Чтение онлайн

— Что тебе от меня опять понадобилось, смертный? — пробасил демон, чем ещё больше удивил мага в красном, который поспешил высказать своё сомнение на счёт удачности вызова.

— Учитель, а вы уверены, что это нужный нам демон?

— Ты сомневаешься во мне, неблагодарный дарт?! — взбесился старик.

— Нет, что вы, что вы! — замахал руками ученик. — Просто вы же знаете, как иногда неправильно работают каналы связи между мирами и… — больше он не смог выдавить из себя ни звука, т. к. его рот оказался таинственным образом склеен.

— Благодарю, Моладиус, — облегчённо вздохнул старик, — этот нерадивый ничего ещё не смыслит в демонологии.

— Из него выйдет толк, но над этим надо работать, — окинув оценивающим взглядом ученика, сказал демон, после чего повернулся к вызвавшему его магу, — так что ты хотел, смертный?

— Нужно узнать у этих пленников, откуда у них меч, — старый демонолог указал на обездвиженных Адриана и Лорайна.

Демон щелкнул пальцами, и в руке у него появился свиток, который он тут же сунул в руки старика, после чего схватил со стола какой–то амулет и по–быстрому исчез, пока маг не успел возмутиться таким самовольным выбором платы за работу.

— Вот ворьё проклятое! — потрясая кулаком, прокричал маг и, продолжая недовольно ругаться себе под нос, начал бегать глазами по написанному в свитке.

С возвращением демона в свой мир и заклинание на ученика перестала действовать, чем он не преминул воспользоваться, задав очередной вопрос:

— Это то, что нам было нужно?

— Помолчи, несчастный! Надо бы разучить то заклинаньице… — прошептал старик и положил свиток на стол. — Да, это то, что нужно, — он махнул рукой, и пленники почувствовали, что снова могут двигаться и поднялись на ноги, отряхивая одежду.

— Что вам нужно от нас? — глядя прямо в глаза старика, спросил принц.

— Уже ничего. О происхождении меча вы ничего не знаете, вы абсолютно бесполезны, а держать вас тут против воли лишняя морока.

— То есть вы вот просто так нас отпускаете? — недоверчиво глянул Адриан на старика.

— Я не думал, что демонологии стали такими мягкими за то время, что запретили им заниматься их магией, — усмехнулся Лорайн.

— Мы стали практичнее, — старик кивнул своему ученику, — отведи их обратно на поверхность.

— А меч мы разве не оставим себе? — снова удивился молодой маг.

— Дурья башка, конечно нет! Не просто же так он выбрал этого юнца! — сверкнул в ответ глазами демонолог. — Мы просто будем наблюдать!

Всю пещеру сотряс взрыв.

Я стою у развилки и разглядываю указатель. Оборачиваюсь и смотрю на своего спутника, восседающего на превосходном вороном скакуне, задавая ему немой вопрос. Он в ответ лишь качает головой и разводит руками. Я снова обращаю свой взгляд на указатель и задумчиво почёсываю подбородок. И всё же на более долгое ломание головы меня не хватило:

— Ты уверен, что правильно определил их путь?

— Абсолютно точно.

— Бартас их подери! Что им могло понадобиться в полуразрушенной дозорной башне в глуши?

— Может у них недостаток мха или кандалов? — сделал предположение мой товарищ.

— А ты молодец, умеешь повеселить! — я рассмеялся.

— Вообще–то это была…

— Да знаю я, что ты серьёзно, — перебил я его, — просто мне гораздо интересней и веселей думать, что ты обладаешь хоть чем–то похожим на юмор. Клянусь, если бы со мной ехал покойник, мне и то было бы веселей!

— Это же не обычная прогулка, или я ошибаюсь?

— Да нет. Я предпочитаю проводить свой досуг как–нибудь иначе, чем гоняться за какими–то непонятными головорезами–работорговцами, — усмехнулся я.

— Вы, люди, странный народ, может, ты так отдыхаешь, откуда мне знать?

— А вы разве у себя там не читаете о таком виде зверей, как человек обычный, и не изучаете их повадок? — наиграно удивился я.

— Нет. Это бесполезно, т. к. можно считать, что каждый человек — это отдельный подвид, имеющий свои особенности, — покачал головой мой спутник.

— Так у вас же полно времени! Неужели никто не догадался потратить свою вечность на занятие вроде этого? — я пустил своего коня легкой трусцой.

— Мы предпочитаем заниматься более полезными вещами, например совершенствованием своей культуры и магии. Нам не приходит таких идей в голову, в отличие от людей, — мой спутник поравнялся со мной и сбавил ход.

— Ах да, ах да! Как я мог забыть? Эльфы же самый благоразумный народ, а вот все люди немного безумны, но каждый при этом по–своему.

— Именно так и есть. Однако нельзя не признать, что ваши безрассудные поступки никогда не приносят пользы. Иногда можно даже утверждать обратное.

— Но заметь, что всех героев людских песен, легенд и баллад ты называешь сумасшедшими. Так может им быть не так уж и плохо? Ведь можно считать, что теперь они живут вечно.

— Жизнь — есть движение. Одним подвигом–безумством нельзя заработать бессмертие. Лишь непрерывная череда дел может увековечить тебя. Жаль, что вы этого не понимаете и, совершив одно не очень то великое дело, усаживаетесь у себя в замке, отращиваете бороду, складываете оружие и доспехи не стойку и рассказываете своим внукам без конца одну и ту же историю.

— Просто мы быстро устаем, и часто нас не хватает даже на одно такое дело.

— Проблема тут совершенно в другом.

— И в чём же?

— Вы не можете или не хотите использовать всё то, что у вас есть. Если хотя бы каждый пятый человек выкладывался в течение всей жизни, то вы бы давно превзошли все известные расы. У вас громадный потенциал, но вы по какой–то причине не используете его.

Я задумался и ничего ему не ответил. Эльф говорил правду, и мне было трудно это признавать. Чёрт возьми, как же трудно спорить с тем, кто живёт вечно!