Чтение онлайн

А сам Мамонтов? Он только посмеивался, определенно не видя причин, почему бы ему не заниматься делами и искусством одновременно.

И занимался. Будучи опытным финансистом и управленцем в области строительства и эксплуатации железных дорог, он возглавил семейный бизнес в 1875 году, заняв пост руководителя «Общества Московско-Ярославско-Архангельской железной дороги», «Товарищества Невского механического завода» и «Общества Восточно-Сибирских чугуноплавильных заводов», контрольными пакетами акций которых владел. Тогда же он реализовал свою давнюю идею – строительство Донецкой каменноугольной железной дороги, соединившую Донбасс с Мариупольским портом. Еще одним реализованным проектом стало строительство Московской окружной железной дороги.

Одновременно с этим Савва Великолепный, как называли его в творческих кругах по аналогии с Лоренцо Великолепным, герцогом-меценатом эпохи Возрождения, занялся творческим проектом. Он замахнулся на невиданное еще в России – на создание частного оперного театра.

Скандал получился первостатейнейший! Частная опера – да виданное ли дело? Блажь! Захотелось барину собственного театра. Искусствоведы и критики взвились на дыбы. В 1855 году, перед самым дебютом оперы, газета «Театр и жизнь» писала, что за организацию оперного театра «берутся люди, вряд ли знающие столь тонкое дело, как оперная постановка… Словом, все это сплошное любительство».

Оказалось – новаторство. Дело в том, что тогда певцы исполняли свои партии в итальянской манере, что, хотя и подразумевало мастерскую игру голосом, делало текст абсолютно непонятным. Кроме того, пение драматической игрой не сопровождалось, а это просто скучно. Мамонтов решил устранить эти недостатки, взяв девизом своей оперы фразу «Петь нужно играя». Фактически, именно Савва Иванович в своей частной опере разработал и применил то, что впоследствии назовут методом Станиславского.

Нельзя забывать и того, что раскрытие таланта Шаляпина произошло там же – в Русской частной опере Саввы Ивановича. Тогда это был начинающий, никому не известный певец, по рукам и ногам опутанный условиями контракта с Императорским театром. Мамонтов сумел распознать богатый творческий потенциал певца, убедил разорвать контракт, выплатил за него огромную неустойку и поставил на первые роли в своем театре. Впрочем, Савва Иванович и сам пел на сцене своего театра.

Еще одним театральным новшеством, которое применил Мамонтов, было художественное декорирование сцены. Именно с его легкой руки художники стали полноценными сотрудниками театров.

В общем, Савва Иванович заткнул за пояс все маститые театры. Успех Русской частной оперы был оглушительным. Она стала главной достопримечательностью музыкальной Москвы.

Савва Мамонтов

Впрочем, одной оперой его связь с искусством не ограничивалась. Еще в 1870 году Мамонтов купил у дочери знаменитого писателя Сергея Тимофеевича Аксакова имение Абрамцево, расположенное близ Сергиева Посада. Обошлось ему это удовольствие в 15 тыс. рублей – деньги по тем временам весьма приличные, и это не считая ремонта. В имении нужно было кое-что подремонтировать, кое-что обновить, кое-что достроить.

Абрамцево было известным местом в богемных кругах. Оно располагалось в трех верстах от Хотькова. Места живописнейшие – речка Воря, два пруда, богатейший лес. В имении в свое время очень любили гостить Гоголь и Тургенев.

Мамонтов же и вовсе превратил это место в своеобразную коммуну творческих личностей. Почти все сколь-нибудь значимые деятели искусства того времени так или иначе в Абрамцеве отметились. Кто-то бывал там эпизодически, но многие известные и талантливые люди – Крамской, братья Рубинштейн, Чайковский, Репин, Серов, Поленов, Коровин, Врубель – жили там часто и подолгу. Практически Абрамцево было одним из центров творческой жизни Российской империи вплоть до тех пор, когда над головой Мамонтова грянул гром.

