ночным улицам Варшавы. Инна тихо нарушила напряжённое молчание:
— Что случилось? Ты выглядишь очень напряжённым.
Ответ прозвучал мягко и ровно, полностью скрывая внутреннюю бурю:
— Просто устал, день был слишком тяжёлым. Сейчас поедем домой, отдохнём. Завтра поговорим.
Инна кивнула, чуть сжимая мою руку:
— Хорошо. Нам всем нужен отдых. Завтра всё обсудим…
Дом встретил нас привычной тишиной и теплом, которое разливалось от натопленной печки. В течении февраля месяца мной была проведена коренная реконструкция отопления нашей квартиры. Теперь утренняя закладка угля медленно тлела в течении дня, а за час до нашего прихода до нужного уровня увеличивалось поступление воздуха под колосник и уголь начинал гореть интенсивней. Таким образом к нашему приходу в квартире было уютное тепло и запас горячей воды для любых наших нужд.
Инна сбросила пальто и устало опустилась на кухонный стул, перебирая пальцами по столешнице. Было заметно, что случившееся оставило на ней крайне тяжёлый отпечаток.
— Даже не верится, что такое возможно рядом с нами, в городе, который кажется таким спокойным и почти родным, — негромко проговорила жена, не поднимая на меня глаз.
— Понимаю тебя. Такое трудно представить, тем более принять. Поверь мне, будет сделано всё, чтобы это прекратилось раз и навсегда, — ответ ей прозвучал ровно и уверенно, так, что бы у нее не возникло даже малейшего сомнения.
Инна подняла взгляд и спросила с беспокойством:
— Как думаешь, у Юзефа не останется каких-то последствий после проведенной тобой операции? И у меня вопрос: откуда у тебя такая хирургическая квалификация? Я внимательно наблюдала за твоими манипуляциями… Ни одного лишнего движения, ни одной секунды нерешительности… Как это вышло? Ты от меня что-то скрываешь?
— Инна успокойся. Операция была щадящая и максимально безопасная для Юзефа. Главное, мне удалось удалить те воспоминания, которые уже начали ломать его психику. Это главное, а не то, откуда у меня так поразившая тебя квалификация.
Инна чуть кивнула, глубоко вздохнула и поднялась:
— Ладно, пойду в душ, нужно смыть с себя этот день. Если будут новости, сразу скажешь, ладно?
— Обязательно.
Как только она скрылась в ванной, в голове прозвучал тихий сигнал, и голос «Друга», который начал передавать очередной доклад.
«Экстренное сообщение. Объект наблюдения, отец Джованни, после неудачной попытки полового акта с несовершеннолетним мальчиком выгнал его из своей комнаты. Затем им была извлечена кассета формата VHS. Видеокассета воспроизводилась на бытовом видеомагнитофоне. Содержимое записи включает многочисленные эпизоды половых актов с несовершеннолетними, все — с участием самого священника. Видеозаписи сделаны в помещении костела. Анализ „Мухи“ показал наличие нескольких аналогичных кассет в тайнике комнаты священника. Рекомендуется немедленное вмешательство и изъятие компрометирующего материала для предотвращения возможного уничтожения доказательств преступной деятельности объекта».
Внутри сразу закипела ледяная злость. Сознание словно зацепилось за каждое слово доклада, стараясь не пропустить ничего.
— Объект наблюдения ввести в состояние естественного сна до утра. Начать немедленное копирование и создание резервных копий всех видеоматериалов которые есть в его апартаментах. Досканально изучить все найденные материалы. Организовать круглосуточный их мониторинг. При малейшей попытке уничтожения записей или скрытия их вне костела — принять меры по нейтрализации, — мысленно скомандовал «Другу».
«Приказ принят и выполняется. Дополнительные „Мухи“ уже переброшены и активированы. Копирование, сохранение и анализ всех обнаруженных материалов начат».
На душе стало немного спокойнее, хотя до полного душевного равновесия было ещё далеко. Вернулась Инна, волосы ее были влажными, на лице появилась лёгкая улыбка.
— Новости? — спросила она, всматриваясь в моё выражение лица.
— Пока нет. Но, кажется, есть то, что поможет нам поставить точку в этой мерзости.
— Как?
— Боюсь сглазить душа моя…
Она приблизилась и мягко положила ладонь на моё плечо:
— Тогда действуй Костя. Доведи это дело до конца.
Глава 27
Через день после истории с Хеленой и её сыом на лестничной клетке кто-то оставил в нашей двери связку цветов — мелкие синие ирисы, перевязанные шерстяной ниткой. Без записки, без объяснений. Инна улыбнулась, мол, кто-то благодарит. Я же насторожился.
Спустя пару часов «Друг» подал сигнал: перехвачены разговоры, на которые стоило обратить самое пристальное внимание.