Чтение онлайн

— Ладно тебе, — Парень покачал головой и отвёл глаза.

Капитан пожал плечами:

— Получить пулю ради того, чтобы вас задержать во что бы то ни стало?

— Вот такие речи мне нравятся, правда, Формаун, — засмеялся пулемётчик, обращаясь к усатому.

— Пошли, пошли, — махнул тот рукой.

Майор со связанными руками и капитан двинулись по коридору к кабине управления. Четверо нарушителей направились за ними. Перед люком в кабину управления усатый, которого пулемётчик назвал фамилией Формауном, остановился.

— Как я понял, — обратился он к капитану, — в рубке народу немного?

— В кабине управления? — уточнил капитан. — Пилот и связист.

— Вооружены?

— Можно сказать, что нет, — пожал плечами Договар: — Оружие в стенном шкафу.

— Ну и прекрасно.

Нарушитель распахнул люк и, подняв автомат, со словами «Без глупостей, ребята, гарантирую, что оставим в живых!» вошёл в кабину управления, которую он называл рубкой.

Капитан усмехнулся и бросил взгляд на майора.

— Ниморулен точно наложит в штаны, — сказал он. Малваун вскинул голову, бешено сопя.

— Иронизируешь, сволочь! Тебе хорошо рассуждать, а для меня это конец, понимаешь, конец! Меня разжалуют! — Голос у майора дрогнул и сорвался.

Овево хихикнул, поигрывая пулемётом. Майор дёрнул руками, как бы пытаясь развязать узел.

— Если бы ты, гад, помог мне там, в коридоре, — Он скрипнул зубами. — Шкуру свою бережёшь, ясно! Ну, смотри, дай только вернуться назад… — Малваун вспомнил про запись, лежащую у него в кармане — хоть слабый, но всё-таки шанс.

— Заходите! — крикнул усатый из кабины. Капитан первым переступил порог, за ним вошли нарушители и майор. Ниморулен, повернувшись от пульта, растеряно смотрел на вошедших, Чехотер тоже имел бледный вид вид.

— Связи ещё нет? — спросил у него капитан.

— Никак нет, господин капитан, — ответил солдат. «Лучше, чтобы на базе вообще не поняли, что катер захвачен», — подумал капитан. — «Ясно, что сами эти ребята не сдадутся, а если узнают про захват, то всё равно уйти к нашартмакам им не дадут, уничтожат катер, не считаясь ни с каким заложниками».

Ниморулен сообщил ощутимо дрожащим голосом:

— Господин майор, мощность падает. Группа контроля вызывала уже второй раз, говорят, что ничего не понимают… Как быть, господин майор?

— Идиот, — пробормотал майор и повернулся к Формауну.

— Развяжите руки, — потребовал он. — Этот кретин не выведет машину из зоны-десять! Если её ещё можно вывести после вашей стрельбы…

— А дурить больше не будете? — быстро спросил Овево.

— Развяжите меня, — повторил майор. — Мне тоже хочется жить, как ни как, а не гробануться в Пятно. Я поведу катер.

— Что ж, — Усатый потёр подбородок, — развяжи его, Овево.

Овево выполнил приказание, и майор, растирая запястья, подошёл к креслу пилота.

— Ну-ка, — мотнул он головой, — очисти место.

Ниморулен поспешно вскочил. Майор сел и пробежал глазами по приборам.

— Дьявол! — буркнул он себе под нос. — Мощность упала до двух тысяч.

Как бы в подтверждение его слов катер резко дёрнуло, и стоявшие едва удержались на ногах.

— Советую всем, на кого хватит кресел, сесть, а остальным хорошенько держаться, — сказал капитан и, не дожидаясь, пока кто-нибудь сядет, сел в свободное кресло у пульта.

Формаун сел в третье кресло рядом, а раненого нарушителя Овево усадил в последнее имевшееся в кабине управления кресло, после чего сам с Лаваром и Ниморуленом встал у стены, держась за поручни.

Майор вызвал группу контроля.

— Как у вас? — спросил он.

— Ничего не понимаем, — последовал ответ старшего, — падает мощность реактора, какое-то нарушение на линии. Стабилизацию пока поддерживаем. Что случилось, господин майор?

— Тут у нас, э-э, небольшое повреждение, — ответил Малваун. — Послать на устранение неполадок пока некого. Попробуем вытянуть как есть.

— Яхту захватили, господин майор? — продолжал спрашивать старший группы.

Усатый нарушитель усмехнулся и переглянулся со своими.

— Захватили, — ответил майор и откашлялся. — Приказываю самым тщательным образом держать режим реактора. Будем пытаться выйти из зоны-десять. Обо всём докладывать на центральный пост! Я попробую отключить гравитационный генератор и подать его мощность на реактор. Всё ясно?

— Так точно, господин майор! — последовал ответ.

— Выполнять!

— Есть! — ответил старший группы и система связи отлючилась.

Майор положил руки на клавиши управления.

— Всем пристегнуться и держаться, как следует. Сейчас я отключу искусственную гравитацию, — Он перевёл регулятор на пульте.

Катер сильно рвануло. Обычного ощущения невесомости не было, поскольку аппарат шёл с ускорением, преодолевая действие П-полей. Казалось, что пол накренился, но капитан знал, что это просто обман органов чувств. Теперь они ощущали не искусственную силу тяжести, а направление действия тех сил, которые преодолевал катер. Эта новая «сила тяжести» была раза в два больше обычной. Капитан посмотрел на приборы. Показания индикатора скорости начали медленно увеличиваться, потом вдруг цифры остановились. Майор выругался.

— Чёрт побери, больше не тянет!

— Сколько ещё до границы зоны-десять? — спросил Формаун.

— Около четырёх тысяч, — ответил капитан, взглянув на приборы.

«Только бы выбраться», — подумал он. Всё это время даже сам для себя Договар был поразительно спокоен, а сейчас он почувствовал огромное желание оказаться как можно дальше от Чёрного Пятна, всё равно где, но только бы подальше. Пусть впереди ждали неприятности после возвращения от нашартмаков, связанные с объяснениями в спецотделе Службы Защиты Безопасности, но это всё было не так страшно, как перспектива упасть на Чёрное Пятно. Он не настолько боялся возможного наказания за неудачу с захватом яхты, как майор Малваун, поскольку подсознательно рассчитывал на отца-генерала и его связи, а вот проверять на своей шкуре слухи о свойствах Пятна не хотелось. В этот момент капитан не думал о том, что пограничные власти, могут не пропустить катер с беглецами, а уничтожить его, несмотря на то, что на борту находятся они с майором и остатки экипажа. Сейчас казалось, что выход из зоны-десять даже в пространство, контролируемое нашартмаками — это жизнь, и капитан, впившись глазами в приборы, молил бога, чтобы скорость выросла ещё. «Только бы выбраться», — думал он, — «только бы выбраться».