Чтение онлайн

Они поднялись на второй ярус по железной винтовой лестнице. Как и сказал гид, ее построили уже в наше время, когда башню превратили в музей. Конструкция у башни, на вкус Руслана, действительно странная. Для оборонительных целей очень неудобно. Каждый раз ставить лестницу, чтобы попасть на второй ярус. Да и не затащишь по приставной лестнице ничего реально тяжелого.

На втором ярусе они не задержались. Дауд быстро убедился, что тут его принцессы нет, и поспешил дальше. Руслан мысленно прикидывал, на каком этаже герой сдастся и поймет, что это безнадежно. Он поговорил со своим внутренним букмекером и сделал ставку на предпоследний.

Со второго яруса вверх вела штатная каменная лестница, а не новодел. И она тоже подтверждала, что башня строилась не как военное сооружение. Винтовая лестница башни закручивалась влево, а не вправо, что давало преимущество наступающим и мешало защитникам.

— Однако ни по форме, ни по внутреннему устройству, ни по расположению она не соответствовала никаким оборонительным задачам, — подтвердил мысли Руслана гид-пономарь. — Обратите внимание на расположение окон.

Дауд вдруг замер. Гид, видимо, смутился и замолчал. Некоторое время царила тишина. Дауд что-то устало сказал по-азербайджански, и гид продолжил:

— Прошу прощения! Окон в башне очень мало, и они расположены не на этажах, а вдоль лестницы. И направлены вверх, а не вниз. У башни слишком маленькая площадь крыши, поэтому там невозможно расположить…

Руслан снова перестал слушать. Дауд буквально тащил его дальше. Выше, на следующий ярус. Руслан чувствовал его напряжение и возбуждение. Он уже побаивался того момента, когда этот заряд найдет выход.

— По одной из версий, башня имела некий религиозный или церемониальный характер… — где-то сзади нудил, ни к кому не обращаясь, гид.

— Дахма! — осенило Руслана.

— Что? — не понял Дауд.

— Совершенно верно! — просиял гид. — Башня молчания, или Башня тишины!

— Что это? — почему-то прервав забег по этажам, уточнил Дауд.

— Зороастрийское погребальное сооружение… — начал было гид, но Дауд с удвоенной силой рванул вперед, кажется позабыв про Руслана.

Руслан же попытался не отстать, но потерял равновесие, запнулся о ступеньку и, успев проклясть древних строителей, не умевших выдерживать одинаковые размеры, повалился. К счастью, это была последняя ступенька, и он не покатился по лестнице, а растянулся на полу. Правда, умудрился зацепиться за что-то, и его развернуло боком. С него слетели очки, и он больно приложился плечом об пол.

— Ай, да-а-а! — то ли раздраженно, то ли раздосадованно протянул Дауд.

Одной рукой поднял Руслана с пола, поставил на ноги, отряхнул. Тут же наклонился за очками, принялся ругаться по-азербайджански.

— Сейчас найдем что-нибудь длинное… — предложил гид.

Руслан понял, что очки залетели под что-то большое. Вероятно, под какой-то музейный стенд. Руку под него подсунуть не получится. Что-то жутко заскрипело. Звук прошелся по позвоночнику и остался ноющей болью на зубах и жжением на кончике языка.

— Вай… — выдохнул гид.

— Держи. — Дауд надел на Руслана очки.

— Вы сможете вернуть на место? — с некоторым пиететом в голосе поинтересовался гид.

— Да что там…

Дауд вдруг осекся, присел, что-то сказал по-азербайджански и встал.

— Руслан-муэллим, дай руку!

Он протянул открытую ладонь. Дауд что-то в нее положил. Что-то небольшое, металлическое. Длинная продольная линия, еще продольные, как будто перья, вертикальный выступ.

— Что это?

— Амина это носила. Это ее кулон!

— Ты уверен, что это не такой же кулон? — после паузы уточнил Руслан.

— Да, уверен. Надо смотреть камеры! Пойдем! Как надо Ахурамазду благодарить? Барашка зарезать или…

— Оставь барана в покое, — попросил Руслан, пытаясь собраться с мыслями. — А что за кулон? Как будто бы окрыленное солнце?

— Такой же, как у тебя в кабинете в Москве. На стене, помнишь?

— Фаравахар.

— Главный символ зороастризма, изображающий… — совсем уж не понимая, что происходит, принялся тараторить гид.

— Зурна! — не выдержал Дауд. — Помолчи, э-э-э!

Он снова потащил его за собой, но теперь вниз. Руслан кожей чувствовал возбуждение Дауда. Его потряхивало, как наркомана, который вот-вот доберется до дозы. Руслан в очередной раз задумался о характере отношений Дауда и Амины. Совершенно точно это не только работа. Могли ли они быть любовниками? Могло ли это и стать причиной исчезновения Амины? Сбежала, в чем ей помог Дауд, а теперь они ломают комедию?

За размышлениями Руслан не заметил, как они оказались на втором этаже. На железной винтовой лестнице он, конечно же, поскользнулся и едва не упал. Поймал его все тот же Дауд. Но снова слетели очки. Загрохотали по ступенькам и, судя по звуку, все-таки разбились. Руслан тяжело вздохнул. Триста баксов все-таки.

— Не расстраивайтесь, — попытался приободрить его гид, когда они спустились на первый этаж. — Они вам все равно не идут!

— А, ну заебись! — Руслан показал большой палец. — Успокоил!

— Извините, — смутился гид, но тут же сменил тон на обиженный и забубнил себе под нос: — Зачем они вообще нужны?

— А вот так мне лучше, а? — Руслан открыл глаза и повернул лицо к гиду.

Тот ничего не ответил, но Руслан бы и не слушал. Он не видел привычной серой мути. Он будто бы оказался в черной безграничной пустоте. Но эта пустота, как ни парадоксально, имела форму башни, на первом ярусе которой он и стоял. А прямо за гидом, загибаясь спиралью, горела надпись. Руслан помимо своей воли прочел текст на авестийском:

Семеро единовластных…

Он не читал эти слова в прямом смысле, потому что они нигде не были написаны, потому что не было процесса преобразования сигнала от глаз в некий смысл. Они просто возникли у него в голове. И совершенно неважно, что он не знал авестийского настолько хорошо, чтобы свободно читать. Текст сам воспроизводился в мозгу.

— Напомни, сколько тут ярусов? — спросил он у Дауда.

— Семь.

— Восемь, — поправил гид.

— Семь, восемь, да-а-а! — раздраженно зашипел Дауд.