Чтение онлайн

Рюкзак был туго набит, но весил меньше, чем обычно, когда в нем лежали книги. И тем не менее он оттягивал плечи. В нем было все, что потребуется для выживания на протяжении следующих нескольких дней. Суджа понятия не имела, на какое время ей потребуется растянуть этот запас провизии. Когда они подошли к метро, девушка сбавила шаг и теперь плелась еле-еле, надеясь растянуть последние секунды, проведенные с матерью. Время бежало так быстро — как они могли так скоро очутиться здесь? Умма, как всегда, вела себя прагматично, поэтому начала терять терпение:

— Что с тобой сегодня? Мы опоздаем. Поторопись!

— Хорошо, — пробормотала Суджа, но так и не прибавила шагу.

Мать ни о чем не подозревала и, конечно, не должна и не могла ничего знать о замыслах Суджи. Это была ее самая большая тайна от родителей, и последствия ее были ужасны. Мама всю жизнь потратила на то, чтобы обеспечить Судже безопасную и счастливую жизнь, а сейчас ее дочь собиралась солгать ей и бросить ради того, чтобы отправиться по следам Чина. Она предавала маму ради мужчины, которого повстречала всего два года назад. Суджа с горечью посмотрела на мать — предательство тяжким бременем легло на сердце девушки.

Умма же взглянула на дочь добрым и пристальным взглядом, почувствовав, как может почувствовать только мать, перемены в своем ребенке.

— Что не так? — спросила она с тревогой в голосе. — Ты хочешь мне что-нибудь сказать?

Суджа посмотрела на мать блестящими от слез глазами:

— Просто я… я устала.

— Ты не просто устала. — Умма пыталась заглянуть в лицо дочери. — Что-то не так. Расскажи мне.

Суджа покачала головой, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.

— Есть некоторые политические моменты в университете, и они меня изматывают, — выпалила она. — Мы с Кёнбок не разговариваем.

Мама немного успокоилась.

— А… Вы с этой девочкой обе такие упрямые. Не позволяй этому так себя угнетать. Через недельку или около того все уляжется, а потом, я уверена, вы сможете поговорить.

— Я знаю, — неуверенно кивнула Суджа.

Мать обняла ее:

— Вот увидишь. Вы с ней и не через такое уже проходили.

— Ты права, — мягко сказала Суджа. Ее сердце готово было разорваться, когда она крепко обняла маму. Девушка прижимала ее к себе и вдыхала цветочный запах ее пудры и аромат шампуня. Ей хотелось запечатлеть в памяти каждую мелочь, связанную с матерью. — Спасибо тебе, умма, за все. Я люблю тебя!

— О, солнышко, я тоже тебя люблю! — Мать поцеловала дочь в щеку. — Учись сегодня усердно и увидимся вечером.

— Да, — ответила Суджа, с тоской глядя на мать. — Не забудь, я сегодня приду поздно.

Мать кивнула. Суджа смотрела, как она спускается по ступенькам и как ее бордовое пальто мелькает в толпе пассажиров, пока те наконец совсем не заслонили ее. Суджа не могла отвести взгляда от тоннеля метро и думала о том, что произойдет сегодня вечером, когда умма и аппа поймут, что она не вернулась домой. Они будут ужасно волноваться, когда догадаются, что ее не было у Миран, и опустошены, когда узнают, что Суджа пропала. Из-за ее исчезновения отца будут серьезно осуждать и допрашивать в газете «Нодон», а мать столкнется с тем же со стороны членов Партии у себя в университете. Но самые сильные страдания они испытают, когда по вечерам в пустой квартире их будет терзать ужас и замешательство оттого, что их дочь присоединилась к легионам сгинувших.

«Мне так жаль, умма и аппа! Очень, очень жаль!» — По щекам Суджи покатились слезы.

Пара по истории Чосона начиналась через тридцать пять минут, но Суджа туда не собиралась. Она села в метро и, вместо того чтобы ехать в центр Пхеньяна, поехала на вокзал, как и проинструктировал ее посредник. Лицо девушки покрылось красными пятнами от недавних слез. Она сидела, обнимая рюкзак, и ее голова качалась, когда поезд подпрыгивал и трясся на стыках рельсов.

Суджа сосредоточилась на следующем важном этапе пути и повторяла инструкции посредника, которые держала в памяти. Он велел ей доехать до Донгянга — перевалочной станции для товарных и пассажирских поездов. «Тебе надо подняться на платформу девять и сесть на товарный поезд. В это время вахтеры меняются, поэтому охраны поблизости не будет», — сказал он.

В вагоне оставалось совсем немного людей, когда состав наконец подъехал к Донгянгу. Две пожилые дамы взяли большие сумки со связанными ручками, понесли их к двери и встали за мужчиной в светлом пиджаке, который тоже собрался выходить. Суджа вышла за ними, а потом поднялась по лестнице и осмотрелась. Ей никогда не приходилось бывать в здешних местах.

Наверху тетушки помогли друг другу взвалить на спины тюки и заковыляли к выходу на улицу. Суджа пошла к железнодорожным платформам и стала искать девятую. Товарные поезда стояли в дальнем конце станции, как и говорил посредник. Восьмичасовой поезд тоже находился здесь. Было семь сорок пять утра — она приехала как раз вовремя. Суджа направилась к поезду и нацелилась на товарный вагон с открытой дверью, стоявший примерно в сорока футах от нее. Девушка поспешила туда и вдруг услышала окрик:

— Эй, куда собралась?

Суджа застыла на месте, ее сердце бешено забилось. Обернувшись, она увидела сразу за поездами в конце станции двоих охранников. Один из них сидел на корточках с миской дымящейся лапши, второй стоял с миской в руке, а на плече у него висела винтовка. Суджу сковал страх, и она вцепилась в сумку с камерой, лихорадочно соображая, что бы им сказать. Медленно, дрожащей рукой девушка подняла вверх фотоаппарат.

— Товарищ, я тут снимала для задания в университете, — произнесла она дрожащим голосом.

— Чего ты тут снимала? Больше никаких фотографий, студентка. Убирай камеру. И не наводи ее на нас.

— Простите, пожалуйста. Я уже ухожу.

Солдат кивнул и снова сел на корточки рядом с сослуживцем. Суджа повернула обратно к пассажирским поездам, заставив себя идти медленно и спокойно в другой конец станции. Она миновала платформы номер восемь, семь, шесть и только на подходе к четвертой платформе пришла в себя и смогла остановиться и посмотреть назад.

Вокруг стояли люди, ожидающие посадки на поезд. Часы показывали семь пятьдесят пять. У Суджи оставалось пять минут, чтобы успеть до отправления товарного состава. Она двинулась дальше, на сей раз к лестнице, взбежала по ступенькам в надземный переход через пути. По верхнему переходу девушка снова помчалась к товарным поездам, нервно посматривая на то место, где были охранники. Но их уже и след простыл.