Проблема состояла в том, что Савва Иванович слишком много сделал для России. Он не только успешно владел железными дорогами, построенными его отцом, но и проложил железнодорожные пути в Архангельск и Мурманск, что давало империи выходы к морю, которые невозможно было блокировать в случае большой континентальной войны. К. С. Станиславский в своей книге «Моя жизнь в искусстве» вспоминал: «Это он, Мамонтов, провел железную дорогу на Север, в Архангельск и Мурман, для выхода к океану, и на юг, к Донецким угольным копям, для соединения их с угольным центром, хотя в то время, когда он начинал это важное дело, над ним смеялись и называли его аферистом и авантюристом». Известный на всю Россию журналист Влас Дорошевич после начала Первой мировой войны в своей статье «Русский человек» прямо писал о важности сделанного Саввой Ивановичем. Вот его слова: «Интересно, что и Донецкой, и Архангельской дорогами мы обязаны одному и тому же человеку – „мечтателю“ и „затейнику“, которому в свое время очень много доставалось за ту и другую „бесполезные“ дороги, – С. И. Мамонтову. Когда в 1875 году он „затеял“ Донецкую каменноугольную дорогу, протесты понеслись со всех сторон. Но он был упрям… И вот теперь мы живем благодаря двум мамонтовским „затеям“».

Эти дороги были слишком важны, они имели очень большое стратегическое значение для государства Российского, чтобы оно, государство, оставило их в частных руках. К тому же Савва Иванович был собственником таких предприятий «оборонки», как Невский судостроительный и механический завод в Петербурге и Николаевский металлургический завод в Иркутской губернии. Экономически он был слишком силен и независим, чтобы власти смогли его терпеть.

Интересно, что дорогу на Мурманск и Архангельск Мамонтов начал строить фактически по заказу главы правительства – Сергея Юльевича Витте. Именно он желал осуществить давнюю задумку покойного императора Александра II о проведении дорог в эти портовые города.

Собственно, граф Витте прямо высказывался по этому поводу: «Если бы был построен порт на Мурмане, мы не искали бы выхода в открытое море на Дальнем Востоке, не было бы этого злополучного шага – захвата Порт-Артура и… не дошли бы мы и до Цусимы».

Витте протежировал Мамонтову, так как понимал, что для казны, в которой денег вечно не хватает, строительство железных дорог станет тяжким бременем. Но он же и довел Савву Ивановича до краха.

Сделал он это не от злобы или жадности. Нет, всему виной была борьба за власть, которая в высших эшелонах не затихала никогда.

Невский механический завод, который Мамонтов выкупил у казны по просьбе того же Сергея Юльевича, был предприятием убыточным, с морально устаревшим и крайне изношенным оборудованием. Для его модернизации требовались серьезные финансовые вливания. Перед Мамонтовым встал вопрос: где взять деньги?

Да, он был богат, но, как и большинство деловых людей, в кубышке денег не хранил, все они были в обороте. Тогда в 1899 году Савва Иванович сделал превышавший установленный законом лимит заем из кассы Московско-Ярославской железной дороги для покупки железнодорожным обществом всех заводов и объединения всех дел в одно. Заем он планировал покрыть за счет гранта на постройку Петербургско-Вятской линии, который уже был утвержден правительством к выдаче.

Историю эту узнал министр юстиции Н. В. Муравьев. Отлично осознавая, что никакого криминала де-факто в этом нет (в конце концов именно Мамонтов был держателем контрольного пакета акций обоих предприятий), он начал раздувать дело с целью свалить Витте, чье доброе отношение к промышленнику было хорошо известно, посадив Савву Ивановича.

Сергей Юльевич Витте

Кресло под Витте закачалось, но он вовремя успел узнать о происках своего подчиненного. Нет, он не стал выручать Мамонтова – портфель премьера был ему слишком дорог. Сергей Юльевич пожертвовал Саввой Ивановичем, лично приказав произвести аудиторскую проверку предприятий Мамонтова.