Чтение онлайн

— Враг государства на свободе — будьте бдительны! Вознаграждение за информацию о наделавшем шуму воре. Станьте национальными героями — помогите найти кукурузного вора. Станьте свидетелем его порки и избиения за это подлое преступление…

Ее пронзительный голос летел вдоль улиц и отражался от стен домов. А грузовик все громыхал по дороге, направляясь в сторону главной улицы. Откуда-то выбежали трое босоногих детишек. Глядя в окна кабины, они громко закричали, но, как только машина издала громкий хлопок, набирая скорость, бросились наутек. Товарищ Сим не отрываясь следила за грузовиком, пока он не свернул на главную улицу. Глаза женщины странно блестели.

Крепко зажав под мышкой газету, она направилась в сторону дома. Ее голова разрывалась от тысячи мыслей и предположений. Сим поспешила к себе в квартиру, сменила потрескавшиеся виниловые туфли на черные резиновые ботинки мужа — лучшую обувь в их доме. Облизнув ладони, товарищ Сим пригладила завитые рыжеватые волосы и надела любимую дочкину шляпу красновато-лилового цвета. Затем, еще раз поправив волосы, Сим схватила газетенку и отправилась в полицейский участок.

В полиции она заявила, что является начальником народной группы в многоквартирном доме № 213, и настояла на том, что ей необходимо поговорить с комиссаром. Полицейский за стойкой указал ей на стул и предупредил, что придется подождать. Со своего места она могла видеть, что комиссар сидит в глубине кабинета за заваленным бумагами столом. Другой стол, стоявший перпендикулярно первому, занимал еще один полицейский, и, кроме этих троих человек, в отделении никого не было.

Товарищ Сим направилась к стулу, на который ей указали, и села, не сводя слезящихся глаз с комиссара. Полицейский из-за стойки подошел к шефу и, наклонившись к нему, что-то зашептал на ухо, а потом молча вернулся на свое место.

— Теперь я могу поговорить с комиссаром? — подалась вперед товарищ Сим.

— Еще нет.

Она снова заняла прежнее положение и стала ждать, скрестив руки. Полицейский уселся за стол, склонился над документами и принялся что-то строчить. Спустя некоторое время Сим опять спросила, нельзя ли ей увидеть комиссара. Мужчина покачал головой. Прошло еще сорок минут. Наконец полицейский встал, подошел к начальнику и снова что-то зашептал тому на ухо, а затем кивком головы подозвал Сим.

Комиссар был лысеющим мужчиной с большим родимым пятном на лбу, в очках с тонкой оправой, плотно прилегавшей к вискам. Когда товарищ Сим расположилась на стуле перед ним, ее подбородок оказался не выше уровня его столешницы. Глядя на комиссара с этой точки, она внезапно занервничала. Один ее ботинок слетел с ноги и шлепнулся на пол. Товарищ Сим вытянулась, чтобы всунуть ногу обратно в ботинок, затем снова устроилась на стуле и предстала пред очи комиссара полиции.

— Меня зовут Сим Эджа. Я начальник народной группы третьего отдела дома номер двести тринадцать, — проговорила она. — Надеюсь, ваше превосходительство в добром здравии?

— Называйте меня комиссаром, товарищ Сим, — ответил собеседник и провел пальцем в перчатке вдоль края воротника, который, будучи наглухо застегнутым, впивался ему в шею. Он повертел ручку, и Сим заметила, что манжеты его форменного виналонового пиджака засалены и заношены до блеска.

— Да, ваше комиссарство. Как вы знаете, я просто скромная женщина из вашего района, но у меня есть глаза и я наблюдательна. — Она показала на свой лоб. — А еще я прочитала статью. — Товарищ Сим положила на стол газету. — И клянусь волосами на голове моей матери, я знаю, что за жалкий ублюдок стащил эту кукурузную муку. Предатели живут среди нас, прячась под самым нашим носом. Я почувствовала, что они что-то готовили из этой краденой муки. Запах кукурузной муки ни с чем не спутаешь. И я клянусь нашим Любимым Руководителем, что смогу привести ваших людей к этим преступникам, а их — к наказанию, которого они уж точно заслужили.

Товарищ Сим продолжила описывать запах — так называемое доказательство, и развивать свои мысли относительно того, как разворачивались события, кто и каким образом мог совершить кражу. К концу повествования она уже кричала во весь голос, а глаза комиссара с желтыми белками не выражали ни заинтересованности, ни враждебности. Зато желваки так и играли на его скулах. Кукурузный вор из Янгдока прославился в новостях на всю страну и выставил район в неприглядном свете. В очень неприглядном. Комиссару пришлось бросить на это дело весь штат полицейских, поскольку от граждан в участок сыпались бесчисленные заявления, которые ни к чему не приводили. И так в своей работе он дошел до того, что выслушивал обезумевших старух. Это был уже тридцать четвертый гражданин, утверждавший, что кукурузный вор найден, и комиссар с трудом сдерживался, чтобы не орать на этих бестолковых крестьян, деревенщин, двуногих прямоходящих животных, изливавших на него дурацкие истории.

Комиссар поднялся из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена. Товарищ Сим подалась вперед, встала со стула и осталась стоять, хлопая глазами, которые оказались примерно на уровне груди начальника. Она не знала, что делать дальше.

— Офицер Пэк запишет ваши показания, — буркнул комиссар.

Товарищ Сим качнулась и повернулась к стойке.

— Сюда, — позвал Пэк, который сидел, привалившись плечом к стене и широко расставив ноги. Он почесал ручкой голову и ручкой же указал на стул перед стойкой. — Присаживайтесь.

Поклонившись комиссару, товарищ Сим направилась к стойке офицера Пэка и уселась на стул. Этот стул оказался выше комиссарского, и она с легкостью на нем разместилась. Пэк постучал кончиком ручки по столу и достал листок бумаги, на две трети плотно исписанный. Покрутив ручкой над листком, он взглянул на женщину.

— Итак, — произнес он.

Товарищ Сим прокашлялась и начала свой рассказ, сначала робким тоном, но через считаные секунды снова вошла в раж, и ее гневные обличения зазвучали столь же громко и решительно, как и в первый раз.

Комиссар продолжал сидеть за столом, находившимся примерно в шести футах от посетительницы, и равнодушно слушал, перебирая ворох протоколов. Он прикрыл веки, пока женщина слово в слово повторяла то, что с минуту назад рассказывала ему. Четыре стены — куда можно скрыться в этих четырех стенах? Он был комиссаром, а своего кабинета у него не имелось.

Женщина продолжала объяснять, почему она решила, что кукурузный вор живет в ее доме. Об этом говорил тот факт, что к соседям приезжал сын из Пхеньяна как раз в то время, когда была совершена кража, и он внезапно исчез в тот же день. И непонятно, как в этой семье вообще оказалась кукурузная мука, хотя ни у кого больше ее не осталось после полицейской проверки (она не стала употреблять слово «рейд»). В заключение товарищ Сим заявила:

— Я могу отвести ваших людей в эту квартиру, если вы пойдете со мной прямо сейчас. Поймайте кукурузного вора, пока они не съели все улики!

Комиссар перестал ворошить бумаги на столе и посмотрел на женщину. В словах аджумы[10] что-то было. Если говорить откровенно, то время в этом расследовании играло не последнее значение, ведь, кроме замаранного имени и репутации, тут присутствовала еще одна проблема: вещественные доказательства были съедобными, и кто знает, сколько времени потребуется, чтобы их полностью уничтожить.